Перейти к содержимому


Фото

100 этап Литературного конкурса


  • Чтобы отвечать, сперва войдите на форум
24 ответов в теме

#1 rusalka83

rusalka83

    Архивариус

  • Администраторы
  • ФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишка
  • 8 160 сообщений
  • Пол:Женщина
  • Раса в игре:Люди

Опубликовано 21 Сентябрь 2013 - 21:44

Над Элинором снег кружился

И лед на озеро ложился,

Когда впервые в Соли-Доре

Был первый бой на краю моря.

Там человек увидел гнома

И выхватил он зуб дракона,

С отважным видом в бой пошел,

Но гном надежды превзошел.

Я помню, первый бой у моря,

До этого не ведали мы горя

И жили дружно в Элиноре,

Но грянул гром над Соли-Дором,

Сломав часов волшебных ход

Посеяв семена раздора.

Теперь здесь лишь Война живет

Давно все было, снег кружился

Тот мир в легендах отразился,

Спустя века, спустя года,

Нам вспомнить все пришла пора!

6faabcec4c41.png

 

Дорогие друзья!

Месяц за месяцем, читая прекрасные истории об Элиноре и кровавых поединках между расами, мы незаметно приблизились к юбилейному этапу литературного конкурса.

И вот пришло время объявить тему 100-го этапа, а именно «Воспоминания о былом!».

В конкурсе будут принимать участие все работы, присланные до 24:00 6 октября 2013 года, на почту [email protected].

А тем временен, давайте вспомним лучшие работы прошедших этапов конкурса.
Желаем всем вдохновения!


  • 0

#2 rusalka83

rusalka83

    Архивариус

  • Администраторы
  • ФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишка
  • 8 160 сообщений
  • Пол:Женщина
  • Раса в игре:Люди

Опубликовано 25 Сентябрь 2013 - 19:09

Поскольку у нас юбилейный этап, призы будут соответствующие! 

Победители конкурса получат сразу все подарки из списка наград, в соответствии с занятыми местами! 

Поспешите принять участие!

899d88105c03.gif


  • 0

#3 rusalka83

rusalka83

    Архивариус

  • Администраторы
  • ФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишка
  • 8 160 сообщений
  • Пол:Женщина
  • Раса в игре:Люди

Опубликовано 25 Сентябрь 2013 - 19:29

Участница №1 - Мелли ТЕРН

 

Ты помнишь, как все начиналось,

Все было впервые и вновь.
Как мир познавали, 
Как рьяно сражались
За доблесть, отвагу, любовь.
Как долго качали медали,
Учили с нуля ремесло.
Нам трудно бывало,
Но мы не сдавались,
Всем лагам и багам назло.

Мы много, мой друг, ошибались,
Без карты в тумане брели.
Кого-то в боях потеряли,
Но что-то в пути обрели.
Плутали мы и спотыкались,
Но все ж продолжали идти,
Нас целью манило
С невиданной силой,
Достичь окончанья пути.

Мир строился и раздвигался,
Прочнел, матерел, хорошел.
Лишь главный закон не менялся:
Война – гномо-хумский удел.
Шестой год в пути, без привала,
А цель так же все не видна….
То ль вовсе пропала,
То ль призрачней стала
За новым туманом она.

На смену уставшим героям
Приходят младые птенцы.
Для них теперь мир этот строят,
Для них созидают Творцы.
А мы поворчим по-старинке,
С доспехов пылюку сотрем,
По пенному выпьем, 
-За Элинор! - крикнем
И к призрачной цели пойдем.

Я поднимаю эль за Тех- Но-Магов!
За гномов, за хумов, Богов!
За всех – за друзей и врагов!
И если видишь цель, то поздно или рано
Сквозь бури, жару или дождь,
Разочарования дрожь,
Надежды, сомненья и ложь,
Сквозь битвы, сражения – все ж
Ты к ней долетишь, 
Доплывешь, 
Доползешь,
Но дойдешь!!!


  • 1

#4 rusalka83

rusalka83

    Архивариус

  • Администраторы
  • ФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишка
  • 8 160 сообщений
  • Пол:Женщина
  • Раса в игре:Люди

Опубликовано 26 Сентябрь 2013 - 04:02

Участник №2 - Алекс Северс

 

Воспоминания о былом, vol.1

Ясным весенним днем, 2008 года.… Неужели это было тогда?  Может быть все - таки 2009? Пусть останется 2008 и пусть судьи простят мне неточность, если я все- таки не прав.  За окном весна набрала полную силу и готовилась к лету, маленький  весенний ручеек, которые обыкновенно бывают после дождя, весело журчал о беззаботности этого мира и его красоте, но все это не могло задеть одинокого мужчину, сидящего перед ноутбуком с разочарованным лицом.

-Все, это никуда не годится!

Он закрыл работу, выслал оценки по почте с язвительными комментариями, и просто начал перелистывать страницы. Возвращаться к проверке домашних работ бездарных неучей не хотелось совершенно.  Взгляд его остановился на знакомом слове с интересной, несовместимой с ним приставкой. Техно… магия

Хмыкнув, закрыл страницу, и вернулся к своей почте, в которой явно было больше 20 работ. Открыв новый «шедевр», он пару минут с удивлением взирал на ярко алую розу и силился понять, какое отношение имеет она к династии Рюриковичей.  Пара строчек ниже объяснили ему позицию автора, и со словами: Да что я вам сделал?!

Мужчина со злостью закрыл крышку ноута. Захотелось убежать куда-нибудь, скрыться в укромном месте, где тебя никто не знает, и в голову пришла закрытая вкладка с удивительно несовместимым названием…

-Ну что же….

Стук в дверь…Пароль и почта… И…

Ясным весенним днем синеглазый мальчуган со светло-русыми волосами, вошел в тренировочный лагерь, и, пройдя все квесты, прибыл в Лонгхольм. По площади сновали маги и волшебницы, держа книги и каменные отпечатки под мышками, впереди ждал старец, выдающий задания, и ожидающий его появления. Поправив одежду на себе, маг отправился на поиски приключений.

Мир поражал воображение своим многообразием и красочностью, и с каждым новым квестом открывал  любопытному загадки и новые места. Вот уже, кажется, ты знаешь все в этом мире, и открывается снова дверь, и снова удивительная палатка или портал, которые ты не встречал ранее.

 В магазине и на респе можно было свободно купить эликсиры и пополнить свой боевой магический запас, поэтому нехватки не ощущалось даже на самых маленьких уровнях. Попробовав свои силы на паре мобов, наш Сев отправился получать любимую профессию алхимика, и,  получив задание, ринулся его выполнять. Когда он проходил в сторону охраны, он с удивлением заметил человек 7-10 по очереди бегающих от одного паука к другому.

Удивленно пожав плечами, Север прижал к себе свои эликсиры  и взглянув в сторону пустоши, на которой роем носились пауки, покрутил у виска, двинулся по своим делам.  Он надеялся быстро срубить пяток деревьев, вытрясти паутину и вернуться к алхимику, чтобы стать учеником этого великого мастера. А позади него все еще носилась колдуй-команда от ящера к паукам…

С чувством собственного достоинства, он вытащил из-за пояса топор, и, выйдя на пустошь, направился к сухой древесной коряге. Именно ее требовалось порубать на поленья. Он уже подошел к ней и размахнулся, как в мгновенье ока оказался рядом с големами на респе, так ничего и не поняв.

Решив, что это какой - то очередной глюк,  которые иногда случались, Сев снова отправился к дереву.  На этот раз он успел разглядеть рыжую бороду, мочалкой уткнувшуюся ему в нос, как раз перед  тем, как снова оказаться на респе. Товарищи по несчастью, оказавшиеся поблизости, пояснили ему историю про гномов и про то, как опасно ходить теперь на пустошь. Он нахмурился, как же получить профессию, когда рыжебородый устроил у дерева пост и сидит спокойно и ждет его. Вроде бы и разница между ними не так велика…  Он был не робкого десятка, поэтому пробовал еще несколько раз, и даже умудрился перед смертью срубить пару сучков, но этого было недостаточно. Он шел вдоль охраны и размышлял, что же ему теперь делать. Ведь путь к вожделенной профессии оказался не таким простым, как казалось вначале. И тут невдалеке он  заметил тропинку, странно, раньше он не видел ее. Решив, что хуже уже не будет, Сев бросился по ней, сзади  уже несся кто то, и это был не человек. Бежать пришлось очень быстро, с разбегу  он прыгнул в какой-то портал и оказался перед синим призраком…

Еще несколько раз бегал Сев от палатки к городу и обратно, и вот она…. Заслуженная награда - синяя шапка и рыжие элики. Нахлабучив на себя несуразный синий котелок и прищурив глаза, он взял в руки топор и отважно понесся к дереву…

Перепрыгивая через варанов и ящеров, обходя  огнедышащего дракона, он оказался рядом с вожделенным предметом, и отрубив несколько веток, остановился в ожидании…

И да, вот он, лопух рыжебородый уже несется на него сломя голову. Мстительная улыбка и прищуренный взгляд мелькнули на лице юного мага, он развернулся к обидчику и стал ждать нападения. Гномик даже не посмотрел, что на Севе сменился немного наряд, он привык ждать его у дерева и, убивая каждый раз, хохотать на весь соли-дор, теперь же смеяться будет кто- то другой.

Первый удар был гнома, он размахнулся своей секирой, но нанес  удивительно слабый для него удар, обычно он отправлял Севера на респ чуть ли не с первого удара, но теперь ход перешел к парню.  Плавно, словно бы нехотя, Сев достал из своей  катомки все рыжие элики, которые дал ему призрак и о, чудо! Красная жизнь. Выпив все разом, он последний раз посмотрел на соперника. Глаза того от ужаса округлились, и непонимающим взглядом гномик лишь наблюдал, как мелькают в руках мага, словно искры, рыжие эли.  Дождавшись, когда до гнома дойдет, Сев ударил  и снова его ход, голова гнома в рюкзаке, а Сев, завершив задание, пошел быстрым шагом за охрану. Пыхая ненавистью, на него  летел восьмой уровень рыжебородых, а юный маг не был уверен, что силы эликов хватит и на этого.  Встав перед  охраной, он, однако, остановился, ожидая, пока гном добежит и щелкнув того по носу острием ножа, быстро скрылся за охраной. Сегодня был просто замечательный день. Подходя к домику алхимика,  он уже слышал голоса друзей, которые всемером держали для него симпатичного паучка, но сейчас ему нужно получить свою профессию…

Так, в веселых погонях за пауками и ящерами прошла его юность.  Вместе с друзьями они жестоко наказывали тех, кто не умел ждать, и портал у острова посвящений принадлежал только им. Вот он уже и 10 уровень,  обходит достойно свои владения, но что-то ему все-таки не хватило, он так и не стал самым сильным войном, слишком быстро набирая опыт.  Качая медали, он думал о том, чтобы начать все сначала и исправить свои ошибки, но дела потребовали его исчезнуть из мира, который ему так нравился. Прошли годы, он прошел множество миров,  оставив в каждом достаточно яркий след, но каждый раз мыслями он возвращался к порталу в техномагию. Он забыл название, забыл адрес, и те порталы, которые были в почте, исчезли. Перебрав тысячи страниц, он отчаялся искать, рядом с ним уже была девушка и друзья, но каждый раз его сознание подбрасывало воспоминания, словно старый кинофильм. И вот однажды…

 

Пролистывая и удаляя старую почту, Сев сетовал на то, сколько ее много, наконец, он дошел до последних страниц, и одно из писем привлекло его внимание.  В горле встал тугой комок, и он с недоверием открыл письмо. Так и есть, там был портал туда, куда он хотел уже очень давно, туда, куда так часто возвращался в своих мыслях, ну он, наверное, давно исчерпал себя? Может ссылка нерабочая?

Нерешительно подведя руку, он, не ожидая успеха, щелкнул по ссылке и не поверил своим глазам...

Он снова перед серыми стенами, ничего не изменилось, урааа…

Как там? Кто я?  Ааа ну да, конечно, как же иначе! Я  же даже имя не менял… Быстро введя имя, он перепробовал сотню своих паролей и не один не подошел. Разозленный он начал стучать в холодные стены ногами, но никто не отвечал. Запрос на пароль… Подтверждение пришло, но не работает! Да что, черт возьми, происходит?!

Стальной блеск  в глазах, злость, сзади послышался нежный Аленкин голосок, - Любимый ты уже 3 часа на этом сайте перилку грызешь…

Мда, умела эта девушка подлить масла в огонь.  Решение пришло на следующий день само собой…

      Ясным весенним днем синеглазый мальчуган со светло-русыми волосами… подталкивал к загончику со скотозаврами неуверенную девчушку с глазами, цвета расплавленного шоколада  и копной каштановых кудряшек. Девчонка жалась к нему и боялась всего в округе, но Алекс, так теперь звали мальчишку, хоть и был в новом мире, думал, что все знал. Ведь когда то давно, он уже был здесь.…  Или почти здесь.

-Здравствуй Элинор я… вернее, теперь мы, вернулись. Впереди их ждет преданность и предательство, любовь и измена, враги и друзья и много еще чего, большой мир приключений, в который Алекс пришел теперь не один.  Но это будет история второго сервера…

 

 

 

Воспоминания о былом. Vol.2

 

Лишь  тема задана, итог не подведен,

А сердце уж о мщении ропщет.

Привиделся финал, где голос мой, восстав, изрек:

Безумные князья и короли, и девы, кто испачкан вашей страстью,

Вы  волки жадные, коварные и злые!

Секиру воздаяния я занес над вами –

Нет времени теперь ни крикам, ни мольбам,

Содеянных грехов ничто не умаляет,

Жестокие сердца я вырываю вам.

И стая тесная орлов наестся досыта нечистым вашим телом,

В лохмотья изорвет на тысячу кусков,

И, озираясь, гномы тащат их с холмов

За крепостные стены - радостно и смело.

Вот час настал, пылай, о факел мой,

Зубами скрежещи, о ненависть и злоба,

Возмездие! Скорей свой яркий флаг  раскрой…

Но тут перо в моей руке упало,

И мысль святая родилась –

Не станет Дух мой продолжением злого.

Господь Отец мой пусть судьбу людей решает,

Которых я друзьями называл.

А я конечность зла как утверждал, так утверждаю!

И все, что злого получил, обратно возвращаю.

Тебе же мой читатель оставляю, лишь то, что самому себе с надеждой оставлял.

 

  Ясным весенним днем синеглазый мальчуган со светло-русыми волосами… подталкивал к загончику со скотозаврами неуверенную девчушку с глазами, цвета расплавленного шоколада  и копной каштановых кудряшек. Девчонка жалась к нему и боялась всего в округе, но Алекс, так теперь звали мальчишку, хоть и был в новом мире, думал, что все знал. Ведь когда то давно, он уже был здесь.…  Или почти здесь.

Первым веселым открытием стало отсутствие эликов в магазине, и элики, которые пились строго по уровню. Зато были и приятные моменты, не надо было бегать и держать паучков, ящеров, всего этого было в достатке и хватало всем – это стало приятной неожиданностью.

Алекс с Сашкой прошли квесты и получив временные доспехи пошли в колизей,  не рассчитав сроков, на следующий день счастливая пара укатила на дачу…

 По возвращении их ждал «приятный» сюрприз.

-Алекс! Ты что голый по деревне ходишь?

Получив столь лестное замечание, Алекс нервно посмотрел на Сашу и, не сказав ни слова, побежал за магическими доспехами, голый мужчина – это еще ничего, а обольстительная девушка, когда вокруг  ходят недостойные хумы?!

Элики закончились быстро, побед было совсем немного и единственным выходом было бить опыт. Никто никуда не приглашал, хотя на ревность Саше именно Алексу делали зеленые подарки сердобольные девушки старшего уровня, но все остальное приходилось добывать самим. Поняв, что выбор не богатый, Алекс решил, что они пойдут до 8 уровня и там уже продолжат качаться. Игра вспоминалась тяжело, была масса нововведений, сюрпризы и новинки били тяжелой битой по лицу, не давая опомниться.  А лицо перед любимой девушкой Алекс ронять не хотел. Собрав на Сашку весь колизей, Алекс оделся в отступника и так в нем и ходил…

Дойдя до 8 уровня, он привел Сашу в город и показал пауков и скелетов, на которых они теперь могут качаться, как услышал вопль, непонятно откуда:

-Помогитееее!

-Что помогите? Как? Ты где?- Алекс  тревожно оглянулся, но Сашки рядом не было. В ответ лаконично…

-Я где то здесь... С гномом!

У нее всегда  были поразительные способности довести его до исступления. Открыл инфу, соли-дор, мертвые земли…

-Черт побери!  Как ты там оказалась? Я же в город тебя привел.

Алекс бросился следом в соли-дор, ища любимую, пробегая в третий раз по соли-дору и задавая один и тот же вопрос: где ты? Ну где же ты? Снова лаконичный ответ.  – Здесь я…

Как вот это она умудряется?!

Мысленно про себя вспомнил всех богов, обновил инфу, респ..

 Идиотическая улыбка: - И давно ты там?

В ответ: да, я уже за эликами сходить успела…

Непереводимая игра слов мысленно, взял за ручку, повел в город к скелетам.

-Сашенька, вот здесь качаемся пока, качаем элики, свитки, рунки…

-Помммогиите!

Глаз задергался нервно, словно милицейская мигалка.

-Ав…ра! Ты что издеваешься????

Снова бег по соли-дору привел его на респ. Вытирая пот со лба, он с ненавистью разглядывал потрепанный Сашин колизей, слов, чтобы передать все его эмоциональное состояние не нашлось, поэтому взяв за руку свою ненаглядную, Алекс снова упрямо потащил ее к паукам и скелетам. Наверное, Сашке было скучно, потому что потом еще несколько раз он слышал ее радостное: помогите, и  информативное: я здесь, даже удавалось ее найти и удивляться, как она при этом умудряется выбрать гномика посильнее, прыгать за ней, чтобы умереть вместе. Потихонечку они все-таки развивались, да и Сашка увлеченно начала качать профессию, у них появилась своя отпугивающая гномов система, благодаря которой им даже удавалось убивать.

Однажды,  будучи на 9 уровне, но все еще слишком слабые, чтобы противостоять даже гномику в убийце, Алекс с Сашей закрывали варанов, как он отчетливо услышал ее визг. Выйдя с недовольством  от варана заметил, что Сашенька что то долго висит в бою. Щелк… Громозека… Вот ведь, незадача. Алекс, не раздумывая, прыгнул за Александрой, именно тогда в голове родилась буйная мысль довести до нервного тика каждого гнома, который задастся целью мешать качать им достижения.

-Сашка! Сейчас этот гад выбивает тебя, беги на аук за эликами, покачаем медальки… Деньги есть?

-Угу…

-Так, я буду держать его, сколько смогу, ты встанешь рядом и будешь ждать, когда он меня убьет, и потом будешь тянуть, пока я куплю нужные элики и свитки, что останется после тебя.

На самом деле они уже проделывали такое  с успехом, и удавалось убивать десяток, если до родных пинатов и аука было недалеко. Бегали оба довольно быстро, но громозека был профессионалом и умел играть хорошо. Понял ли он сам, что произошло? И почему два бешеных хума бросаются на него, словно белены объелись? Наверное, минут через 40, да.

Алекс с Сашкой бегали до аука и обратно друг к другу больше часа, пока громозека не завопил о помощи, и не позвал камасутрова. Несчастный гномик в убийце, но 7 уровня, шел на верную смерть, чтобы спасти товарища. Может друзья и прокачали тогда громозеке достижения, но победа была не в этом, как, впрочем, и не в том, чтобы досадить – они защищались. Когда камасутров погиб самоотверженно под Сашкой, Алекс с  чувством внутреннего достоинства, вернувшись с респа, видел, с  какой скоростью громозека удирает от их бешеной парочки. И именно это было приятнее всего, не кач медалей и достижения, а то, что умудренный опытом, уважаемый боец, экипированный лучше них, бежит так, словно ему подожгли пятки. Алекс посмотрел на время- час сорок прошло с того момента, когда они тиранили громозеку.

После них  пошла мода ходить по двое, и люди стали заказывать у Алекса отступника, потому что Алекс начал выносить убийцу в нем. А с громозекой они даже подружились.

А бывало ли вам когда-нибудь,…  Жаль противника? Не банальная жалость, а острое знание о том,  что игрок на том конце настолько хорош, что вас только доспехи и уровень спасают?

И у нашего героя такой момент был, когда он встретился с Комаром. Разница в уровне и силе, но глядя на игру комара,  Алекс  серьезно сожалел, что напал. Он понимал, что будь комарик не 7 уровня, а Алекс 9-го, будь на нем не серо-зеленые доспехи, вряд ли бы победа досталась нашему герою. Он с восхищением смотрел, как комар не сливается, а отважно пытается бороться, как раскладывает гениально камни, и видит даже такие сложения, которые он, Алекс, пропустил…

Он уважал его самоотверженность и силу духа, разум и спокойствие, и по хорошему завидовал этому прекрасному игроку. Пройдет время, и комар в гадзоге будет также самозабвенно гонять Алекса по острову, но сейчас, после боя, осталось послевкусие вины, и Алекс шел расстроенный к Саше. Встретив ее, он решил немного скрасить свои ощущения и утащил невесту в подземелья, где они вальсировали мимо богомолов, то убивая монстров, то сталкиваясь друг с другом,  говоря друг другу комплименты. Появляясь, в какой- нибудь локации, Алекс с Сашкой обычно распугивали других игроков своим общением и поцелуями, поэтому и сейчас они остались наедине.

Дойдя до 10, родилась идея создать клан, и, совершив первую ошибку, Алекс, создавая второй клан, теперь «дул на воду», однако, появление первого соратника их группы, не заметить было сложно. Как можно серьезно относиться к клану, если в клане есть свой собственный хрен?

Причем овощ?

И ты сидишь, весь в заботах и делах, и клан чате появляется сообщение:

-хрен с вами, уважаемые…

В результате того, что этот харизматичный  уникум вставлял свое имя в каждое предложение, его имя в клане стало нарицательным, и стало использоваться повсеместно всеми.

Девочка в клане повадилась называть Сашку в клане мамой и Алекса папой, и иногда общение сводилось к странной игре слов:

-Помогииите!

-Саша ты где?

-Мамааааа

-и хрен с вами…

Я могу говорить о своем замечательном клане, в который удалось собрать удивительных и интересных людей, добрых и бескорыстных, немного прижимистых и умных, сильных и иногда очень забавных.  И  о том, как мы подтруниваем друг над другом, но это будет не на одну страницу,  поэтому я лучше сохраню каждого из своих ребят  в своем сердце, а если надо они и сами о себе расскажут. А если вам кто-то вдруг крикнет:

-Я и здесь молчать не буду! Тиграм в клетках мяса не докладывают!

Отправьте, пожалуйста, нашего хрена домой, пусть идет с миром.


  • 1

#5 rusalka83

rusalka83

    Архивариус

  • Администраторы
  • ФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишка
  • 8 160 сообщений
  • Пол:Женщина
  • Раса в игре:Люди

Опубликовано 28 Сентябрь 2013 - 18:36

Участница №3 - Ozma2013

 

Погода не заладилась с самого утра. Лил дождь, и настроение обитателей Лонгхольма явно оставляло желать лучшего. Как только рассвело, они с явной неохотой выбирались из теплых постелей, чтобы успеть за утро переделать свои обычные дела, ведь в полдень их ждал в своем доме староста Златован. Лишь маленькая Лин спала и видела цветные сны…

Утро незаметно превратилось в день, и большинство жителей деревни поспешили в дом Златована. Они расположились в большой комнате, но староста почему-то запаздывал.

- Да где же этот проклятый старик? – негодовал Барфос. – У меня дел невпроворот, пора новую партию товаров по полкам раскладывать да подсчитать, не умыкнули ли что-то поставщики, пока сгружали тюки да ящики.

- Барфос, ты бы постыдился, – упрекнула брата Ирия. – Только благодаря Златовану держится то хрупкое равновесие между Людьми и Гномами. Если бы не он, давно бы по нашим улицам расхаживали бородатые карлики, а тебя, барыгу, так и вовсе за спекуляции сослали бы в тренировочный лагерь. До конца бы дней принимал бы поношенные штаны да рубахи от новобранцев!

Барфос опустил глаза, и многим показалось, что он смутился.

Прошло десять минут, пятнадцать, двадцать.

- Нет, ну это уже ни в какие ворота! Я не могу тратить целый день на то, чтобы ждать этого зазнавшегося старика! – негодовал Барфос и собирался было выйти из комнаты, но путь ему преградил Гертон.

- Сказано ждать, значит, будем ждать. Думаешь, тебе одному надо свои дела делать? Мы все здесь занятые люди, но сидим же!

- Вы? Занятые люди! – Барфос сорвался на крик. – Велики дела стоять на пристани да задания новым воинам раздавать! Свежий ветер, солнышко, шум прибоя. Курорт, а не работа!

- Помолчал бы, Барфос! – вмешался в разговор Вендолин. – Помнишь, в детстве на могилах родителей мы дали друг другу клятву отомстить? Только вот хватило тебя ненадолго. Гномы все чаще появляются на границе Лонгхольма, а ты прячешься в своих подвалах да вино из бочек хлещешь.

Барфос отвернулся и стал смотреть в окно. Ему ненавистен был дом старосты, как, впрочем, и сам Златован, ненавистны Гертон, Вендолин и другие воины.

«Если бы я мог… Если б я мог…» - Барфос мыслями уносился все дальше и дальше. Он хорошо помнил тот день, когда гномы совершили налет на Лонгхольм. Тогда тоже была осень, и так же с самого рассвета лил дождь. Он и его сестра Ирия помогали родителям по хозяйству, мечтая поскорее все доделать. Но внезапно дверь дома распахнулась, и на пороге показался маленький коренастый гном с рыжей шевелюрой. А с ним еще два десятка дружков. Они пришли грабить и  убивать, и это ясно читалось в их глазах. Пока отец пытался защитить свою семью и дом, мать спрятала детей в шкафу, что стоял в маленьком неприметном чулане. Но и туда ворвались враги, вытащив ее за руки. Силы были явно не равны…

Через три дня в Лонгхольме были похороны. На кладбище в деревянных гробах отправились не только мудрый и добрый хозяин таверны с женой, но и еще много-много жителей деревни. Барфос и Ирия стояли, обнявшись, у могилы родителей. Чувствуя, как подрагивают плечики сестры, и утирая свои собственные беззвучно катящиеся по лицу слезы, Барфос пообещал себе отомстить.

А потом начались занятия в школе воинов. Математика сменялась маршированием по плацу, история – уроками стратегии и тактики ведения боя. Муштра, муштра, муштра. Но Барфос, который в считаные месяцы из робкого и неуверенного  в себе паренька превратился в крепкого и сильного юношу, не позволял себе расслабиться. Красивый и неизменно серьезный Барфос  всегда выделялся из толпы. Мало какая девушка в Лонгхольме не была в него влюблена. Но он вновь и вновь брал в руки меч и тренировался, тренировался, тренировался. Днем и ночью он думал об одном: отомстить, мне нужно отомстить.

Незаметно пролетело несколько лет. Молодые бойцы покидали стены школы и присягали на верность Лонгхольму. Торжественная церемония означала, что учеба, а вместе с ней и детство, закончились. Наконец-то они могли полностью посвятить себя зарабатыванию в боях отваги и доблести. Но Барфосу нужно было не это. Желание мстить с годами не угасло в нем. По ночам ему по-прежнему снились рыжебородые карлики, сновавшие по дому и крушившие все, до чего могли дотянуться. Снились тела отца и матери, распростертые на полу.

Через несколько месяцев был объявлен очередной поход на Кхатог. Опытные отцы-командиры дали последнее указание своим бойцам. Выступили на рассвете,  когда было еще прохладно. Паляще солнце Соли-Дора могло раньше времени ослабить воинов. Каждый шаг был просчитан.

Отряду удалось добраться до гномской деревни без особых проблем. Дождавшись смены караула на границе, люди, словно тени, скользя по стенам и прячась за углами домов, оказались в Кхатоге. Разбившись на группы, они врывались в дома ни о чем не подозревающих гномов. Согласно приказу они хватали врагов мужского пола и выводили их на главную площадь селения. Там враги должны были признать поражение, присягнуть на верность людям, или умереть.

Хватали всех без разбору. Молодых и сильных, юных и неопытных, старых и хворых. В одном из домов Барфос увидел девушку. Ее звали Миэллой, как он узнал позже. Она стояла, склонившись, у постели больного отца и уговаривала его хоть немного поесть. Уже немолодой воин не мог подняться с постели, чтобы оказать должного сопротивления. И тогда Миэлла взялась за меч. Еле-еле ей удалось вытащить из ножен тяжелое оружие. В глазах ее Барфос увидел страх. Страх и печаль. Казалось, что она без слов спрашивает: «Зачем?»

«И действительно, зачем все это? – подумал Барфос. – Зачем нам нужен этот бессильный гном, почти старик? Он все равно никогда уже не поднимется со своей постели, не сможет выйти на поле брани. Еще месяц-другой, и раны сведут его в могилу. Мы можем убить его прямо сейчас, и прекратить его бренное существование на этой земле. Но зачем? И чем мы будем отличаться от тех варваров, которые тогда убивали наших отцов и матерей? Мы, сильные и гордые Люди, уподобимся им…»

- Отбой! – приказал Барфос своим боевым товарищам. – В этом доме нам нечего делать.

Воины повернулись и покинули хижину, хоть в душе их и было сомнение.

Действо, происходившее час спустя на центральной площади селения Кхатог, Барфос помнил смутно. Он видел, как некоторые гномы чуть ли не с большой охотой клялись закончить воину и никогда больше не заходить дальше середины Соли-Дора, другие же упорно отказывались склонять головы перед теми, кто в данный момент был сильнее их. Но мыслями Барфос был рядом с Миэллой. Она стояла у окна в своем легком светлом платье, казалось бы, сшитым из облаков и эфира. Уже тогда Барфос знал, что эту девушку он не забудет никогда. Они из разных миров, они принадлежат к разным расам, а значит, не смогут быть вместе. Возможно, им даже не суждено когда-нибудь встретиться. Оставалось только лелеять надежду, что и Миэлла хотя бы иногда вспоминает о нем, о Барфосе.

«Если бы я мог… Если бы я мог…» - думал Барфос.

Дверь хлопнула. В комнату вошел староста Златован. Он произнес:

- Мир! Возможно, с Гномами будет заключен мир!

В сердце Барфоса вновь загорелся огонек надежды.


  • 1

#6 rusalka83

rusalka83

    Архивариус

  • Администраторы
  • ФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишка
  • 8 160 сообщений
  • Пол:Женщина
  • Раса в игре:Люди

Опубликовано 30 Сентябрь 2013 - 16:27

Участник №4 - Агнисса

 

Песок арены, ах песок арены!

Ты столько видел... Подлость и измены.
Ты видел благородного врага.
И "друга", кому честь не дорога.
 
Ты видел бой без права на ошибку,
Где жизнь и смерть стоит на грани зыбкой...
Ты видел бой (а, впрочем, этоль - бой?)
Когда один сражается с толпой.
 
Песок арены, ах песок арены.
Ты точно знаешь: все мы в мире тленны.
Побед и поражений череда
Уйдут в песок и канут без следа.
 
Не раз тебя слезами поливали.
Не раз, с досады, на тебя плевали -
Когда, почти уж выигранный бой,
Внезапно, вдруг - закончился петлёй.
 
Песок арены, ах песок арены...
Какие б не случились перемены -
Как в Рим, к тебе, ведут бойцов пути.
Ну, чтож - меня там ждут. Пора идти!

  • 0

#7 rusalka83

rusalka83

    Архивариус

  • Администраторы
  • ФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишка
  • 8 160 сообщений
  • Пол:Женщина
  • Раса в игре:Люди

Опубликовано 30 Сентябрь 2013 - 16:32

Участница №5 - Faride

 

Вечер. Сумерки.Таверна.

Пинта пива за столом.
Розговор идет неспешно.
Ни о чем и обо всем.
Детство.Юность.Первый опыт.
Первый бой и первый дроп.
Элинор из воен соткан.
От наставника урок.
Ювелир или Алхимик,
Тайнописец иль Кузнец?
Профу верно надо выбрать-
Мастером стать наконец.
Ты один во власти смерти,
Как на лезвии ножа.
Требует Богиня жертву,
Чтоб взамен дать Благодать.
Колизей. Арена. Своды.
Жизнь-то вечная борьба.
Тени,нити,скальпы,мобы.
Проигрышей череда.
Респ. Игра со Смертью в прятки.
Кто кого-закон суров.
Ярмарки, подарки, «взятки»
Торг, мульты, Аукцион.
Кляпы.Каторга. И форум.
Невиновный вновь в строю.
Было все за эти годы.
Много было на кону.
Вкус победы пьянит разум.
Вновь бесстрашно рвешься в бой.
Обагрится кровью «разруш»
Вот чинится надо вновь.
Друг мой, вспомним же былое.
Выпьем за Богов до дна.
За Хорошее, Плохое,
За Сегодня и Вчера.
То что Есть, что Было, Будет
Иллюзорно так подчас.
Вереница нитей судеб
Плотно сплетена в каркас.
Жизнь.Игра. Игрок и Сервер.
Элинор,Кхадгор,Эквиль.
Дом. Семья. Работа. Дети.
Как же много нужно сил.
Тишина. Очаг. Зарница.
Солнце за горой встает.
Пиво.Друг. Может случится-
Вспомним этот вечерок.
Грань миров пусть будет четкой.
Без «Вчера» и «Завтра» нет.
Вспомнить - важно, пусть и редко.
Блага Вам, Любви, Побед!

  • 0

#8 rusalka83

rusalka83

    Архивариус

  • Администраторы
  • ФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишка
  • 8 160 сообщений
  • Пол:Женщина
  • Раса в игре:Люди

Опубликовано 30 Сентябрь 2013 - 22:49

Участник №6 - Егоркин дед

 

Не анонимные воспоминания.

 

Как я нашел ТМ? Я уже и не помню… Случайно ткнул в одну из рекламок, которые вывешивали на мыле, сыграл пробник боя с големом, зарегился – и остался надолго… Что удержало здесь других – не знаю. А про себя могу сказать точно – литконкурс! Я в играх всегда нуб, как бы долго в них не играл, я никогда не смогу догнать и перегнать тех, кто может проводить много времени в игре, или вкачивать большие для меня реальные деньги. У меня – полчаса перед работой, час-другой вечером. А работа с семи до восьми. Утра и вечера… А в игре кликаю 7500 кликов на скелах вторых да третьих и читаю советы в чате от тех, у кого уже по второму-третьему персу… Скукотища… Сейчас, когда медальки разделили, новичкам стало поинтереснее, а тогда начинать было муторно, если не бежать путем фармера… И бросил бы я эту игрушку, если бы не чудо! В мою жизнь ворвался литконкурс! Как он меня нашел? Что за провидение ткнуло мышкой в системную строку? Но я оказался здесь, в кругу родных людей, и мне сразу стало хорошо!

 

Как он меня выделил среди других?! Стихи-то первые конкурсные были у меня очень средненькие, но Бобусь, Вован Вованыч, поддержал меня в личке, мало того – перестал сам писать на конкурс и ушел в жюри, чтобы и там насаждать свое мнение! А про черепаху ведь у меня получилось круто, две разные темы, классика борьбы старого и нового мира, два совершенно разных ритма и четыре финальные слова – четыре строчки, прям как у ВВ: «Пой,

враг!

Бой.

Мрак…»

Как этот стих только не опускали жюрейцы, но в призы он выкарабкался только благодаря тебе, Вовка!

 

Я не скандальный человек, тихоня, на форуме редко высказываю свое мнение, но однажды попал в переплет. Взъелся на меня Кузя за то, что я как-то по-простецки обратился к Булату Шалвовичу. А я не смог ему объяснить, что и Окуджава, и Высоцкий для меня не монументы, а люди, с которыми я общаюсь каждый день, советуюсь, перекидываюсь парой слов или песен. Не смог… Ничего, обошлось… Зато Кузя теперь, иногда заглядывая на нашу страничку, тычет теперь меня пальцем в бок, как Карлсон Малыша: «Ты всё еще тут, живой?! Ну-ну…» Да живой я, палец тебе в бок J

 

Я никогда не писал, подстраиваясь под мнение жюри. Я всегда пишу про мир таким, каким его видит моя Муза, и это вовсе не означает, что ее точка зрения всегда совпадает с моей! А иногда она нагло дрыхнет в самый ответственный момент, и тогда я пропускаю этапы… Но как я ей благодарен за те строки, которые вдруг отложились в памяти! Спасибо, моя родная!

«Пешки проходят в ферзи, но к сожаленью, не все…»

«Все игровые понятия тут, только порядочность – не игровое!»

«Месть и честь – всего лишь прихоть рифмы, но не уживаются вдвоем!»

А еще меня всегда радовало, что разброс оценок моих стихов был невероятно большим, один и тот же мог получить и первое, и последнее место одновременно! Главное – не быть серой мышкой-троечницей, а суметь НЕ понравиться – это ведь тоже надо суметь!

 

Мне лично очень трудно судить чужие работы. И оставаться мягким и тактичным, когда я вижу явную халтуру, или полное отсутствие вкуса, или обделенность талантом. И когда надо выбрать среди двух отменных работ лучшую – тоже очень трудно! И к труду тех людей, которые пишут рецензии на наши творения, я отношусь с огромным уважением. А если кто-то видит мир не таким, как он представляется мне, то это не означает, что мое мнение правильное, а другие ошибаются. Мне было интересно расшифровывать свои стихи Мульту, он заставлял меня задумываться над тем, что мне казалось очевидным в строчках. И получить второе место от Влада – огромное достижение для меня, пусть он и напишет при этом, что первого места просто никто не заслужил. «А судьи кто?!» - одно из самых жестких стихотворений, которые я написал, получило-таки золотое перо!

 

Я читаю чужие стихи – и вижу, как сбит ритм, как несовершенна рифма, как можно было бы подработать стишок, чтобы он обрел гладкость… И ничего этого не делаю. Потому что стихи чужие и меня не трогают… И вдруг однажды я решился один чужой стих переделать, потому что он у меня в мозгу зазвучал. И я спросил разрешения у Музы. И она снисходительно разрешила мне эту переделку. И прочла. И ей это не очень понравилось, но именно так в моей судьбе появилась МЕЛЛИ! Помнишь?! А потом мы общались, как родственные души, и не была ты тогда еще главой клана, и модером, и ведущей литконкурса… Нормальная девчонка, со своими проблемами в реальной жизни, и улыбающимся мне при встрече смайликом в игре. И шедевр про зомбика – в памяти навсегда!

 

Когда я восхищаюсь прозой, я искренен! Я могу покривить душой иногда, не без этого, но чаще все-таки честен. Небожитель Верес, я почти не застал его творений, когда сам стал участвовать, но рассказ про девочку, которую спасает ценой своей жизни кукольник – это СУПЕР!!! Клепыч, с такими интереснейшими закрутками в сюжетах, причем в малой форме! А какой слог! Я знаю, как ты трудился над своими шедеврами, Юрик, Катюшка рассказывала… Андерхренц с его особым видением мира! Мне всегда кажется, что своим черным юморком Марик показывает нам – мир пока еще не такой, как я его описал, но он может стать таким, если каждый из нас хотя бы чуть-чуть не изменится к лучшему!

Как я счастлив, что вы встретились в моей жизни, ребята!

 

Новорожденного надо пошлепать по попке, чтобы он разорался благим матом и впервые сам вдохнул воздух полной грудью. Я тоже не могу держать стихи взаперти и часто выкладываю их к себе в инфу до того, как они будут отправлены на конкурс. Но ведь очень важно, чтобы малыша приняла справная бабка-повитуха. Халцедон, как же моим стишкам-малышкам повезло с тобой! От твоих шлепков они не только розовели, а всеми цветами радуги начинали переливаться! «Моя богиня – это мама! Ну, и Халишка, может быть…» Помнишь, как ты спросила: «Халишка – это про меня?!» Ага!..

 

Мэри, я пишу эти строчки до того, как будут выложены результаты 99 этапа, и неважно, какое место там займет наша работа, ты-то знаешь, что она все равно лучшая! Ты закинула идею в мое подсознание, а дальше – рыба, техническая обработка, три странички исправлений – и за несколько часов до окончания срока приема работ я успеваю ее отправить. «Отличненько!» - написал мне Мелли, вместо стандартного: «Спасибо, работа получена». А в итоге – раздельный этап! А ведь отличненько – это твоя заслуга, Амазонка!

 

Написал много сумбурных слов, но сознательно не стал перелистывать назад форум и этапы, не посчитал, сколько перьев я получил и сколько обид затаил на судей. Я написал о том, что вспомнилось навскидку, наверное, что-то перепутал или приврал… Извиняюсь перед теми, кого не успел упомянуть, и особенно перед теми, кого назвал. Я просто очень вас люблю, ребята и девчата, очень дорожу отношениями с вами, и очень рад, что хапуги и прощелыги в нашем конкурсе не уживаются! Я всех вас обнимаю, а многих даже целую! Удачи вам всем!!! И помните, наградил вас Господь даром – не прячьте его, делитесь!!!

 

Ваш Йодик!


  • 2

#9 rusalka83

rusalka83

    Архивариус

  • Администраторы
  • ФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишка
  • 8 160 сообщений
  • Пол:Женщина
  • Раса в игре:Люди

Опубликовано 30 Сентябрь 2013 - 22:53

Участник №7 - Раймонт Бензпил

 

Забил

(этот рассказ, во многом автобиографический, написан в метафорической форме, простой и доступной…, во всяком случае, так думается автору).
 

 

«Трам-тарарам по-по-чкам, –

настроение у храброго воина Ямогуча было распевецкое, –

Прям по-ро-гам и точк... ой! …?!? ...ты кто?
- Я – твоё будущее.
- Моё? Крута-а-а. А что-й-то ты такое туманное?
- Это хороший вопрос, очень правильный. Спасибо, что спросил.
- Не за что. А я вот, что хотел узнать...
- Любопытство не порок. А Знание – Сила! Отрадно, что ты так любознателен.
- Да? Ну, да. Так вот, я и говорю...
- О чём?
- ... В каком смысле?
- О чём ты говоришь?
- Да ни о чём, собственно...
- О, я так люблю разговоры ни о чём. Продолжай, прошу тебя.
 Но Ямогуч не стал длить бессмысленную беседу, распрощался и ушёл», –

Кимихла, величайший из алхимиков живущих ныне, очень любит потчевать этой побасенкой своих учеников – студентов КАЛтеха (Кхатогского Алхимико-техномагического института). В разных вариациях, но с неизменной моралью. Точнее, в полном соответствии с учением о дуализме, с двойной ...моралью. Первое – будущее обязательно ответит на все вопросы. Но не ранее, чем станет твоим настоящим. И второе – с будущим распрощаться, конечно, можно. Но только один раз. 
 
***
Под звуки футбольного марша:
«Держите меня семеро,
Дер-жите меня семеро,
Дер-жи-те ме-ня семеро!
Счаз-з-з мяч порву вАще!!!», – 
команда кхатогских мастерских «Гномонатурист» неспешно потрусила по изумрудному газону домашней арены. Ответственейший матч внутригномского чемпионата.  Даже весёлое солнышко, мельком заглянув на трибуны, забитые икринками красно-рыжих гномьих голов, так и зависло над раскрытой баночкой стадиона. Облизываясь в предвкушении интересной игры. Болельщики нетерпеливо жужжат – уж «подогреты», вольно же им! Ярый фанат Ямогуч невидящими глазами смотрел на крошечные фигурки своих кумиров. Из последнего ряда нового Биг-Фут Стадиума видно всё как на ладошке, но Ямогучу было не до героев Большого Спорта. Он переживал. Стадионный диктор только что закончил объявлять состав уже выстроившихся на поле гостей, и, как и следовало ожидать, левого полузащитника Гномукли в рядах команды "О'преснитель" не оказалось. И виноват в этом был он, ни разу не воздержанный на язык трепач Ямогуч. Кхатгор его дёрнул, едва помахав Будущему ручкой, тут же разыскать друга среди Опреснительных установок. Посоветоваться, видишь ли, не терпелось. Гномукля умён, спору нет, даже «Кхатогский спорт» писал о: «Необычайно зрячем и думающем левом хавбеке О'преснителей». Но какого Кхатгора Ямогучу вздумалось вламываться к нему на прокачку гранаток!? Устраивать совещание, сидючи на гигантском Черве? 
Ах, какой всё-таки это был товарищ! А как он умел слушать... – глаза выпучены, рот открыт. Всё шире и шире. И шире, и шире..., вот и случилось страшное – Гномукля проглотил Червя.
 
*
А на поле, своим чередом, уже разворачивалось неторопливое футбольное действо. Мазилио, недавно приобретённый Гномонатуристами гоблинский легионер, перехватил мяч в центральной зоне и с заметной ленцою откатил к своим воротам. На переполненных трибунах вяло засвистели. Фанаты, из числа особо отвязных, принялись демонстративно позёвывать. Всё было ясно – опять тренерская установка на игру от обороны. Болельщик-ветеран Ямогуч ничего против тактики выжида-а-ательного маневррирррованния иметь не мог, ведь это же классика гномского футбола. Бдительно оглядевшись, вытянул из недр "ХП"-костюмчика, бывшего некогда синим, а ныне застиранного до зелени, тонкий резиновый шланг, тянущийся к набрюшной грелке. Всосал изрядную порцию самопального эликсира Ангельского Долготерпения. Крякнул. Отёр непрошеную слезу. Несуетной рукой извлёк из-за пазухи засаленный томик назидательной книги 
«ГНОМАНИЗМЫ. Кладезь народной мудрости».
Занюхал им. 
Раскрыл наугад: «Не имей сто друзей – "..." сто хуманов», – ха, знаем! Типа, ...и будет тебе первый ранг. Давно пройденный этап. Книжка порою выдавала банальности, но Ямогуч неколебимо верил в мудрость народную, посему, уповал на «Кладезь» как на оракула. Больше всё равно рассчитывать было не на что. В современной науке он полностью разочаровался. Кхатгор бы побрал «великих учёных», особенно этого алхимического "..." Кимихлу! Ведь даже не удосужился выслушать до конца доклад «О моей встрече с Будущим». Едва оторвался от тиглей с расплавами и колб с кимихкалиями, сразу же понёс высоконаучную ахинею. Уж и так, и эдак пытался ввернуть Ямогуч, что, мол, Будущее всё-таки окликнуло его, открылось ему. Дескать, было в конечном итоге изречено: 
«Породишь монстра, что пожрёт любовь твою», – 
какое там! Разве до запойно теоретизирующей науки докричишься? Разве факты интересуют её, вообще? Тьфу! 
 
Горестно подсосал Ямогуч ещё эликсирчику. Под мерное посапывание трибун вновь открыл он книгу: «Под лежачую Камню вода не течёт», – а вот это уже ближе. На-а-амного ближе – вон она, кудлатая башка гнома Камни. Тремя рядами ниже виднеется, прямо у лестничного прохода. Ямогуч встал, чтобы пробраться к старинному знакомцу, но тут стадион встрепенулся, стряхнул дрёму и загудел, уловив какую-то подвижку на зелёном газоне. Вот ведь, насколько чуток неизбалованный наш болельщик! Диктор гулко, как в бочку, прокашлялся. И после небольшой заминки объявил замену в команде «Гномонатурист»: «Вместо седьмого номера Федота Данетотова, на поле вышел Соплорылло-Нибелунг, номер тринадцатый». За пару минут до конца первого тайма, эк, как времечко то бежит, тренер решил оживить игру. Нестандартный, и, прямо скажем, сильный ход.
… 
В перерыве не только удалось втихаря пустить на самокрутку свиток чьих-то Позеленевших Мощей, выкурив на самой верхотуре под разноцветными флажками, но и обменяться впечатлениями со знатоками: посмеяться, воздать должное тренеру любимой команды, оспорить мнение невежды, даже повздорить слегка. 
 
*
Игра возобновилась, и Ямогуч наконец-то добрался до Камни. Пристроился на скамье рядышком с ним и величавою супругой его, Мымриной Олеговной. Прославленной на весь Кхатог сокрушительным ударом силой шестьдесят мегавлопп. Да, это вам не тридцать среднестатистических мегавлопсиков половозрелого гнома-мужчинки... – не шутка. Камня небрежно-приветственно кивнул: «Ща, погодь, я уже заканчиваю», – и вернулся к разговору с женой, похоже, что важному. Он, супруг – глава семейства, был разгорячён до красноты щёк, он неистово жестикулировал. Речь напориста, сумбурна, интонация обличительная. Ох, уж эта семейная жизнь! Даже хорошо, что стадион шумел, и подробностей склоки не было слышно вовсе. О'преснители наконец-то решились на встречную замену. Соответственно, фанаты Гномонатуристов весело, с огоньком, в духе: "Поцкакуш объелся груш", – проводили их полузащитника. И тут на поле выбежал никому неведомый Червукль...
Ямогуч ощутил тычок камнева локтя в подреберье: «Узнаёшь?!? Своего дружка?». Камня вдоволь посмаковал ответное недоумение, да и выдал ошеломляющее: «Я на нашем клан-сайте прочёл: проглоченный Червь встречно попытался переварить Гномуклю. Изнутри. И этот вот...», – кивок в сторону футбольного газона, – «Червукль – генно-модифицированный результат битвы пищеварительных трактов. Гномо-червяк. Ему даже бого-админы забесплатно имя сменить разрешили. Уникум, потому что». 
Кхатгор его задери, жив! Да ещё как жив! Червукле-Гномукля моментально завладел мячом, и, глумясь над защитниками ямогучевых любимцев, принялся катать его взад-вперёд по границе штрафной площади. Трибуны замерли. 
Удар-р-р! Гол! Гости, эти опресняки–слабаки, повели в счёте...
Разочарованная гримаса спихнула прочь выражение восторга и замерла тупой маской на лице Ямогуча. В установившейся траурной тишине, с нереальной чёткостью прозвучал печально-раздумчивый голос Мымрины Олеговны: «...ох-ох-хо-хошеньки, втолковывали же мне девочки: «Сходи, да сходи к Пигалеюшке, она всё устроит»». Вот уж подытожила семейную разборку, так подытожила, – Ямогуч обрадовался возможности отвлечься от футбольной бездарщины. Тем более, что он вполне был в курсе дела: девочки, это подруги Мымрины – близняшки-простодушки Мордарита и Мордализа. А старая гнома Пигалея Травница в связи с дороговизной развода по-элинорски, промышляла потравой незадачливых мужей. Недавно вышла с каторги по амнистии. И по явному недосмотру, это сколько же народу извела! Круче ядовитой пигалицы в преступном мире Элинора, пожалуй, был только легендарный Человек-папук – загазовщик шахт. 
До Камни высказывание типа: не ценит дурачок жёниной доброты, – не сразу, но дошло. Он побагровел.
 
...мяч вновь у Червукля. Обошёл по левому флангу одного, второго..., обвёл двух полузащитников, троих защитников, вратаря... мяч в воротах!
 
Камня, тем временем, вплотную приблизился к точке кипения. Хватая рыбьим ртом воздух, стал озираться, словно ища поддержки.
 
...Червукль с мячом... ещё гол... Гномонатуристы смешались с О'преснителями и объединёнными усилиями пытались остановить футбольного монстра. Но не тут-то было, Червукль начал сходу закапываться в землю. Из под которой выныривал уже в воротах соперника. С мячом на голове. Наконец-то и опреснонатуристы забили …на Правила и перешли к смешанным единоборствам. Хотя-я-я, скорее,  к единоборствам смешным. Микс из восточных боевых искусств не устоял перед «стилем червя». Гномочервемонстрилла оказался хитёр, необычайно вёрток и даже из регбийных зацеп–захватов выкручивался моментально. На сплошь изрытом норами поле, да при десятизначном счёте, перед элинорским футболом в целом(!) замаячила перспектива полнейшего разгрома.
 
«Матч» смотреть не хотелось, и, дабы не встретиться глазами с бедолагой  по-соседству, Ямогуч полез в заветную книгу: «Тяжело в учении – легко в лечении», – час от часу не легче! Книжка повторяться начала... именно по этой наводке он обращался к заезжему светилу народной медицины. Знахарь Валиан, ни чета местным шарлатанам, выслушал вдумчиво, со всем вниманием. Рецептом, правда, не порадовал: «Как не породить монстра? Есть такая практика. Издревле проверенная, известная ныне как контрацепция. Но стопроцентную гарантию может дать только аскеза, явленная посредством полного полового воздержания». Н-да, новоявленному аскету-великопостнику оставалось только вздыхать: «Одно лечим – другое калечим». С ямогучевой хуманской пассией Любовью Краткой, оно конечно, разрыв назревал давно. Но вот, дальняя родственница её, Любовь Длинная – это что-то, нечто. Свидания на Острове Посвящения были, как бы это сказать... большая, в общем, затейница.
Ладно, проехали. Ещё глоток эликсира, ещё одна попытка...
Об-ал-деть: «Нашёл косяк на Камню», – ехидно провозгласил Кладезь гномской премудрости. А ведь натурально, закосевшего от переизбытка адреналина Камню наконец-таки прорвало. И он пошёл вразнос: «Изменница!», - разнеслось над безмолвными трибунами, – «Ты наплевала на самое святое – на меня!».

«Что-о-о?!?», – Мымрина Олеговна поднялась над плюгавым мужем во весь свой богатырский рост. Простёрла могутную длань, вооружённую неизменной спутницей – скалкой... Камня замер. В оборонительной стойке, а как иначе...?
Стадион охнул. Зрители загномонили, вскочили с мест. Команды окончательно плюнули на игру, столпились на бровке поля. В едином порыве болельщики и футболисты принялись скандировать, а там уж и запели: 
«Мы-мри-на! Мы! Мри! На!!!
Оле, оле-оле-оле, Оле-говна!».
 
***
М-м-мда... зачервивел футбол, запаршивелся, да и сошёл на нет. Вот так получилось, что нынче даже старожилы не припомнят этот вид элинорского спорта, вообще! Сбылось пророчество. И, как ни крути, а с поры расцвета гномского футбола – главной любви тогдашней ямогучевой жизни, много воды утекло...
 
Рассатались зубки острые, Ямогуц стал сепеляв. И, кстати, точнее, совсем некстати, заметил утрату буковок "ш", "ж" и "ч" далеко не сразу. Как-то на великосветском рауте по случаю прибытия посланника супротивной расы, он взял, да и спросил: «Эй, посол, куда посёл?». Наихудшие опасения вскоре подтвердились на приёме у врача-логопеда. За коротеньким тестом: «Сосала Саса суску», – последовал неутешительный диагноз «НАИВ-синдром» (Нуппская АрхиИзбыточная Высоколевельность), а проще сказать, старческая шамкающая немощь. Но Ямогуц не раскисал, держался стойко. Можно сказать, бодряцком.
 

Поговаривают, что история склонна к повторениям. И это правда, её иногда клинит и заедает, как патефонную пластинку. Однажды на марше, едва допев первый куплет «Походной песни» (музыка гномская народная, слова предположительно тоже):  
«Вот могуций Ямогуц,
Он летает высе туц.
Отцего он так летуц?
От того, цто он могуц!...», –
наш воитель вновь обнаружил на своём пути фигуру... из числа нестандартных... 
- Здрас-с-сте-пожалте, а это есё цто за явление?
- Хэллошечки! Я Бардуз, твой джин-тоник.
- Дзинь... цего?
- Джин-То-Ник. Эфирная сущность, дух. Ну-у-у, если попытаться объяснить кратко, в приблизительных терминах... нас частенько путают с ангелами-хранителями. Что в корне неверно! Мы, джинны, призваны поддерживать жизненный тонус клиента, ничто кроме. Вот, чисто к примеру, заблажил пациент, задумался, ну, там: «В чём смысл моего бытия», – или, – «Куда мы все идём?», – и прочее тому подобное. Джин-тоник тут как тут. Раз! И вселяется, скажем, в супругу. Не одобряющую витания в облацех небесных. Кстати, супружницу можно понять: время то идёт, дела то стоят. Вселяется, и, собственно, тонизирует...
- Страа-а-асно интересно. А тебя, знацит, мне суздено было повстрецать?! Как-бэ, оцередной подароцек судьбы...
- Вот! В том-то и дело, что не меня. Я за тобой вообще запарился гоняться. Ты своей элинорской башкою пойми, мне вселяться не в кого. Под увольнением хожу по профнепригодности, пока ты, старый пер… холостяк, жизнью наслаждаешься. Терять уже нечего, вот я и тут. Скажи честно, ты в бобылях как? До упора? ... Что молчишь-то...? 
 
Храбрый воин Ямогуц нахмурился. Терять ему тоже вроде бы нечего, а, если вдуматься, и поститься давным-давно уже незачем. Великим иллюзионистом оказалось будущее – готовишься к встрече, стараешься не оплошать… оп-ля! А оно уже – твоё прошлое. 
Традиционно сверился он с обветшалой книгой-кладезем гноманизмов: «Задним умом гном крепок», «Жизнь прожить, не Поле Брани перейти», «В Колизее хорошо, а дома лучше». Общую тональность вроде бы уловил, кивнул: "Ага". Плюнул, растёр, да и покинул славный Элинор. О чём, в общем-то, и не пожалел. В реальном мире ведь сколько угодно футбола. На любой вкус: хочешь бразильского, а хочешь – испанского, да и гномский не редкость. Но это, во-вторых. А во-первых, в реале он повстречал Любовь Александровну. Женился и счастлив. Чего и нам желает.


  • 1

#10 rusalka83

rusalka83

    Архивариус

  • Администраторы
  • ФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишка
  • 8 160 сообщений
  • Пол:Женщина
  • Раса в игре:Люди

Опубликовано 04 Октябрь 2013 - 03:27

Участник №8 - vedma11

 

Я помню, я все хорошо помню хоть прошло уже столько лет. Хотя внешне я старая морщинистая гномиха больше похожая на высохшую мумию, внутри омута моей памяти все отчетливо сохранилось. Да и кроме воспоминаний у меня больше ничего не осталось в этом мире, а уж мои воспоминания никто и никогда у меня не отнимет. Я парализована уже пятьдесят лет, но все считают, что я в коме, что я овощ лежащий в больничной палате.

Тогда холодным сентябрьским утром врачи сделали все, что было в их силах, но после многочасовой операции лучшие гномы-хирурги только развели руками, мол, все в руках богов. Но к ним в руки я не попала, а осталась в заточении своего мертвого тела. Тогда пятьдесят лет назад я была главным изобретателем Кхатога, мне приносили разные необычные  изобретения,  оставшиеся нам от предшествующей эпохи и разбросанные по всему пространству Земли Древних. Сам принц пожаловал мне почетное звание Главного инженера царства Элинора, и мне льстило, когда меня называли гениальным изобретателем с золотыми руками.

Тогда я стояла на пороге открытия совершенно иного вида топлива для пароботов, которое полностью изменило бы ход многовековой войны с людьми. В основе моего изобретения лежали энергетические кристаллы, белый порох и заточенные в магические сферы души огненных демонов. Сложность заключалась в добыче белого пороха, который в отличии от обычного пороха, который мы добываем наряду с шестеренками из ботов-подрывников, встречался очень редко, в странных старинных бочках, оставшихся в кварцевой долине с незапамятных времен прежней эпохи.

Добыча пороха, была очень сложна и опасна, так как бочки порой сами по себе детонировали и чудовищной силы взрыв не оставлял искателю шанса выжить. Да и исследование мое приходилось держать в тайне, так как в то время нередки были случаи шпионажа и предательства,  и я не могла допустить  передачи столь важной информации в руки врага, это был бы крах всего мира гномов.

Но работа была очень тяжела и опасна, и мне все-таки необходим был помощник и после длительного и очень серьезного отбора, я остановила свой выбор на молодом перспективном и честолюбивом молодом гноме по имени Хильгор. Я в те времена сама хотела признания моего гения и потому считала, что тщеславие и честолюбие являются двигателем изобретателя. На тот момент Хильгор зарекомендовал себя как самый молодой и самый талантливый механик, конечно в то время ходили слухи, что некоторые его идеи совсем не его, но я предпочитала считать, что слухи удел завистников.

Буквально с первых дней он влился в рабочий процесс и многие моменты и секреты своего изобретения я передала ему, мне импонировало его рвение и трепетное, аж до дрожи, отношение к работе.Я верила, что он хочет быть причастным к моему творению, что он хочет увековечить свое имя рядом с моим, как помощник великого создателя Главного оружия.

Как же я ошибалась. Я была для него одновременно и билетом в лучшую жизнь и серьезным препятствием на пути к славе.  Как только он решил, что я передала ему все секреты создания Энергобота-воина, которые должны были прийти на смену пароботам-охранникам, он и подстроил мне ловушку.

На тот момент у нас был дефицит белого пороха, и мы частенько делали вылазки в кварцевую долину в поисках уцелевших бочек с этим крайне редким ингредиентом.  И вот в то злополучное сентябрьское утро Хильгор принес мне хорошую новость, что нашел глубокое ущелье с узким лазом, где хранились залежи белого пороха. Наспех объяснив мне как до него добраться, он предложил мне туда отправиться, а сам он собирался пойти к старосте просить десяток крепких и смелых гномов, чтобы они побыли в роли переносчиков опасного груза. Я воодушевленная небывалой находкой рванула к ущелью и даже не заметила, что меня кто-то преследовал.

Хильгор не обманул, и я действительно спустившись в этот лаз, нашла просто ошеломляющие залежи пороха в герметичных неповрежденных бочках безопасных для транспортировки и хранения, это поистине была находка века. В тот момент  безумного счастья мне стала мешать какая-то неясная не понятная мысль, что я что-то упустила из виду, что на что-то я не обратила внимание, и эта мысль стала противно  жужжать словно надоедливый комар.

Я стала постепенно прокручивать путь до кварцевой долины, спуск и осмотр ущелья и в тот момент, когда сверху промелькнуло лицо Хильгора, заглянувшего вниз, я вдруг отчетливо поняла, что стою на просыпанном белом порохе, который аккуратным слоем был нанесен на все дно пещеры. И тут под ноги мне с гулким стуком приземлился зажжённый факел…

Не знаю как, но я помню, как после белой вспышки с оглушающим грохотом я пролетела сквозь потолок сводчатого ущелья, вслед за белой вспышкой меня навсегда поглотила чернота, я перестала видеть и у меня пропала возможность шевелиться, я осталась заперта в своем теле не в силах поведать людям, что я жива и слышу их. Природа наградила меня отличным сердцем и потому я до сих пор жива. Я слышала, как Хильгор говорил старосте, что отговаривал меня идти в шахту с порохом, а после как очень наигранно отказывался от поста главного инженера и изобретателя.

Позже он ко мне приходил в очень нетрезвом виде и то плакался, то злился, что не может провести реакцию преобразования ингредиентов в энергию, кричал на меня, даже судя по звукам бил, вымещая злобу, но мой секрет так и не раскрыл. С тех пор он серьезно увлекся выпивкой и ко мне не заходил…

И вот уже пятьдесят лет мой мотор качает по венам кровь, а моя память циркулирует в моем сознании и поэтому я все помню, я все очень хорошо помню, потому что больше мне ничего не остается…


  • 0

#11 rusalka83

rusalka83

    Архивариус

  • Администраторы
  • ФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишка
  • 8 160 сообщений
  • Пол:Женщина
  • Раса в игре:Люди

Опубликовано 05 Октябрь 2013 - 20:07

Участник №9 - Фэсс

 

Проходят дни , сидят герои, 

И вспоминают о былом, 
Как хумов били в солидоре,
Как босса били под землей!
И вот Торгрим средь всех поднялся 
Сейчас историю скажу,
О том как мир во мне менялся
Как парень в сердце умирал!
 Начну я все тогда с начала,
На дворе девятый год,
Сижу скелетов поджидаю,
За поворотом на Кхатог!
Они толпой тогда шагали,
Засада, Мучо сквозь охрану
Пробили боем себе путь,
И тут на этом перешейке!
Навстречу им шагнули,
Гномы они герои из веков!
Курбан и Ун-легал востали,
И подняли свои мечи,
Нельзя назад там город,
Чадо-ребята новички растут,
Назад не шагу все сказали,
И началься вот этот бой!
Где умер парень мой навеки,
Когда я понял что себе,
Поставлю цели я на росте,
Что-бы спустя хотя бы год,
Поднять я молот Великана,
Я на пути у хума смог!
А бой тот продолжался сутки
И не было ему конца,
Курбан засаду добивая,
Лишь по тихоничку  сказал:
Умру но не пущу!
Спустя года стою на башне
И вспоминаю те года
Как хорошо быть им,
Героем теперь ведь точно,
Это Я!
 
 
 
 
Повесть Старца ученику!
 
Привет великий воин,
Привет мой друг и брат!
проходит время в Элиноре,
И вот верну тебя назад,
В былые прожитые годы,
Которые прошли давно!
Но в памяти оставили,
Истории больших побед,
Бывало даже поражений,
Не победить всегда никак,
Запомни друг мы не саперы,
И можно повернуть все в спять,
Не надо снова начинать,
А стоит лишь упавши встать!
Теперь начну я все с начала,
Лишь слушай ты меня!
В одном далеком городе,
С названием Кхатог,
Родился гном невиданный,
По прозвищу Знаток,
Был ум, характер-сталь,
Красив и добродушен,
И силой отличался он,
От всех кто окружал вокруг!
Однажды он проснулся утром,
Собрался в дальний путь,
Взял молот и одел доспехи
Пошел крушить големов он,
В проклятом, старом Солидоре!
Он бил их много, 
День за днем!
И вот убивши снова 
Услышал Лязг мечей,
И билась сильно гнома 
одна, держа удар 
Трех Вражеских мечей!
Неравный бой, 
Тут понял сразу!
И взял покрепче молот свой,
Я крикнул не видать вам крови
Мечи врагов моих
И раскрашил ближайшего из них!
Схватил он мечь другова, 
Перчаткаю своей, И тутже 
Мечь у гномы достал его груди!
Метнув свой знатный молот,
Он участь третьего решил,
Победы им не будет, 
Он выдахнув сказал!
Спасибо тут сказала гнома,
И обессиливши осела....
Знаток не думая о силах,
На руки гному взял
и в город, устремился 
Оставив только след,
Былых, великих - тех побед!
Та гнома внучка Корагора,
Теперь Жена моя, и вместе с ней,
Мы чистим шахты под горою!
Спасая наш Кхатог, 
От извергов из солидора,
От монстров под горой,
От всех напастей диких
Стоит одна Семья,
Семья великих гномов,
Где вместе ты и я!
Нужна легенда солидора
Которой стал вдруг Я!

  • 2

#12 rusalka83

rusalka83

    Архивариус

  • Администраторы
  • ФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишка
  • 8 160 сообщений
  • Пол:Женщина
  • Раса в игре:Люди

Опубликовано 05 Октябрь 2013 - 20:47

Участница №10 - Черемушка

 

Русалочьи слезы

 

У восточного побережья Соли-Дора, на невысокой скале среди серо-стальных волн сидит каменная Русалочка. Взгляд ее обращен к морю, голова опущена, и всем своим видом выражает эта статуя печаль и одиночество. Как оказалась там эта статуя? Какой скульптор изваял ее? Легенда гласит, что памятник этот – нерукотворный. И только боги Элинора знают правду. Они-то и поведали ее менестрелю, а он сложил об этом свой сказ. Сказ о великой и трагичной любви.

 

В незапамятные времена жила в Лонгхольме обычная девушка Руся. Не прекраснейшая и не премудрая. Просто девушка, которая, как и все, охотилась в зарослях Шионского леса, исследовала руины Древнего города и собирала ягоды на кочках болот. Но однажды отправилась она охотиться на Изумрудного Дракона. Надела свои лучшие доспехи, уложила в походную сумку самые страшные зелья, подготовила к бою самые мощные заклинания.
Но когда отыскала Руся логово Изумрудного Дракона, и вошла в него, чтобы вступить в бой, обернулся к ней дракон, поднял на нее свой взор, и увидела дева, что из глаз Дракона льются изумрудные слезы… Дракон не пытался защищаться, наоборот, прилег на землю и положил свою огромную голову у ее ног: руби!

И тут поняла она, что не простой Дракон перед ней, а зачарованный. Жалостью исполнилось ее сердце. Присела она рядом с ним, обняла его за шею, и начала напевать тихую песню – такую, какую напевали менестрели Лонгхольма по вечерам, когда усталый от дневных трудов народ рассаживался на траве возле домика Дилана  и заводил душевные беседы.

 

Тихо пела Руся, поглаживая сияющие глубокой зеленью чешуйки, и понемногу перестали течь из глаз Дракона изумрудинки-слезинки, а потом вдруг обнаружила она, что держит на коленях своих не драконью голову, а голову юноши с изумрудными глазами. Удивилась девушка, тут же отпрянула, оборвала плавный напев. Но заговорил с ней молодой воин голосом глубоким и чистым, и сказал он ей:
- Первая ты за много веков заметила печаль мою. Первая не погналась за теми богатствами, которые могла бы принести победа над чудовищем. Хотел бы я сказать, что рассеялось теперь заклятье, наложенное на меня Медузиями, но – нет! Полностью освободить меня от чар можно, только победив главную Медузию – Горгонару. Но благодаря тебе я смогу теперь хотя бы на несколько часов в день принимать человеческий облик. Прошу, не обрекай меня на одиночество – приходи ко мне по вечерам, в то время, когда солнце начинает опускаться в туман Западного моря. Я всегда буду ждать тебя здесь, и надеяться, что ты вспомнишь обо мне.

 

И хотя была девушка из Лонгхольма с виду совсем обычной, но жил в ее сердце невидимый огонь – огонь любви. Пробудился этот огонь от слов юноши, от его исполненного мольбы изумрудного взгляда.
- Я не покину тебя в беде, чудесный незнакомец!  - пылко воскликнула она. – Жди меня каждый вечер, я обязательно буду навещать тебя… и я узнаю, как можно победить Медузию Горгонару, чтобы навеки освободить тебя от чудовищного заклятия!
Ничего не ответил на эти слова юноша-дракон, только вздохнул тяжко, да в глазах его появилась вновь тоска…

 

А Руся выбежала из логова дракона, и бросилась в родной город, в Лонгхольм, чтобы расспросить старейших и мудрейших людей города о том, как можно спасти удивительного незнакомца. В первую очередь обратилась она к старейшине, но тот только замахал на нее руками, мол, знать ничего не знаю, и думать ни о каких медузиях сам не хочу и тебе не советую.
Не вняла девушка его словам, и отправилась к мудрейшему старцу, магу и целителю – Валиану. Тот только взглянул в ее лицо – сразу понял: полюбила. А когда узнал, кого полюбила Руся, - запечалился, вздохнул обреченно, но посоветовал ей способ, как попытаться помочь зачарованному Воину.
- Надо тебе, милая, взять свечи жертвенные, и обойти с ними каменные алтари всех Богов Элинора, и на каждом воскурить благовония, а над дымом прошептать заклятие. И, если будет на то воля Богов, то на двенадцатый день от зимнего солнцестояния сможет выйти из своего логова Изумрудный Дракон, и отправиться к Восточному берегу, чтобы сразиться там с Медузиями. Если победит он – заклятие спадет. Если нет – то жить ему в драконьей чешуе еще двенадцать столетий. Ты можешь сообщить ему о моих словах, но если пойдет он на битву с Медузиями – не ходи с ним, тебе в этой битве не выжить.

 

Все сделала Руся, как сказал ей Валиан, только в одном ослушалась: когда отправился Изумрудный Дракон с Медузиями сражаться – она с ним пошла. Не позволило ее любящее сердце покинуть юного воина в его главной битве. А битва была страшной: волны вздымались до небес, гонимые ветром, и в брызгах и клочьях пены носился над водами Изумрудный Дракон, и из пасти его вырывался огонь слепящий. Победил Дракон всех Медузий, кроме главной из них – Горгонарии. Дотянулась Горгонария своими щупальцами до Воина-дракона, оплела его крылья, и начала топить его в море.
- Нет! – закричала в отчаянии Руся. – Нет! Не смей! – и метнула в чудовище свою секиру. Ранила секира бестию, и обернулась она на крик, и встретилась мертвящим своим взором с глазами девушки. И произошло непоправимое: начала каменеть она. Сначала ноги ее, затем и все остальное тело. Еще успела Руся взглянуть в последний раз на своего Дракона, еще успела опустить голову и заплакать, а затем застыла окончательно и обратилась в каменную статую.
Не напрасной была жертва девушки: отвлеклась Горгонария на несколько мгновений от битвы, выпустила из щупалец крылья драконьи. И взмыл Изумрудный Дракон над облаками, и закричал он голосом страшным, ведь утратил он в этот день главное, что было в его жизни: свою возлюбленную…

 

Правда то или нет, но говорят, что каждые двенадцать столетий прилетает Изумрудный Дракон к Восточному побережью, чтобы сразиться с Горгонарией и снять заклятие с себя и со своей спасительницы. Но некому воскурить жертвенные свечи у алтарей богов Элинора, некому призвать Горгонарию на бой. И потому сидит каменная Русалочка на одинокой скале посреди волн, и смотрят ее глаза незрячие в глубину морских вод – туда, куда скрылась от глаз людских чудовищная Медузия Горгонария.


  • 1

#13 rusalka83

rusalka83

    Архивариус

  • Администраторы
  • ФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишка
  • 8 160 сообщений
  • Пол:Женщина
  • Раса в игре:Люди

Опубликовано 05 Октябрь 2013 - 20:51

Участник №11 - -blackhunter-

 

Я хочу рассказать реальную историю, произошедшую со мной в игре! Все началось с грустного осеннего вечера, за окном шел дождь, я унывая от учебы в университете, вдруг захотел что-нибудь не обычное, что-нибудь магическое. Я сел, за компьютер и набрал в поисковике слово "магия", просмотрев несколько ссылок, я натолкнулся на браузерную игру под названием "техномагия", тогда я решил посмотреть о чем эта игра. Я начал регистрацию в игре, и в тот момент, пока я нажимал на кнопку "зарегистрироваться", за окном сверкнула молния и раздался очень сильный гром! Я испугался, посмотрел на монитор и вот я уже стою на локации с какими то персонажами и вокруг логово пауков, меня это испугало и я быстро нажал на девушку стоявшую рядом со мной, ее звали Ирия. Я щелкнул на квест и внимательно прочитал его. Из квеста я понял что пауки ,мои враги и решил убить парочку. Я смело навел курсор на паука, увидел два скрещенных меча и щелкнул мышью.Вдруг, я увидел какое-то поле с камнями разных цветов и черепами,в тот момент я подумал что это очень сложная  игра, где надо много думать, но я быстро поменял мнение, когда впервые применил "скользящий удар". Я понял ничего сверхинтелектуального  здесь нет! Когда я убил первого паучка за ним последовали следующие и следующие! Я сдал квест и подумал :" вероятно, я самый крутой игрок, так как прошел этот  тяжелый квест"! Однако, мои ожидания не оправдались. Я увидел еще квест, выполнив который, я увидел еще один... Так началась череда бесконечных квестов, которые я выполнял! В ходе квестов, я многому научился,а другие игроки помогали мне освоиться, рассказывая куда идти  и  что нужно делать! Однажды,выполняя квест в пустоши я обнаруживаю, как мне тогда казалось,странного моба, похожего на девушку, и вижу что с ней можно провести бой. Я напал на эту девушку, и вдруг в одну секунду я очутился на холме жизни! Расспросив других игроков, в чем дело я понял что есть еще одна расса, за которую можно играть,и эти рассы воюют друг с другом. Тогда я захотел взять реванш, и, прибежав в пустошь я снова напал, и снова потерпел поражение. Так продолжалось очень долго, я хотел победить ее, но она не поддавалась и в результате я около 10 раз появлялся на холме жизни. Мне стало скучно и я вышел из игры! Потом зашел в свою информацию персонажа, чтобы подивиться на красивую картинку персонажа! В тот же момент, я узнал про меню  медалей, и подарков! Тщательно просмотрев медали и ничего не поняв, я решил перейти в меню подарков, и я увидел один единственный подарок от этой гномки, в котором было написано : " не надо больше нападать на меня, я ведь добрая))". Я решил снова зайти в игру и узнать как отослать свой подарок. Я попросил помощи у других игроков, и они откликнулись,  и расказали, где покупать и как дарить подарки. Тогда то и началась наша переписка! Я быстро с ней подружился, и мы объменялись аськами и начали друг другу писать! Ее звали Ириной, оказалось, что она младше меня всего на 2 года и мы живем в одном городе-герое Ленинграде! В скором времени, мы познакомились и даже начали встречаться,а свидания были не только в реале, но и в игре! Мы зарегистрировались за одну рассу и стали сутками напролет сидеть и играть  в техномагию вместе!  Это были наверное самые лучшие моменты в моей жизни! Через 3 года мы устроили свадьбу, и теперь мы живем вместе и до сих пор, вместе играем в одну и ту же магическую игру - техномагию! Спасибо техномагии за такой магический подарок, я и сегодня вспоминаю этот дождивый денек, когда впервые зашел в эту прекрасную игру, и встретил здесь свою судьбу!


  • 1

#14 rusalka83

rusalka83

    Архивариус

  • Администраторы
  • ФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишка
  • 8 160 сообщений
  • Пол:Женщина
  • Раса в игре:Люди

Опубликовано 06 Октябрь 2013 - 03:37

Участница №12 - BloodMary69

 

Воспоминания о былом

 

На Кхатога темных улицах

Нету ночью ни души,

Запоздалая лишь путница

К дому старосты спешит.

 

Собрались там гномы мудрые

За широким за столом,

Чтоб вести беседы долгие

О минувшем, о былом.

 

Чтобы петь баллады стройные

О героях прежних дней,

Как сражались гномы храбрые

Среди гор, среди полей.

 

Сколько там друзей утрачено –

Не узнать уже сполна,

Кровью память их оплачена,

Болью их освящена.

 

Поспеши же, гнома юная

В этот старый грустный дом,

Чтоб услышать песни дивные,

Что слагает старый гном…

 

 

 

Помни о былом!

 

Мы все пришли в игру когда-то

С мечтой стать доблестным бойцом,

Пусть достижений много  надо,

Когда качать медальки влом –

Не кисни, вспомни о былом!

 

Мы проходили сотни квестов,

За пивом шли и за вином.

Когда, напившись браги крепкой

Лежишь под праздничным столом –

Не кисни, вспомни о былом!

 

Для боя нужно много ресов,

Но так немилостив рандом…

Пусть не спешат делиться духи

С тобой ни златом, ни сребром –

Не кисни, вспомни о былом!

 

Ты вышел в ПВП когда- то,

Чтоб защищать друзей и дом,

Так не забудь девиз солдата:

Пусть враг грозит тебе клинком –

Не киснуть! Помнить о былом!


  • 0

#15 rusalka83

rusalka83

    Архивариус

  • Администраторы
  • ФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишка
  • 8 160 сообщений
  • Пол:Женщина
  • Раса в игре:Люди

Опубликовано 06 Октябрь 2013 - 03:39

Участник №13 - Gromozeka

 

               "Ты помнишь, как все начиналось?

                Все было впервые и вновь..."

                                            "Машина времени"

 

Ты помнишь, как все начиналось?

Был мир этот чистым листом.

И в творческих муках рождалось,

Шедевром что стало потом.

 

Доспех был могучий - зеленый,

А синий - мечтаний предел.

Медалек десяток мудреных,

Качать их никто не умел.

 

Скромны были левелы-ранги,

Профессий - лишь только две.

Седьмого уровня "танки",

Надежд ураган в голове...

 

Десятки боев в колизее,

И сквозь Соли-Дор не пройти,

А жульничать - не умели.

И быстро "он-лайн" мог расти.

 

Лихое затем было время,

Менялась команда богов.

Пришло гоблинорское племя,

И каторги тяжесть оков.

 

Профессиям новым учились,

Мужали и крепли в борьбе.

И даже зачем-то женились,

Поверив шутнице-судьбе.

 

Условностей сняты барьеры,

Вновь ранги до неба растут.

И сердце трепещет от веры:

В игре перемены грядут!

 

Герой мой уже не молод,

Но в клана надежном строю,

Сжимает потертый свой молот, -

Наш шанс на победу в бою!

 

А скоро в простор Элинора,

Армады придут новичков:

Игра развивается споро,

На радость своих "старичков".


  • 0

#16 rusalka83

rusalka83

    Архивариус

  • Администраторы
  • ФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишка
  • 8 160 сообщений
  • Пол:Женщина
  • Раса в игре:Люди

Опубликовано 06 Октябрь 2013 - 03:40

Участник №14 - кот_из_ада

 

Эхх, какие были дни!

Прекрасные денечки.
Когда всегда на волоске,
противник был на равных.
************************
и вдруг как гений,
три поля собираешь ты
Не оставляя, шансов гному,
тот зловредный черепок
************************
убил его!
а может даже и не череп
вполне возможно и отпор
и властелин стихий.
***********************
но он уже сидит на респе
и ожидает воскрешения
играет он со смертью там,
чтоб по быстрее воскресится
************************
И ты как победитель
Получив свою награду,
бежишь на гномов снова в бой.
Да будь всем слава, Я ЖИВОЙ.

  • 0

#17 rusalka83

rusalka83

    Архивариус

  • Администраторы
  • ФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишка
  • 8 160 сообщений
  • Пол:Женщина
  • Раса в игре:Люди

Опубликовано 06 Октябрь 2013 - 03:44

Участница №15 - -Клепочка-

 

Бриллианты в ушах и с сапфиром кольцо,

Ты привыкла к подобным подаркам.

Но сейчас на глазах у безусых юнцов

Я дарю ослепительно яркий

 

Мир, в котором волшебные сказки живут,

Много лет люди с гномами в ссоре,

Где драконы летают, и птицы поют,

И равнины, и горы, и море.

 

Здесь не встретишь рассвет, не увидишь зарю

Здесь не верят обману и лести

Этот мир я сегодня тебе подарю

Лишь бы мы оказались в нем вместе.

 

Я смогу показать все, что видел я сам,

Молча за руки взявшись с тобою,

Мы навстречу отправимся к тем чудесам,

Что когда-то считали мечтою.

 

Мы разбудим шагами руин тишину,

И найдем тайный ход в подземелье.

Там, где монстры веками у мрака в плену

Охраняют волшебное зелье

 

Сквозь пустыню пройдем и исчезнем в лесу

В этом мире такое возможно

А устанешь - тебя на руках понесу

Прижимая к груди осторожно.

 

И тогда может быть мы с тобою вдвоем

Повернем ход часов неизбежный,

И ты вспомнишь, как прежде, забыв обо всем

Ты меня целовала так нежно.

 

Как тебе мой подарок? Понравился? Нет!

Что ж, выходит, напрасно старались!

Ладно, милая! Вот тебе модный планшет.

И пойдем, уже гости заждались.

 

 

 

 

 

ВОЗВРАЩЕНИЕ

 

До рассвета оставалось еще несколько часов, но взошедшая вторая луна рассеяла сумерки, и зеленый песок  до горизонта засверкал изумрудными кристаллическими отблесками, кое-где скрываясь в тени больших камней и сухих колючих кустарников. Ночная прохлада вернула к жизни пустыню, изможденную долгим жарким днем.

У большой норы, сливаясь зелеными телами с песком, неподвижно лежали два охотника, вооруженные легкими копьями и небольшими ножами. Для маскировки охотники сняли одежды, но по нескольким массивным золотым кольцам в длинном мохнатом ухе одного из них можно было догадаться о его высоком положении. Был он вождем племени Гобов, и на гигантской территории от Каньона Смерти до Зеленых Гор его имя - Чин-Гоб вселяло ужас во всех, кто рисковал путешествовать по изумрудным пескам пустыни. Второго охотника звали Уру. Несколько лет назад его племя было захвачено Гобами, почти все воины и охотники убиты, женщины и дети угнаны в плен, жилища разграблены. Предпочтя почетной смерти в бою позорную жизнь, смену имени и присягу новому вождю, он стал называться Уру-Гобом и быстро смирился со своей печальной участью.

В норе блеснули два глаза, и тонкая струйка песка с шорохом посыпалась внутрь. Уру-Гоб от напряжения нервно задергал ухом. Не шелохнувшись, одним взглядом и уголками губ Чин-Гоб показал свое презрение к охотничьим навыкам напарника. Все затихло. Наконец из норы медленно начал выползать Змей. Его длинное толстое тело, лишенное лап, извиваясь и пульсируя, заскользило по песку. На мгновение застыв, Змей поднял голову и осмотрелся. Дождавшись, когда жертва отвернулась, Чин-Гоб первым в стремительном броске со всей силы одним ловким движением всадил копье прямо в голову Змея, с хрустом проломив ему череп. Через мгновение второе копье проткнуло череп с другой стороны и оба охотника отскочили подальше, наблюдая страшную и смертельно опасную агонию.

Наконец Змей затих, охотники подобрали обломки копий, взвалили на себя тяжелую тушу и направились в сторону Каньона навстречу восходящему солнцу. Сегодняшняя охота оказалось удачной, у всего племени будет сытный обед. Тем не менее, с лица Чин-Гоба не сходило мрачное выражение.

До Каньона Смерти оставалось не более двух сотен шагов, но даже самый искушенный разведчик не смог бы обнаружить следы пребывания целого племени гоблинов, много лет живущих здесь. Зеленый песок пустыни постепенно переходил в бурые осадочные породы, обрывавшиеся непреодолимым в ширину и бесконечным в длину и глубину гигантским разрывом в поверхности земли. Отвесная стена Каньона была изрыта пещерами, которые соединялись между собой узкими тропинками, выдолбленными в стене. Даже если бы противник обнаружил эти жилища, десяток опытных воинов мог бы долго защищать пещеры, по одному сбрасывая врага копьями в пропасть. Надежды взять племя измором так же были бы тщетны. Пещеры соединялись сложной системой внутренних тоннелей и имели тайные выходы далеко в пустыне, позволяя делать неожиданные рейды в тыл осаждающих.

До края пропасти оставалось несколько шагов. Чин-Гоб сбросил с плеча тушу Змея и пронзительно свистнул. Через мгновение, словно ожидая сигнала, вопящая радостная орава гоблинов взбежала по ступенькам на поверхность, обмотала Змея веревками и аккуратно опустила его в пещеры.

Прошло совсем немного времени, и порывы жаркого безжалостного ветра занесли на песке следы охотников, вновь придав пустыне безжизненный вид.

 

***

Чин-Гоб надел свои парадные одежды и вышел в большой зал. Женщины дружно и слаженно разделывали тушу Змея. По традиции клыки доставались тому, кто нанес смертельный удар, шкура становилась общим достоянием племени, а мясо делили поровну на всех. Руководила процессом его первая жена Васса-Гоба. Прежде чем время немного подпортило ее талию и грудь, она успела родить двоих сыновей и обзавестись непререкаемым авторитетом не только у женщин племени, но и у многих охотников и воинов. За всю историю племени она была единственной, для кого сделали исключение, пригласив в состав Совета, где она на равных сидела среди мужчин. Хотя Чин-Гоб давно не испытывал к ней никаких чувств, он всегда очень внимательно выслушивал все, что говорила Васса-Гоба, и неоднократно ее советы выручали племя.

Впрочем, к двум своим более юным женам он также не испытывал нежных чувств, более того, они его раздражали. Вторая жена пыталась во всем подражать первой, не имея для этого ни ума, ни целеустремленности, ни авторитета. Последнюю жену он выкрал в соседнем племени, соблазнившись ее стройной фигурой и наивным детским взглядом огромных серых глаз. Впоследствии оказалось, что она панически боится щекотки и мерзко хихикает в постели при каждом прикосновении.

Все мысли Чин-Гоба были заняты той, которую он увидел три двойных луны назад по дороге к Порталу. Она сидела верхом на удивительном животном Тяжеловозе, которое водится только в Зеленых Горах. Ее фигура с высокой полной грудью сводила с ума, гладкая кожа была притягательно изумрудного цвета, а нежный пушок на длинных ровных ушах идеальной формы вызывал бурю страстных желаний.  Ее взгляд сочетал величие и женственность, от него невозможно было оторваться. Незнакомку охраняло полсотни хорошо вооруженных бойцов, а с Чин-Гобом было лишь двое охотников.

Душевные муки Чин-Гоба прервал заискивающий голос Уру-Гоба, принесшего охотничьи трофеи.

- Превосходные клыки у этого Змея. Возьми, они по праву твои, вождь!

- Отдай их оружейнику. Пусть изготовит для меня новые ножи из металла, который плавится только в священном подземном огне и вырежет к ним рукояти из этих клыков.

Он хотел дать еще какие-то указания, но пещеру неожиданно заполнил громкий гул радостной толпы. Мясо Змея было давно поделено, растащено по пещерам и разложено хозяйками на раскаленные от жаркого солнца камни. Из остатков туши в огромном котле сварена похлебка со свежими пухлыми грибами и сочным рыжим лишайником. Женщины и дети, набрав себе в миски похлебки, разошлись, и в большом зале остались только охотники и воины. Шумный восторг вызвало появление огородников, вынесших из прохладных глубинных пещер дурманящий напиток из белой плесени.

Не желая участвовать в этой безумной оргии, Чин-Гоб объявил о сборе Совета и отправился в свою пещеру. Пренебрежительным жестом выпроводив молодую жену, он уселся на резной деревянный стул и стал дожидаться прихода членов Совета. Стул давно рассохся и раздражающе скрипел, но он был единственным в племени и служил предметом всеобщей зависти. Древесина была невероятно дорогой и ценилась во много раз выше, чем оружейные или благородные металлы.

Совет собрался и уныло расселся на каменных лавках. Чин-Гоб встал и подошел к краю пещеры, подставив лицо жаркому солнцу. Позади него члены Совета в напряженной тишине ожидали, что скажет вождь. Наконец он заговорил.

- Наш мир жесток и беспощаден, наша жизнь полна опасностей и лишений. Скажите, разве мы не достойны лучшей участи?

-  Но ведь у нас сегодня было мясо! – рискнул кто-то ответить.

- Мясо? - Чин-Гоб резко развернулся и окинул гневным взглядом присутствующих. - С тех пор, как последний раз в ночном небе было две луны мы лишь дважды ели мясо! И, скажите мне, все ли досыта его едят? Один Змей на четыре сотни гоблинов! И потом опять долгие дни на одном лишайнике.

- На все воля Богов! И они благоволят к нам.

- Откуда вы знаете? Кто из вас умеет читать? Что написано в древних книгах жрецов? Или вы верите им на слово? - голос Чин-Гоба перешел на крик. - Что значит благоволят? Мы три дня выслеживали добычу, пока нашли этого Змея! Скоро здесь вообще не останется еды! Это и есть воля Богов?

- Последние годы были неудачными, но наши предки сотни лет жили здесь и не жаловались на свою судьбу.

- Почему так несправедливо распределены ресурсы нашего мира? Почему одни племена живут в оазисах, богатых дичью, а мы должны в муках добывать себе пропитание среди раскаленных песков? Почему у подножья Зеленых Гор текут полноводные реки и растут изобилующие съедобными плодами рощи, а мы по глотку добываем воду в подземных источниках и рады каждой засохшей ветке колючего кустарника?

- И что ты предлагаешь? – одновременно спросили несколько гоблинов.

- Мы восстановим справедливость и завоюем все богатства этого мира вплоть до Зеленых Гор!

- Но зачем нам сворачивать на эту рискованную и опасную дорогу? Ведь нам придется воевать со всем миром!

- Мы привыкли к риску и опасностям. А эта дорога обязательно приведет нас к лучшей жизни. Чего бы мне это ни стоило, я найду эту дорогу и пройду по ней до самого конца. Теперь это станет смыслом моей жизни.

- Если ты действительно хочешь ее найти, – медленно произнесла Васса-Гоба, - тебе нужны Скакуны. До Зеленых Гор пешком не добраться.

Чин-Гоб умолк. Слова его супруги были подозрительно двусмысленны. "Откуда она знает? Или как она догадалась?" – мелькнула неприятная мысль. Сдержав себя, он выждал несколько мгновений, словно размышляя перед принятием важного решения, и суровым голосом отдал приказ.

- Завтра вечером выступаем. Четыре десятка самых выносливых воинов и два десятка охотников пойдут со мной. Мы добудем Скакунов.

 

***

Чин-Гоб всегда готовил военные походы с особой тщательностью, старался изучить сильные и слабые стороны противника, продумывал несколько вариантов развития боя.  На этот раз он предпочел атаковать ночью. Малочисленное воинство племени скотоводов, вооруженное луками и стрелами, не способно было оказать серьезное сопротивление в ближнем бою, столкнувшись с его хорошо обученными бойцами, виртуозно владевшими копьями и легкими мечами, но могло нанести существенный урон издалека, расстреливая из-за укрытий нападающих.

Когда скрылась первая луна, Гобы незаметно подобрались к окружающей деревню невысокой каменной стене, перерезали горло ничего не подозревавшему часовому, и как только вторая луна осветила окрестности, с диким ревом бросились в атаку. Сонные лучники выскакивали из хижин, впопыхах пытаясь дать отпор нападающим, но их участь была предрешена.

На рассвете оставшихся в живых пленных бойцов выстроили в одну шеренгу. Чин-Гоб медленно прошелся вдоль строя, внимательно всматриваясь в лицо каждого гоблина, потом заговорил.

- Кто из вас готов признать меня вождем и поклясться в верности племени Гобов - на колени.

Более половины строя немедленно бухнулись коленями в песок.

- Это все? – с угрозой в голосе продолжил Чин-Гоб. Еще несколько гоблинов медленно опустились на колени. Только трое осталось стоять, надменно глядя куда-то в бесконечность пустыни.

- Воля ваша! – вздохнул Чин-Гоб и после короткой паузы печально кивнул головой.

Три меча практически одновременно взлетели вверх и через мгновение три головы с мохнатыми ушами, обильно увешанными золотыми кольцами, покатились по песку.

Чин-Гоб быстро сосчитал пополнение - три десятка воинов и два десятка погонщиков, и направился к загону со Скакунами. Три с половиной сотни крепких выносливых животных составляли целое состояние. Мясо взрослого Скакуна было жестким и практически несъедобным, но в любом торговом оазисе за каждого из них можно было получить кучу золотых монет, потому, что это было единственное животное, способное без еды и питья преодолеть пустыню.

Охотники набросили арканы на шеи Скакунов и, связав их группами по два-три десятка, погнали стадо к пещерам. За это время воины методично обошли хижины, собрав все самое ценное и полезное в хозяйстве, подождали, пока рассеется облако пыли, поднятое Скакунами и, тяжелогруженые добычей, отправились домой. Следом за отрядом победителей с остатками домашней утвари потянулись женщины, дети и старики побежденных. Все, кто смогут выдержать двухдневный переход и дойдут до пещер, станут отныне Гобами.

Чин-Гоб по дороге домой успел отдать распоряжения на подготовку нового военного похода. За две двойные луны воины должны были освоить езду верхом на Скакунах и захватить все поселения в пределах одного ночного перехода.

 

***

Посреди большого зала с высокими окнами-витражами, окруженный двадцатью четырьмя стульями с высокими спинками, был установлен длинный резной деревянный стол, инкрустированный самоцветами. Он был накрыт всего на две персоны, поэтому казался еще длиннее. Во главе стола сидел пожилой гоблин в синей мантии и, соблюдая все требования этикета, ел десерт серебряной ложечкой. Его надменный взгляд, тщательно выбритые уши и висящий на шее, на толстой золотой цепи огромный медальон Ордена Хранителей Портала выдавали в нем Магистра Ордена.

Сидящий рядом гоблин был его советником и довольствовался зеленой мантией и маленьким медальоном на кожаном ремешке. Не прикасаясь к еде, он рассказывал Магистру последние новости.

- Нам стало доподлинно известно, что варвары Великой Пустыни объединяются. Племя Гобов, во главе с умным и жестоким вождем Чин-Гобом уже владеет практически всеми освоенными землями вдоль Каньона Смерти. Его войско составляет не менее пятисот гоблинов.

- Я слышал о нем. Действительно, караванам лучше обходить стороной эти земли. Но ведь это слишком далеко от нас. Чин-Гоб не сможет пересечь пустыню со своим войском.

- У них есть Скакуны. По слухам не менее четырех сотен. И они достаточно неплохо с ними управляются. Если Великий Магистр Гоббиус помнит мое искреннее удивление в связи с резким повышением цен на Скакунов во всех торговых оазисах, то теперь я точно могу сказать, что за любые деньги их скупают агенты Чин-Гоба.

- Где сейчас моя дочь Гобиния?

- Отправилась в один из горных монастырей. По слухам там есть древняя книга.

- Надеюсь, она в сопровождении своих верных рыцарей. Но четыре сотни хорошо вооруженных варваров на Скакунах могут стать серьезной проблемой. Распорядитесь удвоить охрану цитадели и Портала.

Советник, так и не притронувшись к еде, встал, низко поклонился и вышел.

 

***

На окраине торгового оазиса примостилась покосившаяся таверна, пропахшая пригоревшей едой и потом посетителей. Сам оазис с водоемом и раскидистыми деревьями, как и торговая площадь, вымощенная бурыми каменными плитами поверх зеленого песка, были далеко, в десяти минутах хода отсюда. Поэтому, столики под навесом из плетеных циновок, никогда не заполнялись даже наполовину.

Сегодня в таверне было всего два посетителя. Один из них - Чин-Гоб, в широком пыльном дорожном плаще из шкуры Змея с огромным капюшоном, скрывающим золото в ушах. Он ел жареное мясо со стоящего посредине стола блюда, аккуратно насаживая куски на маленький изящный кинжал из серебристого металла с резной костяной ручкой, и внимательно слушал своего собеседника. Сидящий напротив него за столом гоблин был настолько стар, что его покрытые жесткой щетиной уши безвольно свисали, кожа стала морщинистой и бугристой, а оставшиеся несколько зубов приобрели коричневый цвет. На нем была серая мантия Ордена примерно такого же возраста, как и ее хозяин, а на шее болтался грязный рыцарский медальон. Налегая больше на крепкий спиртной напиток в металлической кружке, чем на еду, он уже слегка заплетающимся языком поучал Чин-Гоба.

- А я тебе говорю, это чужой мир! Нам нечего тут делать! Мы были созданы, чтобы жить иначе!

- Мы созданы для этого мира! – Чин-Гоб осторожно пытался разговорить собеседника. – И я, и все мои предки жили здесь. Посмотри на цвет моей кожи, он такой же зеленый, как и песок пустыни.

- Нет! Цвет нашей кожи такой же зеленый как бескрайние травяные луга, как густая листва на деревьях в тенистых лесах. А этот мир - наше проклятие!

- Где ты видел бескрайние травяные луга? Где ты видел деревья, листва которых дает тень?

- Ты глуп и необразован! Я все это видел на рисунках в книгах, хранимых Орденом. А ты даже читать не умеешь! Ты безграмотный дикарь, неспособный написать имена великих Богов.

- Тогда объясни мне, если ты такой грамотный и умный.

- Наши предки жили в другом прекрасном и благодатном мире. Но они возомнили себя равными Богам и были жестоко наказаны. Нас прокляли и на тысячу лет изгнали в этот дикий кошмарный мир. Все, что оставили нам Боги - Портал, связывающий два мира. Лучшие из лучших объединились в монашеские и рыцарские Ордена. Первые дали обет хранить знания, вторые - охранять Портал, передавая из поколения в поколение легенду о том мире, который был для гоблинов родным. За все эти годы написано много книг, в которых сохранены мельчайшие подробности нашей прошлой жизни.  Беда в том, что тысяча лет проклятия уже прошли, но никто из ныне живущих не знает как пользоваться Порталом. Говорят, в самых древних книгах можно найти ответ. Тот, кто найдет такую книгу, будет обладать невероятной властью и сможет сделать всех гоблинов счастливыми.

- Если я найду эту книгу, поможешь мне добраться до Портала?

- Книгу он найдет! Вначале грамоте обучись!

- Запомни старик, я обязательно найду эту книгу, и мы вновь встретимся! Если я смогу самостоятельно написать имена Богов, ты мне поможешь?

- Посмотрим! Ишь, прыткий какой, грамоте решил обучиться! Да я пять лет читать и писать учился!

Чин-Гоб осторожно встал, чтобы ненароком не распахнуть плащ, кинул на стол монету и направился к выходу. Потом остановился и повернулся к старику.

- Еще один вопрос! Ты знаешь девушку, с грациозной фигурой и божественным лицом, с нежнозеленой кожей и благородным взглядом, на ней алый плащ и золотая диадема, ее сопровождает большой отряд воинов?

- Забудь! Это дочь Гоббиуса, Магистра Ордена Хранителей Портала. Выкинь ее из головы навсегда!

Когда взошла первая луна, Чин-Гоб был уже на другом краю оазиса. Тихо трижды свиснув в темноту, он услышал осторожный ответный свист и уже через несколько минут разговаривал с гоблином, держащим в поводу двух оседланных животных.

- Много купили?

- Три десятка отборных Скакунов! Они уже на полпути к пещерам. Где ты пропадал?

- Ужинал с интересным собеседником. Поехали домой! Пора готовить войско к походу.

Гоблины влезли на Скакунов и быстро растворились в ночи.

 

***

Империя Чин-Гоба стремительно разрасталась. Его военные походы давно перестали завершаться грабежом и насилием. Подойдя с огромной армией к какому-либо селению, он требовал полного подчинения, клятвы верности и несколько десятков рекрутов для пополнения рядов своих воинов. Оставив одного-двух наместников, Чин-Гоб шел к следующему селению. Многие вожди, понимая бесперспективность борьбы, сами заранее высылали к нему послов со щедрыми дарами, заверениями в покорности и нижайшей просьбой назначить их наместниками.

Племена охотников и пастухов быстро смирились с потерей независимости и неожиданно почувствовали себя единой и грозной силой, забыв былые обиды и междоусобицы из-за источников воды, женщин и контролируемых территорий. Множество кочевых племен, промышлявших разбоем, были уничтожены либо разогнаны войсками Чин-Гоба. В пустыне стало спокойней, и торговые караваны все чаще можно было встретить в самых отдаленных ее уголках.

Через десять двойных лун владения Чин-Гоба вплотную подошли к кольцу торговых оазисов. Учитывая, что дальше ему придется столкнуться с хорошо вооруженными и обученными рыцарями Ордена, он временно прекратил свою экспансию и занялся наведением порядка в империи.

Пещеры уже не могли вместить всех жителей, и на краю Каньона Смерти вырос поселок, постепенно превращающийся в город. Отгородившись высокой каменной стеной от песков пустыни, город медленно и уверенно поглощал хижины и шалаши, заменяя их добротными каменными домами. Сам Чин-Гоб, бросив своих жен в уютных пещерах, переселился в недавно построенный по его приказу дворец. Строители, не имеющие опыта проектирования больших зданий, возвели его как две капли воды похожим на замок Ордена Хранителей Портала в ближайшем торговом оазисе. Официально город не получил имя, но народная молва быстро окрестила его в честь своего правителя - Чиннор.

Чин-Гоб упорно учился читать и писать. В этом ему помогал обученный грамоте жрец, плененный вместе с целым мешком книг в одном из походов. И чем больше древние книги открывали перед ним удивительную историю гоблинов, тем ничтожнее ему казались его первоначальные планы. В своих мечтах он больше не представлял себя повелителем Великой Пустыни и торговых оазисов. Его больше не интересовали неосвоенные земли далеко за Зелеными Горами. Оставшись один, он закрывал глаза и видел себя в сказочно прекрасном новом мире посреди бескрайних лугов, в густых тенистых лесах или на берегу загадочного и непостижимого моря. И неизменно рядом с собой он мысленно видел ту, чья гордая и возвышенная красота давно пленила его душу. И только одно Чин-Гоб так и не смог решить, чего же ему хочется больше, покорить новый чудесный мир или сердце прекрасной Гобинии.

 

***

Окрыленное предыдущими успехами войско как сжатая до предела пружина ждало команды броситься в бой. И этот момент наступил. Два усталых воина на изможденных от долгой дороги Скакунах примчались на закате и, даже не стряхнув с себя зеленую пыль пустыни, прошли к Чин-Гобу. Только ему одному предназначавшиеся слова: «Она прибыла в горный монастырь!» - не услышал никто другой, но по изменившемуся выражению лица вождя все поняли – завтра в поход.

Чин-Гоб выступил двумя армиями, одну из которых возглавил сам, а командовать другой поручил своему старшему сыну Изен-Гобу, которому едва исполнилось двенадцать лет, приставив к нему для верности в помощники опытного Уру-Гоба. Младшему одиннадцатилетнему сыну Семи-Гобу он отдал командование отрядом охраны обоза, не забыв и в этом случае перестраховаться, усилив его совсем еще детский азарт зрелой мудростью Васса-Гобы, которая узнав о планах Чин-Гоба приобщения детей к своей воинской славе, по собственной инициативе вызвалась сопровождать мужа и сыновей в этом военном походе.

Через два дня обе армии выступили, но к всеобщему удивлению они направились не в сторону границы с торговыми оазисами, а в сторону Зеленых Гор. Опережая войска на половину  дневного перехода, Чин-Гоб с небольшим отрядом первым подъехал к подножью гор. Широкие лапы Скакунов, привыкшие к песку пустынь, осторожно ступали по траве, пестрыми буро-зелеными пятнами поросшей среди валунов. Уходящие в бесконечную высь гранитные скалы с исполинскими прожилками зеленых кристаллов казались безжизненными и непреодолимыми. Но по пологому склону горы среди редких деревьев с большими желтыми плодами вилась чуть заметная тропа, приводившая к монастырю - нескольким домикам с островерхими крышами, окруженных крепкой каменной стеной. Небольшое плато примерно посредине горы вмещало кроме монастыря крохотную рощу и подземные ключи, собирающиеся у стен монастыря в один поток, стремительно низвергающийся с головокружительной высоты. Сверкая в лучах яркого солнца всеми цветами радуги, водопад внизу разлетался миллиардами брызг и  неглубокой, но быстрой рекой скрывался среди валунов.

Чин-Гоб спрыгнул со Скакуна, зачерпнул ладонями воду из реки и с лицом полным восторга выпил.

- Отличная вода! Много отличной воды! Пейте, ешьте, отдыхайте! Ночью мы выступаем!

 

***

Гобиния дочитала последнюю страницу и с сожалением закрыла книгу. То, что это была самая древняя из известных ей книг, сомнений не вызывало. Не пострадавший от времени пергамент и не потерявшие яркости за сотни лет чернила и краски, сохранили самое полное описание мира гоблинов, из которого они когда-то были изгнаны Богами. Гобиния узнала много нового, увидела множество оригинальных иллюстраций, часто с искажениями перерисованных более поздними художниками в других книгах, но ответа на мучивший ее вопрос так и не получила.

Скрипнула дверь и в зал вошел монах в длинном балахоне и молча поставил на стол поднос с лепешками и фруктами и кувшин с молодым вином. Этот священный зал с древней книгой был единственным местом в монастыре, где разрешалось разговаривать, но за все время пребывания здесь Гобинии, он, принося ей дважды в день еду, не проронил ни слова.

Провожая взглядом безмолвного монаха, Гобиния тихо произнесла: «Я хочу встретиться с Магистром Гоберником». Монах остановился, резко повернулся, утвердительно кивнул головой и молча вышел. При этом движении широкий балахон проявил висевший под ним на поясе монаха длинный меч.

Гобиния отщипнула кусок лепешки и налила в кружку вино. Есть не хотелось, скорее повинуясь выработанному распорядку дня, она заставила себя поужинать. В голове засел мучительный вопрос: «Как могло случиться, что древние гоблины оставили столь подробное описание потерянного мира и не сообщили, как пользоваться Порталом?» Ее вдруг охватило какое-то смутное воспоминание и Гобиния, бросив еду, открыла книгу на первой странице. Вот оно! «Когда придет срок, и Хранитель Портала, призвав Богов, откроет его, чтобы гоблины искупившие временем вину смогли вернуться в свой родной мир, я, видевший все своими глазами,  хочу чтобы вы смогли рассказать потомкам, как этот мир прекрасен».

Ее размышления были прерваны тихо вошедшим монахом. Кивком головы он пригласил Гобинию следовать за собой и быстрым шагом сквозь длинный лабиринт коридоров и переходов привел ее к узкой двери в крепкой стене, окружающей задний двор. Со скрипом открыв тяжелую, оббитую железом дверь, монах рукой указал на тропу, ведущую по склону горы вверх, к небольшой роще.

В роще Гобиния почувствовала приятную прохладу. Густая крона незнакомого ей дерева, обильно усыпанного плодами, непривычно защищала от заходящего, но все еще жаркого солнца. Деревья в оазисах не давали тени, их большие сочные листья всегда поворачивались к солнцу торцом.

Из-за соседнего дерева вышел Магистр Ордена Хранителей Знаний. Его балахон ничем не отличался от одеяния простых монахов, лишь на груди свисал на тяжелой цепи золотой медальон в виде открытой книги.

- Ты прочла всю книгу?

- Да, Магистр Гоберник.

- И ты нашла ответы на все свои вопросы?

- Нет, поэтому я и попросила разрешения о встрече.

- Единственной дочери Хранителя Портала нет надобности просить разрешение, кроме того, встреча с такой красивой и умной девушкой приятна и полезна для нас, скромных монахов. Так, что же ты хочешь узнать?

- Я прочла много книг и могу в своих мечтах с закрытыми глазами бродить по полям нашего прошлого мира и безошибочно узнавать тропинки, растения, животных. Я знаю, как жили гоблины, чем питались, чем интересовались. Но я не знаю одного, как заставить Портал вернуть нас в этот мир! А ведь прошло уже более десяти лет с тех пор, как минул тысячелетний срок проклятия.

- Об этом тебе лучше спросить отца. Он хранит священный медальон, являющийся ключом к Порталу.

- Если бы он знал, как открыть Портал, то давно бы это сделал. Кроме того, медальон, а вместе с ним и священные знания, передаются только по мужской линии, именно поэтому мой отец не слишком рад, что у него родилась дочь.

- Лишь Хранитель Портала может его открыть. Возможно, твой отец считает, что еще не пришло время. А, может быть, у него совсем другие планы.

Гобиния надолго задумалась. Дождавшись захода солнца, она вместе с Магистром Гоберником, не проронив больше ни слова, вернулась в монастырь.

Она долго не могла уснуть. Пока рыцари из ее охраны окриками проверяли посты на подступах к монастырю, громко визжали ржавые дверцы ночных фонарей, зажигаемых монахами, шумно хрипели и ревели перед сном животные в стойлах, Гобиния лежала и пыталась понять смысл происходящего. Если, как написано в древней книге, обладателю медальона достаточно призвать Богов, значит, проблема кроется в самом медальоне. Или в чем-то еще. Но в чем?

Гобинию разбудили крики и лязг оружия. За окном было еще темно, поэтому о том, что произошло, она узнала только, когда в ее комнату вошел незнакомый гоблин в богатых доспехах с окровавленным мечом в руках.  Но страха он не вызывал. Его крепкая фигура, простодушная улыбка прищуренных глаз, характерных для пустынных племен, множество золотых колец в ушах казались даже смутно знакомыми.

- Кто ты такой? И что тебе от меня нужно?

- Я Чин-Гоб, повелитель всех племен Великой Пустыни. Отныне ты моя пленница!

- Я Гобиния, дочь Великого Магистра Ордена Хранителей Портала! И когда мой отец….

- Я знаю! Собирайся! – не дожидаясь ответа, он стремительно вышел из комнаты.

Выйдя во двор, она обнаружила, что вся ее охрана и два десятка монахов убиты. Напавшие воины вывели захваченные полсотни Скакунов и двух Тяжеловозов, погрузили на них все самое ценное, что нашлось в монастыре, и выстроились в ожидании команды.

Через некоторое время появился Чин-Гоб, держащий в руках древнюю книгу. Подойдя к Гобинии, он открыл первую страницу и, водя пальцем по строкам, медленно по слогам прочел: «Когда придет срок, и Хранитель Портала, призвав Богов, откроет его, чтобы гоблины искупившие временем вину смогли вернуться в свой родной мир, я, видевший все своими глазами,  хочу чтобы вы смогли рассказать потомкам, как этот мир прекрасен».

- Отчего же твой отец не спешит призвать Богов?

- Спроси у него об этом сам! Когда он с шеститысячным отборным войском придет за мной.

- Обязательно спрошу! Когда я с двенадцатью тысячами моих непобедимых воинов приду к Порталу.

Резко развернувшись, он ушел, оставив Гобинию в сомнениях относительно своей дальнейшей судьбы. А Чин-Гоб тем временем подошел к группе пленных монахов и сделал им традиционное предложение присягнуть на верность. Монахи осторожно посмотрели на Магистра Гоберника. Тот чуть заметно утвердительно кивнул головой и первым опустился на колени. Монахи дружно последовали его примеру, после чего им всем было возвращено оружие.

Чин-Гоб торжественно вручил Магистру Гобернику книгу и сообщил, что он вместе со своими монахами отвечает за нее головами.

Вскочив на Скакуна, Чин-Гоб махнул рукой, и большая колонна перемешавшихся победителей и побежденных навсегда покинула монастырь.

 

***

Великий Магистр Гоббиус целое утро провел в подвалах цитадели, выслушивая мудреные пояснения ученых Ордена. Если откинуть шелуху научной терминологии и присущую этой братии витиеватость изложения, смысл всего, что ему рассказали, сводился к одному – полному отсутствию результатов.

Вернувшись к себе в кабинет на третьем этаже цитадели, Магистр Гоббиус надолго остановился у окна, мрачно рассматривая Портал, после чего безнадежно вздохнул и приказал вызвать Верховного Жреца и своего советника.

Верховный Жрец, толстый неуклюжий гоблин с лоснящимся от сытой жизни лицом и счастливой улыбкой прибыл неожиданно быстро. Увидев в каком настроении его принимает Великий Магистр, он мгновенно придал лицу выражение возвышенного благолепия и склонился в почтительном поклоне.

- Пусть Боги ниспошлют тебе сил и мудрости, Великий Магистр Гоббиус!

- Лучше пожелай мудрости моим дармоедам ученым! Который год они бьются над загадками Портала и каждый раз говорят мне, что они в одном шаге от решения!

- Божественная магия Портала выше обычного разума гоблинов. Путь ее познания не может быть легким и быстрым.

- У нас практически не осталось времени! А я не могу позволить себе просто открыть Портал, чтобы все подряд без разбору полезли в новый мир! Рассказывай, что доносят твои информаторы?

- К сожалению, мы потеряли практически все миссии среди племен Великой Пустыни. Часть миссионеров перебита, остальные сдались Чин-Гобу. Последний из них, чудом уцелевший и вернувшийся в прошлую двойную луну докладывает, что среди дикарей пока не распространена информация о возможности перемещения в новый мир. Во всех крупных торговых оазисах наши миссии наблюдают слабый уровень осведомленности. Те же, кто знают, считают, что пока не найден способ перемещения в новый мир. Именно эту версию продолжают распространять наши миссионеры. В Зеленых Горах в основном сосредоточены монастыри и поселки Ордена Хранителей Знаний. Все они дали обет молчания, поэтому, даже если они о чем-то и догадываются, то рассказать все равно не смогут. Около двух сотен гоблинов ушло за горы в поисках лучшей жизни. Я послал с ними верного человека, но пока от них нет никаких вестей. Ситуация в оазисе Ордена Хранителей Портала….

- Достаточно! Я полностью контролирую ситуацию в оазисе Ордена Хранителей Портала! Можешь идти!

Верховный Жрец подобострастно поклонился и, пятясь, вышел из кабинета. Через мгновение из-за приоткрытой двери показалась голова советника.

- Входи! Может быть, ты порадуешь меня новостями.

- У меня только печальные новости! – скорбно ответил советник, подойдя к столу и расстилая на нем большую карту.

- Говори!

- Войска Чин-Гоба перешли границу Великой Пустыни, захватили два крупных торговых оазиса и расположились там двумя армиями общей численностью от десяти до пятнадцати тысяч воинов, – советник склонился над картой. – Вот здесь и здесь!

- Потрясающая точность! От десяти до пятнадцати тысяч воинов! Что мы можем им противопоставить?

- С учетом двух отошедших гарнизонов, около семи тысяч рыцарей. Еще около тысячи рыцарей охраняют контролируемые нами крупные оазисы.

- Варвары ни в коем случае не должны войти в город и захватить Портал! Если мои ученые не солгали, через три-четыре двойных луны мы сможем по собственному усмотрению открывать и закрывать Портал. И тогда мы очистимся и оставим в этом мире всю накопившуюся за тысячу лет шелуху. И с элитой нашей расы восстановим мир, отнятый когда-то у нас Богами.

- Это будет прекрасный мир!

- Так, вот! В бою один рыцарь стоит трех варваров. Но мы не будем рисковать! Разобьем их армии по очереди. Выступаем скрытно небольшими группами разными маршрутами. На охрану цитадели оставить две тысячи рыцарей. Что у тебя еще?

- Ваша дочь Гобиния… – советник замялся. – Она в плену у Чин-Гоба.

- Очень жаль! Но она сама выбрала свою судьбу!

- Небольшой отряд лучших воинов мог бы незаметно пробраться во вражеский лагерь и…

- Она выбрала свою судьбу еще тогда, когда решила, что варвары, неучи и городские попрошайки смогут попасть в мир нашей мечты! Я не буду рисковать этой мечтой ради оного гоблина, даже если это моя дочь!

- Разумеется, Великий Магистр Гоббиус!

Советник быстро свернул карту и бесшумно вышел из кабинета.

К вечеру военная машина Ордена пришла в движение, в города и поселки практически всех торговых оазисов заспешили посыльные с приказами, рыцари принялись проверять доспехи и точить оружие, в цитадели гоблины шепотом говорили друг другу: «Война!»

 

***

Чин-Гоб почти не спал, используя каждое мгновение для упроченья своего положения. Захваченный небольшой замок Ордена в одном из торговых оазисов он превратил в резиденцию, откуда руководил пополнением и подготовкой своих войск. Собрав всех, кто мог держать оружие в руках, он довел численность армий до шестнадцати тысяч воинов.

Проложенный торговцами караванный путь к Чиннору никогда не пустовал, по нему беспрерывно доставляли огромное количество продуктов в племена, оставшиеся без охотников. В обратную дорогу грузили горы металла и готового оружия из подземных мастерских Каньона Смерти, гнали табуны Скакунов, выращенных кочевниками.

Земледельцы в оазисах каждые три двойных луны собирали урожай зерна, овощей и плодов, радуясь небывалому спросу на их продукцию. Скотоводы приводили к пограничным оазисам огромные стада откормленных на мясо животных, зная, что все они без исключения будут быстро распроданы.

Чин-Гоб разослал своих лазутчиков практически во все оазисы, и сам не раз, переодевшись в торговца, два-три дня путешествовал по рынкам, общался с гоблинами, слушал и смотрел.

 Читая вместе с Магистром Гоберником древнюю книгу а, позже, обсуждая прочитанное и споря, он не только совершенствовал свое образование, но и проникался философией многовековой истории гоблинов.

Чин-Гоб постоянно встречался с Гобинией, но разговоры с ней были краткими и бессмысленными, хотя и не вызывали с ее стороны как прежде враждебности и замкнутости. Несмотря на относительную свободу передвижений, выделенные ей две комнаты в замке и предоставленную служанку, она продолжала чувствовать себя пленницей. Когда она выходила из замка ее постоянно сопровождали четыре воина. Васса-Гоба хорошо понимала, что происходит между ее мужем и Гобинией, но сдержанно молчала так же, как в свое время она отреагировала на появление второй, а позже третьей жены.

Казалось, мир гоблинов завершил эпоху потрясений и его новый облик устраивает всех. И только два военачальника, один в цитадели самой мощной крепости, окружающей Портал, второй в трех дневных переходах от него в замке торгового оазиса на границе с Великой Пустыней, понимали, что это только прелюдия к решающей битве.

 

***

Сколько раз уже в ночном небе светили две луны, а в покосившейся таверне на окраине одного из торговых оазисов ничего не изменилось. Все так же воняла пригоревшая еда, смешиваясь с запахом пота посетителей. Все те же два одиноких гоблина сидели за столиком в углу и вели неторопливую беседу, поедая незатейливое мясное блюдо и запивая его крепким спиртным напитком.

- Старик! Ты отдал всю свою жизнь служению Ордену и теперь вполне можешь рассчитывать на заслуженный отдых, но ты очень нужен мне, и я прошу тебя снова встать в строй.

- Если ты дважды угостил меня едой и выпивкой, это не значит, что меня можно купить, – гордо расправил плечи старик.

Чин-Гоб достал из кармана небольшой листок бумаги и карандаш. Медленно и тщательно выводя буквы, он написал два слова и передал листок старику.

- Вот имена Богов! И я нашел книгу, о которой ты говорил! Я прочел ее всю и многое узнал. Но теперь у меня возникло много новых вопросов, и без тебя я не обойдусь. Вспомни, ты обещал помочь!

- Воистину, ты великий гоблин, если смог всего этого добиться так быстро! Да, я обещал! Но зачем тебе помощь дряхлого старика, больше не имеющего сил взять в руки оружие?

- У меня найдется немало тех, кто отлично управляется с оружием. Мне не хватает твоей мудрости и твоих знаний. Слушай! Великий Магистр Гоббиус не спешит открывать Портал лишь потому, что считает нас с тобой недостойными вернуться в тот мир, откуда мы были изгнаны Богами. Он, уподоКак я вас всех люблю!сь карающим и милующим Богам, сам собирается выбирать тех, кто сможет пройти сквозь Портал. Именно за эту гордыню гоблины и были наказаны тысячелетним изгнанием. Если ты мечтаешь о другой, счастливой жизни, помоги мне!

- Мне не о чем больше мечтать. И я не собираюсь возвращаться в мир, о котором я знаю только по рассказам жрецов и картинкам в старинных книгах. Я здесь родился, здесь прошла вся моя жизнь, здесь и зароют в песок мои кости. А вы, молодые, всегда стремитесь к новому, вы и идите! 

- Портал! Он в руках Магистра Гоббиуса! Ты много лет провел в крепости, расскажи, как мне добраться до Портала? Как он выглядит? Что из себя представляет? И тогда, клянусь, я открою его для всех, даже если придется прорубать в нем отверстие мечом!

- Я вижу ты решительный малый! Тогда слушай!

Старик долго рассказывал Чин-Гобу об организации и управлении рыцарским войском Ордена, о крепостных постройках, окружающих Портал и защищающей его кольцевой цитадели. О том, как выглядит огромный потухший глаз божественного Портала, и о том, что он видел и слышал, когда возраст и силы позволяли ему быть рыцарем Ордена. Чин-Гоб внимательно слушал, изредка перебивая собеседника вопросами. Когда рассказ был завершен, он поблагодарил старика.

- Спасибо тебе за все! Все, что ты мне рассказал – бесценно! И пусть тебя не мучают сомнения, что ты предал Орден. Ты лишь оградил всех гоблинов от Магистра Гоббиуса.

- Меня не мучают сомнения! И тогда и сейчас я на одной и той же стороне, на стороне своей совести.

- Старик! Твое тело одряхлело, но душа полна жизненных сил. Когда ты поймешь, что все начинается, приходи к Порталу, возможно, ты мне еще понадобишься! - Чин-Гоб встал, кинул на стол монету и направился к выходу.

- Юноша! – крикнул ему вслед старик. – Ты нашел свою прекрасную девушку, о которой спрашивал?

- Да! Она у меня.

- У тебя…, но не с тобой. Значит, это не была любовь, ты искал ее лишь как дочь Гоббиуса?

- Не всегда встречаешь любовь там, где хотелось бы. А Гобиния слишком хороша, чтобы взять эту любовь силой.

- Хорошо, юноша! Я обязательно приду к Порталу, если я тебе действительно нужен!

 

***

Кажущееся спокойствие в тихом мирке торговых оазисов не усыпляло бдительности Чин-Гоба, и он внимательно следил за всем происходящим. В большинстве оазисов существовали Советы, Старейшины и просто Правители, которым формально принадлежала власть в городе и близлежащих селениях. Но в каждом городе обязательно стоял небольшой гарнизон из рыцарей Ордена Хранителей Портала, поэтому все прекрасно понимали, кому на самом деле принадлежит реальная власть. Молчаливое согласие Ордена сопровождало все, что происходило в оазисах. Все действия Ордена изначально одобрялись и поддерживались местными властями.

Чин-Гоб с удивлением следил за странными и хаотичными перемещениями достаточно крупных отрядов противника. Лазутчики по несколько раз в день доносили ему о том, из одного гарнизона в другой прошла колонна в двести-триста рыцарей. Логику происходящего он не смог понять пока не нарисовал стрелками на карте все перемещения. Вокруг второй армии, которой командовал его сын Изен-Гоб, незаметно скапливались крупные силы Ордена.

Вечером на Совете Чин-Гоб предложил рискованный план, который позволял воспользоваться сложившейся ситуацией. Члены Совета с сомнением крутили головами, но Васса-Гоба первая встала и аргументировано поддержала мужа. Поддавшись ее логике и напору, Совет единогласно утвердил план.

В ночь, когда ни одна из лун не появилась в небе, шесть тысяч воинов второй армии на Скакунах тихо ушли в пустыню и к утру соединились с основной армией Чин-Гоба. Шесть сотен гоблинов остались в оазисе, делая вид, что войска Изен-Гоба никуда не уходили.

Следующей ночью двенадцатитысячная армия покинула оазис и с короткими остановками за день и две ночи преодолела расстояние, отделяющее ее от Портала.

Когда утром Магистр Гоббиус со смотровой башни цитадели увидел, что крепость окружена плотным кольцом войск Чин-Гоба, он понял, что варвары его перехитрили. Но оставалась еще надежда. Если вернутся рыцари, отправленные им на границу с пустыней, то варвары окажутся между двух огней и военное счастье вполне может перемениться. Необходимо продержаться всего несколько дней.

Это прекрасно понимал и Чин-Гоб, поэтому спешно готовил войска к штурму крепости. Высокие и прочные каменные стены, построенные много веков назад, все еще служили прекрасной защитой для рыцарей Ордена, поэтому необходимо было чудо, чтобы попасть внутрь крепости. Но у Чин-Гоба была бесценная информация, полученная им от старика, позволившая разработать хитрый план.

 К обеду был собран и доставлен к воротам крепости огромный таран под прочным навесом из щитов. Горы веток и все, что может гореть собрали в округе и устроили большой костер прямо у ворот. Через час, когда железные полосы на двери раскалились докрасна, дерево под ними задымило. И тотчас заработал таран. Ритмично покачиваясь на толстых цепях, он бил мощным железным наконечником, постепенно проминая дверь в тех местах, где обуглилась древесина.

Осажденным ничего не оставалось делать, кроме как поливать водой изнутри дверь, чтобы охладить металл, и осыпать градом стрел с крепостной стены любого, кто неудачно выйдет из-под защиты крыши тарана.

До конца дня и всю ночь горел костер и работал таран. Ночью, когда скрылась первая луна а вторая еще не взошла, двадцать самых опытных охотников скрытно подобрались к стене в том месте, где хозяйственные внутренние постройки мешали охране совершать обход. Под ритмичный грохот работающего тарана охотники, вбивая в щели каменной кладки железные прутья, взобрались на стену и сбросили вниз веревочные лестницы. Когда взошла вторая луна охрана на этом участке стены была тихо и незаметно уничтожена, а внутри хозяйственных построек скопилось до тысячи воинов Чин-Гоба.

Для защитников крепости, уверенных, что тарану еще много дней придется поработать, чтобы пробить ворота, утром было полной неожиданностью появление множества врагов за их спинами. Короткий и решительный бой позволил захватить и открыть ворота, после чего вся масса войск Чин-Гоба ворвалась в крепость. Хотя фактор неожиданности сыграл свою роль, но тактика и хорошая подготовка позволила рыцарям организованно отступить в цитадель.

Первый и второй этажи цитадели не имели окон на наружной стене. Сквозь узкие бойницы третьего этажа и из-за укрытий смотровой площадки защитники принялись из луков обстреливать воинов Чин-Гоба. Последним пришлось из всего, что попадалось под руку, построить баррикады и из-за них вести ответную стрельбу.

Полдня таран медленно, но уверенно крушил дверь цитадели. За это время к крепости подтянулся обоз с охраной и оставленная в оазисе часть армии Изен-Гоба. Окинув взором колонну, въезжающую в крепость, Чин-Гоб с удивлением увидел едущих рядом на Скакунах Гобинию и Васса-Гобу, оживленно о чем-то беседующих.

Вскоре появилась вернувшаяся армия рыцарей, которая была неприятно поражена сложившейся ситуацией. Им пришлось осаждать собственную крепость.

Чин-Гоб собрал три сотни лучших своих воинов и, когда рухнула дверь цитадели, первым бросился с ними в узкий лабиринт внутренних коридоров. Прекрасная выучка рыцарей, техника боя, основанная на вековых традициях Ордена, впервые столкнулись с мощью и ловкостью варваров, привыкших каждое мгновение смотреть смерти в лицо.

Прошло немного времени, сотни новых бойцов ворвались внутрь, разбегаясь по освобожденным коридорам, и бои развернулись на всех этажах цитадели. Силы защитников постепенно таяли.

 

***

Магистр Гоббиус, обнаружив, что крепость Ордена осаждена, потерял всякий интерес к ее защите и передал командование своему советнику. Сам же, словно схватившись за спасительную соломинку, вывел во внутренний двор цитадели группу ученых Ордена и приказал им работать безостановочно, пока они не добьются возможности открывать и закрывать Портал без божественной помощи.

Прежде всего, ученые в который раз продемонстрировали то, чего они давным-давно уже добились. Глаз Портала засветился бледно-голубым светом, потом потух. После этого они достали толстую тетрадь, в которой были перечислены все, как они считали, элементы управления Порталом и принялись спорить, какие комбинации и последовательности действий они уже пробовали, а какие им предстоит еще проверить.

Магистр Гоббиус сидел в кресле неподалеку и внимательно наблюдал за учеными, словно ничто другое в этой жизни его не интересовало. Послушав какое-то время шумные споры, он встал, подошел к ближайшему ученому, воткнул длинный кинжал ему в сердце и, не обращая внимания на медленно падающее тело, спокойно обратился к остальным: «Работайте быстрее! У вас очень мало времени!»

Ученые с ужасом посмотрели на бездыханное тело коллеги и быстро облепили основание Портала, каждый что-то дергая, крутя, шевеля и отдавая друг другу команды. Огромный глаз несколько раз на мгновение вспыхивал голубым светом, несколько раз были видны проблески фиолетового или розового цвета и один раз кому-то показалось, что копье смогло немного погрузиться вглубь переливающегося разными цветами Портала.

Ночью Магистр Гоббиус поспал несколько часов прямо в кресле, укутавшись в синий плащ,  но, когда его разбудили звуки начавшегося боя, ученые упорно продолжали работать. Им удалось научиться протыкать мерцающий фиолетовым светом глаз Портала копьем на половину его длины, после этого менять цвет на розовый, из-за чего Портал выбрасывал из себя копье. Не обращая внимания на то, что дверь цитадели рухнула и бои распространились по всем внутренним галереям, Магистр Гоббиус продолжал как безумный подбадривать ученых: «Быстрее! Осталось совсем немного! У вас должно получиться, и тогда мы посмотрим, кто окажется в новом мире, а кто навеки останется по эту сторону Портала!»

Резко открывшаяся дверь выплеснула во внутренний двор цитадели два десятка рыцарей и их противников, неистово сражающихся друг с другом. Среди них выделялся крупный мускулистый варвар, крушивший все на своем пути. Магистр Гоббиус медленно встал с кресла и не спеша направился в сторону варвара, по дороге извлекая из ножен меч.

Чин-Гоб и Магистр Гоббиус никогда раньше не видели друг друга, но их взгляды встретились и они оба мгновенно поняли кого каждый из них видит. Они медленно сошлись, основательно выбирая позицию, и начали смертельный бой, который мог закончиться только поражением одного из них.

 Противники кружили вокруг Портала, нанося друг по другу мощные удары мечом и парируя их достаточно долго. Постепенно все остальные бои утихли и на галереях недавние враги, перемешавшись друг с другом, с замиранием сердца следили за боем своих предводителей. Во внутренний двор набилась толпа рыцарей и воинов Чин-Гоба, плотным кольцом окружившая Портал и схватку около него. Казалось, все, не сговариваясь, приняли решение отдать победу тому войску, чей предводитель выживет в этой смертельной битве.

Никто не знает, сколько прошло времени, но Магистр Гоббиус начал уставать, его мастерство фехтования споткнулось о силу, ловкость и выносливость Чин-Гоба. Почувствовав свое преимущество, Чин-Гоб принялся бить противника тяжелым мечом чаще и сильнее, постепенно прижимая его к Порталу и, наконец, Магистр Гоббиус после мощного удара упал на одно колено, а потом несколькими ударами был повален на землю.

Чин-Гоб поставил свою ногу на горло поверженного врага, сорвал с него медальон и, подняв его в руке над головой, издал победный крик. Его воины ответили дружным ревом. Рыцари стояли потупив взоры.

Чин-Гоб занес над телом врага меч, чтобы добить его и окинул толпу взглядом, словно ища поддержки, но увидев глаза Гобинии, вернул оружие в ножны и, радостно улыбаясь, пошел в ее сторону. Он не видел, как с трудом поднявшийся Магистр Гоббиус взял копье, которое использовали его ученые, и из последних сил метнул ему в спину. Чин-Гоб заметил только тень, бросившуюся к нему из толпы. Это была Васса-Гоба, принявшая сердцем смертельный удар копья. Повернувшись назад, Чин-Гоб мгновенно понял, что произошло, и через секунду из горла Магистра Гоббиуса торчал метко брошенный кинжал с костяной ручкой из клыка Змея.

Эта победа обошлась Чин-Гобу очень дорого, но теперь он точно знал, что больше смертей не будет. Впереди всех гоблинов обязательно будет ждать счастливая жизнь в новом для них мире.

 

***

Чин-Гоб сам похоронил жену согласно обычаям своего племени, зеленый песок пустыни навсегда поглотил тело Васса-Гобы. Над могилой он установил по кругу камни и сделал на них надпись: «Я шел своей дорогой, но ты всегда была рядом».

Рыцари, понявшие, что стали заложниками интриг Великого Магистра, похоронили его без особых почестей, скорее повинуясь традициям. Церемония закончилась быстро, и все разошлись, оставив лишь склонившуюся в слезах над могильным камнем Гобинию и печально вздыхающего возле нее Чин-Гоба. Он стоял совсем рядом, словно охранял безграничное горе дочери, потерявшей своего отца.

Прошло немало времени, прежде чем Гобиния вытерла слезы и поднялась.

- Я все знаю и все видела! Твоей вины нет! Ты хотел сохранить ему жизнь, но... Но я любила отца, и мне очень жаль, что все так закончилось.

- И мне очень жаль! Я не хотел причинять тебе боль.

- Так распорядились Боги! Но ты тоже познал боль утраты! В последние дни мы подружились с Васса-Гобой, и я прекрасно понимаю, какая это для тебя потеря. Надеюсь, когда-нибудь ты вновь будешь счастлив.

- Иногда счастье недосягаемо далеко, даже если до него всего лишь несколько шагов.

Чин-Гоб в очередной раз печально вздохнул и осторожно посмотрел прямо в глаза Гобинии. Она, не выдержав смутившего ее взгляда, отвернулась и быстро ушла.

***

Прошло двадцать дней. За это время весть о том, что новый обладатель медальона собирается открыть Портал, облетела все уголки освоенного мира. Толпы любопытных приходили посмотреть на оставленное Богами чудо, заодно, наиболее шустрые гоблины разнесли по камешкам цитадель и внутренние крепостные постройки. Во всех близлежащих оазисах началось массовое строительство новеньких каменных домов. Даже тяжелые ворота были аккуратно сняты, превратив брошенную рыцарями крепость в огромную площадь с Порталом посредине, огороженную древней каменной стеной.

Наконец наступил назначенный день. Так много гоблинов в одном месте не собиралось никогда. Те, кто планировал остаться в этом мире, по крайней мере, до тех пор, пока не станет известно, что их ждет в новом мире, держались отдельной шумной толпой.

Собравшихся в дорогу было на удивление мало, не более пяти тысяч, в основном гоблины из племен пустыни, рыцари и монахи, среди них было много женщин и детей. Все они держались вместе молчаливой плотной группой, увешанные оружием, огромными дорожными мешками, нехитрым домашним скарбом.

Когда Чин-Гоб подошел к Порталу толпа постепенно затихла. Он осмотрел обе группы и увидел Гобинию без вещей, но среди тех, кто собрался уходить, словно она еще не сделала свой выбор. Чин-Гоб подошел к ней, посмотрел прямо в глаза и голосом тихим, но не подразумевающим возражений сказал: «Там мне нужна будет рядом умная женщина. Ты станешь моей женой и заменишь мне Васса-Гобу». «Хорошо. Я согласна!» - Гобиния ответила, не задумываясь ни на мгновение, словно она заранее была готова принять это решение.

Чин-Гоб радостно улыбнулся, достал медальон и бодро сказал: «Ну что? Пора!» Задние ряды зашумели, им не было слышно его слов. Поняв, что без прощальной речи не обойтись, Чин-Гоб громким голосом, чтобы было слышно всем, заговорил.

- Мы все привыкли к этому миру, но он не наш! Только мечты и древние книги сохранили тот прекрасный мир, из которого нас изгнали Боги! Пришло время возвращаться! Мы уходим первыми. Но Портал остается здесь, и вы всегда сможете к нам присоединиться!

- Открывай уже! – закричали из толпы.

- Сейчас! – Чин-Гоб развернул медальон и, почти крича, прочел выгравированный на нем текст. – Великие Боги Кхадгор и Эквиль! Мы искупили свою вину временем. Откройте Портал и верните нас в наш мир!

В полной тишине глаз Портала стал фиолетовым, потом заиграл всеми цветами радуги, потом в его центре проявилось далекое изображение абсолютно незнакомого пейзажа. Толпа завыла, заревела в тысячи гоблинских глоток, но никто не сдвинулся с места, ожидая, что предпримет Чин-Гоб. А он внимательно рассматривал лица остающихся, словно искал кого-то.

- Не меня ли ты ищешь? – раздался откуда-то бодрый скрипучий голос. Сквозь толпу протиснулся старик.

- Вот ты-то мне и нужен! – Чин-Гоб протянул ему медальон Ордена Хранителей Портала. – Не знаю, как тут дальше сложится жизнь. Теперь ты в ответе за Портал! Будь всегда на стороне своей совести, старик! Прощай!

Взяв за руку Гобинию, Чин-Гоб первым смело шагнул в Портал и через мгновение они оба исчезли в его недрах. После короткой паузы в Портал потянулись остальные, махая на прощание руками и крича что-то, утопающее в общем шуме.

После тысячи с лишним лет изгнания началось возвращение гоблинов в свой родной мир.

 

***

Гоблины разбили лагерь неподалеку от Портала на зеленом лугу. Вдалеке виднелся густой лес. Множество незнакомых животных пробегало мимо гоблинов, удивленно останавливаясь и рассматривая странных существ, появившихся на их территории. Внезапно заговорившие монахи начали дружно рассказывать, как называется каждое животное и растение и что можно употреблять в пищу, что нельзя.

Ничего подозрительного вокруг не было, но Чин-Гоб приказал оборудовать лагерь, выставить охрану и выслать во все стороны разведчиков.

Охотники успели наловить юрких Варанов, и над лагерем задымило множество костров, на которых женщины готовили обед.

К вечеру начали возвращаться разведчики с рассказами о невиданных чудесах природы и новых увиденных ими животных, которых в большинстве своем быстро идентифицировали с помощью монахов.

Последним вернулся отряд, посланный в сторону леса. Отозвав Чин-Гоба в сторону, разведчики рассказали о том, что видели огромный хорошо укрепленный город населенный гигантскими разумными существами, каждый из которых вдвое выше самого высокого гоблина. Разговаривают они на непонятном языке, но разведчикам показалось, что город называется Соли-Дор и существа эти живут там достаточно давно.

Первым желанием Чин-Гоба было вернуть всех женщин и детей назад до выяснения обстановки. Но группа, посланная к Порталу, сообщила, что он закрылся и потух. Назад дороги не было. Собрав всех, кто мог носить оружие, он насчитал чуть больше двух тысяч бойцов.

 Не разводя костров, гоблины переночевали в полной темноте. Только единственная и незнакомая луна всю ночь мерцала серебристым светом, давая возможность бодрствующим дежурным следить за окрестностями. Полночи Чин-Гоб не спал, размышляя о том, как могло случиться, что в их мире за время отсутствия гоблинов поселился кто-то другой? Было ли это ошибкой, недосмотром или осознанным решением Богов?

Утром с крупным вооруженным отрядом Чин-Гоб отправился к городу. Когда до городских ворот оставалось совсем немного, им навстречу выбежало не менее сотни гигантов в доспехах и с оружием в руках. Они изумленно показывали пальцами в сторону гоблинов и что-то говорили друг другу.

Чин-Гоб громко крикнул слова приветствия, но гиганты отреагировали агрессивно. Они выпустили множество стрел, ранив троих гоблинов. Выстрелив в ответ, гоблины с удивлением увидели, что их стрелы не пролетели и половины положенного расстояния. Пришлось быстро отступать, унося раненных.

Спешно собранный Совет, в который по общему молчаливому согласию вошла и Гобиния, принял решение перенести лагерь к горам, которые просматривались вдалеке, проводя оттуда скрытую разведку. Длинная походная колонна уже через час покинула лагерь и в полной тишине направилась к горам.

Еще одна ночь, проведенная гоблинами в полной темноте у подножия гор, не улучшила всем настроения.

Наутро неприятности продолжились. Небольшая группа странных бородатых существ не намного выше гоблинов, но значительно крепче и шире показалась на горной тропинке. Группа, высланная для переговоров, вернулась быстро. Странные бородачи в мгновение порубили огромными топорами половину группы, после чего исчезли. Оставшиеся в живых рассказали, что, вытащив мечи, чтобы дать отпор бородачам, они буквально почувствовали, как их движения ослабли и замедлились.

Высланные новые группы разведчиков вернулись мрачные. Они видели множество таких же бородачей на горных тропинках, а с той стороны хребта обнаружили их огромный укрепленный поселок. Собранный Совет был в замешательстве. Гоблинам второй раз противостояли неизвестные разумные существа, по общему мнению, явно обладающие какой-то магией.

Заодно, разведчики нашли в горах пещеры, ведущие в глубокую и разветвленную сеть подземных коридоров. Чин-Гоб счел лучшим решением спрятаться на какое-то время там и увел всех гоблинов под землю.

За несколько последующих дней опытные охотники, скрытно посланные далеко во все стороны, однозначно подтвердили, этот мир плотно заселен двумя разумными расами, воюющими между собой.

Совет заседал очень долго. Чин-Гоб никак не мог поверить, что по воле Богов его мечта о новом прекрасном мире для гоблинов так нелепо и унизительно растоптана сапогами двух неизвестных рас. Он предлагал один за другим множество планов, основанных на тех или иных военных действиях. Но, впервые за все время своего существования, Совет единодушно отклонил все без исключения его предложения и принял единственно правильное решение - не воевать.

Чин-Гоб смирился со своим поражением, хотя это далось ему с большим трудом. Груз ответственности за будущее нескольких тысяч поверивших ему гоблинов перевесил личные амбиции, и Чин-Гоб включился в поиск мирного выхода из сложившейся ситуации. После Совета он созвал всех гоблинов и с тяжестью в сердце объявил о принятом решении.

- Боги наказали нас дважды, вначале изгнав из этого прекрасного мира и позже, отдав его другим расам еще до того, как мы сюда вернулись. Назад у нас дороги нет. Но и на этой земле мы оказались лишними. Нам остается один путь – под землю. Среди нас много тех, кто привык жить в пещерах Каньона Смерти; с нами наши славные мастера, охотники, воины; у нас с собой запасы съедобного лишайника и грибницы; мы выжили в тяжелых условиях того, другого мира, мы выживем и сейчас. Мы уходим под землю, лишь для того, чтобы найти способ противостоять чужакам, захватившим наш мир. И мы обязательно вернемся! Я клянусь, рано или поздно мы обязательно поднимемся на поверхность, и этот мир, о котором мы так долго мечтали, вновь станет нашим.

- Станет нашим… – гулко подтвердило эхо в огромной пещере.

- Станет нашим! – дружно ответили тысячи гоблинов.

На следующий день гоблины исчезли в глубине подземелий, не оставив после себя никаких следов. Через много лет они опять появились, но это уже совсем другая история.


  • 0

#18 rusalka83

rusalka83

    Архивариус

  • Администраторы
  • ФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишка
  • 8 160 сообщений
  • Пол:Женщина
  • Раса в игре:Люди

Опубликовано 07 Октябрь 2013 - 03:55

Участница №16 - -EVROPA-

 

Пародия на песню «Остров невезения» Слова Л.Дербенёва, музыка А.Зацепина из к/ф "Бриллиантовая рука" (переделка)

       В народе говорят, мой прадед один из великих, отважных, доблестных бойцов, а он в ответ мило улыбается. Сейчас по службе он в запасе, но продолжает принимать активное участие в обучении и распределении юных берсеркеров.

      Когда, в теоретической части, доходит место до рассказов об Арене, он не может удержаться, и обязательно вспоминает свою любимую песенку перед многочисленной аудиторией. Нет, мой дед не со странностями, просто он многое видел, многое прошёл, и как опытный боец, говорит: «С песней в бою легче»! Поэтому все молодые бойцы его так любят, у него на лекциях всегда весело.

                 

  Остров  Посвящения в Элиноре есть,

Весь песком покрытый он, абсолютно весь.

Весь песком покрытый он, абсолютно весь,

Остров  Посвящения в Элиноре есть.

 Там живут несчастные тролли-дикари,

На лицо ужасные, с рунами внутри.

На лицо ужасные, с рунами внутри,

Там живут несчастные тролли-дикари.

 Что они ни делают, не идут дела,

Видно в понедельник Эквиль их создала.

Видно в понедельник Эквиль их создала,

Что они ни делают, не идут дела.

 Человек не ловится, гном воротит нос,

Плачут, Богам молятся, не жалея слёз.

Плачут, Богам молятся, не жалея слёз,

Человек не ловится, гном воротит нос.

 Игроки -  ленивые, но могли бы жить,

Им бы стоп по средам взять и отменить.

Им бы стоп по средам взять и отменить,

Ведь не все бездельники и смогли бы жить.

 Как назло на Острове всегда стоит Шактайн,

Убить можно «Тёмного», но маленький онлайн.

Убить можно «Тёмного», но маленький онлайн,

Лишь один на Острове всегда стоит Шактайн.

 Тёмный Властелинушка рядышком стоит,

Злорадно надсмехается и за всеми бдит.

Злорадно надсмехается и за всеми бдит,

Тёмный Властелинушка средь Острова стоит.

 Остров подчинился весь коварной власти Тьмы,

Именно поэтому сейчас страдаем мы.

Именно поэтому сейчас страдаем мы,

Остров Посвящения стал местом жизни Тьмы.

 Если ты на Острове сделаешь хоть шаг,

Чарами зловещими покроется душа.

Чарами зловещими покроется душа,

Если ты на Острове сделаешь хоть шаг.

 По такому случаю, с ночи до зари,

Бьются люди, гномы и тролли-дикари.

Бьются люди, гномы и тролли-дикари,

Именно поэтому, с ночи до зари.

 За нити судьбоносные вечная борьба,

Ребятня и взрослые пропадают зря.

Ребятня и взрослые пропадают зря,

За нити судьбоносные жестокая борьба.

 Если будет трудно, ты смотри, не плач,

В случае победы, ты получишь – плащ.

В случае победы, ты получишь – плащ

Даже если трудно, ты смотри, не плач.

 Есть на этом Острове очень много тайн,

Что скрывают Тёмные Своды и Шактайн.

Что скрывают Тёмные Своды и Шактайн?

То, что в этом Острове очень много тайн.

 Именно поэтому все сюда идут,

За орденами, рангами, ну и славы ждут.

За орденами, рангами, ну и славы ждут,

Именно поэтому все сюда идут!

 Так что если смелый ты, тоже приходи,

Смерть или победа, что там впереди?

Только лишь победа ждёт нас впереди!

Так что если смелый ты, тоже приходи!


  • 0

#19 rusalka83

rusalka83

    Архивариус

  • Администраторы
  • ФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишка
  • 8 160 сообщений
  • Пол:Женщина
  • Раса в игре:Люди

Опубликовано 07 Октябрь 2013 - 03:57

Участница №17 - Svetlaya

 

ДА ПРИДЕТ СПАСИТЕЛЬ

 

Верховный Магистр Иных смотрел прямо в переполненные злобой глаза гнома. Может быть, эту злобу вызвали непрошеные помощники, которые влезали в его бои, может быть, кто-то увел его награду или не принял в клан, а, может быть, он был зол и не на сородичей вовсе, а вообще на всех. Например, из-за своего маленького роста или иссеченного шрамами лица.

 

Как бы то ни было, гном не боясь смотрел прямо в бездушные, черные глаза Магистра, который на пути познания магии давно забыл, что значит быть человеком.

 

Гном моргнул, не выдержав и десяти минут, и Магистр удовлетворенно прикрыл веки.

- Итак, Злобнодум, ты появляешься в прошлом без ничего, быстро собираешь эликсиры, доспехи и оружие, находишь малыша Патрика и убиваешь. Уверен, ты справишься с восьмилетним мальчонкой...

- Я-то справлюсь, а что касается моего списка - всех найдете?

- Мои люди ждут лишь сигнала, чтобы уничтожить их всех. Ну и злопамятные вы все-таки – гномы! Но перед тобой - более важная цель! Думай лишь о Патрике, второго шанса не будет...

 

* * *

 

Злобнодум очнулся от хохота. Глаза резанул дневной свет, и пришлось как следует проморгаться, прежде чем он увидел смеющихся гномов.

Любой другой, прыгнувший в прошлое и оказавшийся голым на какой-то каменной гноме посреди площади, рассмеялся бы, но Злобнодум угрюмо сполз со статуи и, прикрываясь ладонями, попытался скрыться.

Один из веселящихся зрителей, могучий, коренастый гном, добродушно хлопнул Злобнодума по плечу и предложил:

- Всяко бывает, братишка, без обид! Я - Курбан, пойдем, приоденемся...

- Отвали, у меня нет ни медяка!

- Экий ты горячий! То-то даже статуя перед твоим напором не устояла! - и гном довольно ощерился. - Пойдем, я тебе так отдам Разбойника, у меня лишний простаивает. Негоже без оружия ходить, люди вот-вот нападут...

- А когда заберешь обратно?

- Ну, ты - удивительный гном! Впервые вижу такого - хмурый, голозадый, без копейки денег, а подарок торопишься вернуть, еще не получив! Ты, часом,  не человек, а? - и гном зашелся в хохоте, постоянно шлепая Злобнодума по плечу. Плечо постепенно краснело, предвещая скорый синяк.

 

Через полчаса Курбан попрощался, оставив Злобнодума утягивать последние ремешки, подгоняя сет Разбойника под свою фигуру.

 

Пока все шло по плану, осталось набить ресурсы, заказать эликсиры, свитки и руны, а потом...

 

* * *

 

Этим же вечером недовольный Злобнодум стоял около мастерской и ругался.

- Тупые алхимики! Тупые-тупые-тупые! И лень было сказать, что сейчас еще по одной штуке варят? А я им - по 70 варите! Тупые! А сами – еще сумок не придумали!

 

Гномы обходили его стороной и с уважением косились на объемные ящики забитые эликсирами и свитками. Злобнодуму невыносима была сама мысль о том, чтобы оставить даже один эликсир, поэтому, привязав ящики к концам копья, он поднял импровизированное коромысло и двинулся в ближайший темный переулок.

 

Неожиданный хруст заставил гнома остановиться и прислушаться. Опасаясь за копье, он согнулся и осторожно поставил коробки на мостовую. А разогнуться Злобнодум уже не смог. Тупые алхимики! Тупые-тупые-тупые!

 

Постепенно вечерело. Стоило лишь двинуться, как боль в спине становилась невыносимой, поэтому Злобнодум так и стоял - согнувшись. Неожиданно, краем глаза он заметил носки двух смешных рыжих башмаков, а детский голосок прозвенел:

- Дядь, тебе плохо? Я могу помочь?

Злобнодум покосился на башмаки и буркнул им:

- Если у таких маленьких башмаков есть большой, знакомый костоправ, то приведите его.

Ребенок рассмеялся.

- Я не башмаки, я - гном! Меня зовут Патрик! Я приведу дядю Кифоза, он поможет!

Башмаки застучали по мостовой, удаляясь за помощью, а мальчишка так и не услышал, как в бессильной злобе ругнулся несостоявшийся убийца.

 

Костоправ появился в переулке и сразу же обхватил Злобнодума под мышки. По крайней мере, первая мысль гнома была: «Кхадгор-покровитель! Лишь бы это был костоправ!». Неожиданный рывок и громкий хруст отправили Злобнодума в темноту забвения, а дядя Кифоз поднял на руки обмякшее тело и понес неожиданного пациента к себе домой.

 

Кифоз оказался лысым, жилистым гномом, но зато отменным костоправом: через пару часов больной поднялся с кушетки и сделал пробные наклоны. Кифоз заметил взгляд Злобнодума и неправильно его истолковал.

- Ты глядишь, будто я тебе жизнь спас или чудо совершил!

- Сколько я должен...

- И думать забудь! Одно дело делаем! Здоровая спина - здоровая шея! А здоровая шея - держит здоровый шлем и здоровый удар! Гном гному - друг, брат и плечо в любой заварухе!

 

Добродушный костоправ усадил Злобнодума за стол, дал травяного чаю с баранками и еще долго сыпал присказками на пораженного гостя.

 

Утро наступило неожиданно: Кифоз тряс Злобнодума за плечо, призывая быстрее вставать.

- Вставай, гном! Люди нагрянули! Через час будут у Пароботов! Корагор объявил общий сбор!

- Что? Какие пароботы? Они существуют? Я увижу там паробота?

- Ха! Прокатишься на нем, если не сдрейфишь! Беги за своими эликсирами, да спину береги, а я пока наточу секиру...

 

Злобнодум, не рассуждая, выскочил на крыльцо и тут окончательно проснулся. Он вспомнил о главной цели – Патрике.

 

* * *

 

Патрика никто не видел, но все отряды гномов стягивались к Пароботам, куда люди собирались нанести свой основной удар. В надежде увидеть мальчика, Злобнодум протиснулся через первые ряды и вышел на поле будущей битвы. Отсюда можно было увидеть всех гномов, явившихся защитить свой Кхатог, и… Там были Пароботы! Исполинские машины древних, которых сейчас уже не увидеть даже в музее, возвышались над морем гномов, внушая уважение толщиной своей брони и размахом плеч.

 

- Патрик! Патрик! Уходи оттуда! - тревожный женский голос заставил Злобнодума обернуться. Это мать звала своего сына, в надежде сберечь ему жизнь в предстоящей сече.

 

Мальчик в смешных рыжих башмаках стоял в первых рядах, крепко сжимая в руках пику и непреклонно глядя вдаль, на показавшихся врагов. Рядом с ним стоял седобородый ветеран в иссеченных доспехах и лысый костоправ Кифоз, опираясь на секиру и привычно разминая шею вращением головы.

 

И в этот момент что-то изменилось внутри Злобнодума, что-то произошло с его глазами. Или с сердцем? Как будто в одно мгновенье на него снизошла благодать, которую он так долго ждал и надеялся получить. Это была Благодать Единения.

 

Злобнодум больше не был один: перед ним стояли седые ветераны и желторотые юнцы, новички и Кхадлорды кланов, одинокие мастера и мальчик Патрик в смешных рыжих башмаках. Перед ним стояла могучая раса гномов.

 

Раса, освоившая полеты по небу и построившая пароботов, раса, закрепившаяся на самом краю бесплодной пустыни и стойко защищающая свое небольшое поселение, раса, которая всегда готова придти на выручку в беде. Раса гномов, свирепая в бою и веселая на пиру...

 

И он – был одним из них.

 

Пароботы воинственно загудели, стравливая пар, и вышли вперед, встав бронированной стеной между своими создателями и приближающимся врагом. Пришло время битвы.

 

Злобнодум подошел к Патрику и встал рядом, на полшага впереди, готовый прикрыть мальчишку своим телом. Стоящий с другой стороны Кифоз одобрительно кивнул и, незаметно для Патрика, тоже сделал полшага вперед.


  • 0

#20 rusalka83

rusalka83

    Архивариус

  • Администраторы
  • ФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишкаФишка
  • 8 160 сообщений
  • Пол:Женщина
  • Раса в игре:Люди

Опубликовано 07 Октябрь 2013 - 03:59

Участница №18 - Светлый Лисенок

 

Вот вам и тема – вспомнить все,

Что вам запомнилось сильнее

За те пять лет, что мы в игре

Проводим,  жизни не жалея.

 

Когда-то в давних временах

Стоял на стыке двух локаций

Паук малюсенький совсем,

Но бой с ним долго продолжался. 

 

Влетали люди в этот бой

И появлялся новый мобик,

С которым наши малыши

Никак все справиться не могут.

 

И я сидела в том бою,

Но нервы ведь мои не вечны.

Пришел паук, и я лечу

В дисквал – к свободе бесконечной…

 

А как драконов били мы,

Влезая целою толпою.

И дроп нам, в виде головы,

Давался трудно, я не скрою.

 

Порой входили гномы к нам

Ища наживы, легкой славы.

И как положено друзьям,

На респ мы вместе улетали…

 

Иль помню как паучий шелк

Упал мне как-то в Соли-Доре.

И сразу же возник вопрос –

Что это все-таки такое.

 

Мне модератор пояснил,

Что нужен он нам для профессий.

Узнаем скоро мы о них,

Мир станет всем нам интересней…

 

А как-то –  гномы пробрались

К нам за охрану – в безопаску.

Вот было шуму то, от них

Старались люди разбегаться.

 

Но гномы к нам пришли не так,

Чтоб чисто скальпы понарезать.

У них в руках был новый фраг –

Из лавки третьей нам презентик.

 

Итак, затужив пояса,

Народ купил у них регалки.

Но вот, случились чудеса –

Откат админский отобрал все…

 

А было – многим снились сны,

В которых камни собираешь.

И ведь всегда поля круты

И ты их быстро разбираешь.

 

Как много можно рассказать

Того, что память сохранила.

А многое не передать,

Что прожито – давно забыла.


  • 0




0 пользователей читают эту тему

0 пользователей, 0 гостей, 0 невидимых