Перейти к содержимому


Фото

Старший царь Иоанн Пятый (попаданская фантастика)


  • Чтобы отвечать, сперва войдите на форум
55 ответов в теме

#21 MARHUZ

MARHUZ

    Писатель

  • Пользователи
  • ФишкаФишкаФишкаФишка
  • 641 сообщений
  • Пол:Мужчина
  • Город:Los Angeles
  • Раса в игре:Люди

Опубликовано 03 Октябрь 2013 - 02:26

Глава пятая
  
  
   Михайла, глянув в глаза Ивана Алексеевича, поразился. Взгляд царевича выражал отчаянную уверенность человека, сделавшего свой выбор. Пусть не соответствующий канонам, или слишком опасный, может вообще неправильный, но твёрдый. Проблема осознания "так или иначе" довлеет над многими и висит стопудовым грузом на плечах и поведении. И лишь принятие решения приносит долгожданное облегчение, а вместе с ним и энергию, подпитывающую желания и стремления. Тем более, что юный Романов перехватил у Вяземского самое сильное оружие всех времён и народов - улыбку! И понемногу осваивал все вариации её применения.
   Дополнительно построенный "гостиничный комплекс" вместил в себя кремлёвскую делегацию и их имущество. Даже, неожиданно севшему на хвост Льву Нарышкину нашёлся двухместный номер. Шестнадцатилетний брат вдовствующей государыни добровольно вызвался составить компанию Иоанну до рождественских праздников. Явный политическо-экономический разведчик поглядывал вокруг с пренебрежением и восхищением одновременно. Жизнь "стопервокилометрян" была ему неинтересна, но их ремёсла вызывали определённую зависть. Всё-таки, когда даже крепостные, начинают использовать тёс и доски в бытовых целях, а моются мылом и шампунем не может не интриговать. Каждому хочется жить лучше и получать больше со своих владений, нужно лишь понять, как это достигается. Мишкины крестьяне явно не выглядели голодными, сирыми и убогими, а наоборот - радовались жизни и были энергичны. Лёва Кириллович, под влиянием братьев Голицыных, уже разбирался в экономике, пусть даже и не знал этого термина.
   Молодые юные парни, те кто вскоре возьмёт в свои руки бразды высокого правления, собрались в своеобразной "беловежской пуще". Только Мальцев знал о кризисе власти 1682 года, но не собирался этим делиться, а всего лишь хотел подготовиться. Пока в Багдаде всё спокойно!...
  
   Ближе к католическому рождеству вернулись "тигрята зачистки", слегка при зипунах и хабаре. Притащили караван добычи, отнятой у татей недалеко от Волгуши. Наткнулись, как выяснилось, случайно, вне задания, но не пропадать же чужому добру. Католиков сразу отправили всем гуртом в Москву праздновать вместе с испанским послом, а половину нажитого раздали простолюдинам. Естественно, по-братски, то есть ту, что попроще и поменьше. Впрочем горожанщина и деревенщина всё равно обрадовались - приятен сам жест, а не наполнение! Лояльность дороже возможных прибылей и лишней копейки, хотя в двадцать первом веке такого Михайлу не поняли бы. Он даже часть иноземных фруктов и сластей задумал раздать простякам к православным праздникам. А ведь мог бы распродать всё, вплоть до дольки апельсина, чтобы прослыть истинным глобалистом-демократом. Кому, по большому счёту, нужны быдло и гопники, когда истина в "правах и свободах", а не в хлебе насущном? Даже местные народовладельцы не понимали молодого Вяземского и его траты. Зачем тратиться по-крупному, когда можно изрядно сэкономить? Впрочем никто, слава богу, не возражал - люди семнадцатого века ни к кому с непрошенными советами не лезли. Своих забот хватало, особенно по подглядыванию.
   Хугу Гонсалвеш, назло нормальным людям, имевший имя, о которое языки выворачивались и ломались, сразу занялся изучением русского. А куда он мог деться, коли имел рыльце в пушку и проходил под грифом "нет дыма без огня". Конечно, соответствующий оправдательный документ у него имелся, но... Любитель извращений в бытовом растениеводстве, когда-то упорно пытался выяснить последовательность высаживания разных злаков на одной и той же земле. Как будто тысячелетиями предки были глупее и недальновиднее. Попытки отбирать более крупные зёрна и плоды среди данных богом, вообще выглядели подозрительным. Другие же так не делали! Ну а то, что он старался прирастить веточки яблонь к грушевым или апельсиновым деревьям, моментально сломало его многолетнюю карьеру.
   В один распрекрасный день, подозрительного натуралиста-махинатора арестовали и доставили на первый допрос районному инквизитору. Почти все люди, написавшие за три года доносы на него, попали в список личных недоброжелателей, которых он назвал. А вот на обоих собственных братьев Хугу не указал, удивившись слишком поздно их "бдительности". Адвокат посоветовал пройти "испытание водой", как самое простое и убедительное. Конечно, страшно тонуть с навешанными тяжестями, пусть даже на глубине всего лишь три-четыре фута. Да и гарантий нет, что удастся достаточно долго задерживать дыхание. Даже инстинктивный страх перед водяной нечистью давил на подозреваемого. Но и сгореть на костре тоже не хотелось - любой обыватель, с большей радостью, на травке поваляется да на приволье попрыгает. Пришлось согласиться с адвокатом.
   Гонсалвеша, как и положено, два дня учили задерживать дыхание, убеждая, что нечисти в водоёме не будет. Более того, гарантировали присутствие на берегу двух профессиональных ныряльщиков и лекаря, умеющего откачивать частично утопших. Всё так и произошло - на глазах комиссии Святой Инквизиции его связали, обвешали отягощениями и погрузили в... бывший римский бассейн, наполненный водой. Никакие брыканья утяжелённого тела не помогли и оно погрузилось на дно, после чего ныряльщики сами забрались в бассейн и вытащили бедолагу. Подьёмная сила ведьм и ведьмаков не проявилась, о чём местечковый инквизитор составил бумагу и заверил печатью! Два положенных дублона возместили моральный ущерб, но осадок у местных остался. Так что, переезд в Сетубал и отрыв от сельской природы оказался вынужденным. Устроившись садовником, Хугу больше не химичил с растениями, хотя даже душа чесалась. А когда представитель местной церкви предложил посотрудничать с душ Сантушем - согласился, узнав что в далёкой Московии нет ни инквизиции, ни запретов на вивисекцию растений. Соответствие желаемого и действительного можно было проверить лишь на месте. Одна непонятка, конечно, бередила душу мичуринца: "Как может вообще хоть что-нибудь расти во льдах Русии?"
  
   Прибыл ещё один обоз, на этот раз с комплектом всего, что нужно для кирпичного производства. Даже сами кирпичи привезли, правда лишь для печи. Одну бригаду строителей моментально сняли с военного обучения и направили на берег Весновки - "накрывать поляну" для размещения производственных мощностей. Заодно, заставили людей выучить все эти "бродяжьи" слова, чтобы жизнь сказкой не казалась. Глинистый холм на глинистом берегу позволял отработать все процессы кирпичеобразования и обучить желающих столь, пока, маловостребованной профессии. Дерево упорно держалось за свой приоритет в строительной индустрии и не хотело особо замещаться иными материалами.
   Монтаж лесной крепости постоянно продолжался, несмотря на её использование и гостей, решивших посмотреть на очередную "вяземскую" причуду. Никаких особых функций она не исполняла, находясь в лесу, между трактом и селом.
   - Михайла, ну зачем она тебе нужна? - домогался Иван, Романов сын, - Неужель боишься, что тверские стрельцы придут тебя воевать и твою Беспутку отберут?
   - Смейся, смейся, Иван-царевич, всем бы над беднягой Мишкой смеяться, - отбрыкивался начинающий князь, - твоим стрельцам здесь весь курс обучения провожу, чтобы всё, как положено было. Ну нельзя курсантам жить в деревне и отвлекаться от службы!
   Иоанн достал бумажку, чтобы записать новые слова, но понял, что вообще-то на открытом воздухе холодно.
   - А мои стрельцы, как и твои будут палками драться? Али хуже?
   - Твои пусть сначала общему порядку научатся и тебе не мешало бы к ним присоединиться, - заважничал ветеран неведомо каких будущих войн.
   - Так я же молод ещё, отрок всего лишь, - не стал выделываться царевич.
   - Ты, Иван Алексеевич, всего лишь на год младше меня. Самое время осваивать воинское ремесло, оно никогда лишним не будет. Заодно и мышление твоё дисциплинирует.
   - Холодно, Миша, пойдём в казарму погреемся, да я четыре новых слова запишу, а то запамятую.
   Игорь Мальцев поражался простоте отношения отпрыска царской семьи к окружающим. Никаких понтов, излишней величавости, пренебрежения. Да любой олигархёнок двадцать первого века уже выделывался бы и подчёркивал своё внеземное происхождение.


  • 0

#22 MARHUZ

MARHUZ

    Писатель

  • Пользователи
  • ФишкаФишкаФишкаФишка
  • 641 сообщений
  • Пол:Мужчина
  • Город:Los Angeles
  • Раса в игре:Люди

Опубликовано 03 Октябрь 2013 - 02:35

   Лев Нарышкин не выделывался, хотя и держал марку. Правда, в итоге, сломался - уж очень интересные и умные мысли в беседах озвучивались.
   - Я своим дренажникам сразу обьяснил сколько денег они получат и за какие работы, - пояснял Мишка, - новое русло Малявки за год не выкопать, но и тянуть с работами не след. Поэтому плачу за канал: закончили очередной участок - получите деньги. Быстрее сделали - быстрее получили!
   - А вдруг они всю работу за две недели сделают, вместо месяца, чтобы скорее мошну набить? - сделал вывод Голицын и... задумался.
   Нарышкин, который тоже хотел быстро отреагировать, вдруг тоже притих. Только царевич сразу озвучил понимание:
   - Так это и хорошо! И мужикам плата, и Михайле то, что ему нужно!
   - А когда болото начнёт уходить, я много полезного получу: и торф для печей, и перегной на поля и ценную древесину. Залило-то лес! Понятно, что большинство деревьев сгнило, но и морёного дерева, тех же дубов, найдётся в достатке.
   Да уж, с морёным дубом не поспоришь, слишком дорого он стоит, большие деньги можно нажить.
   - Как же так получается, князь, - очнулся Лев Кириллович, - выходит не зря ты серебро тратишь, ибо золотом окупится? Да ещё и быстрее, чем у других.
   Брат царицы быстро осознал ценность сдельной оплаты и уже начал вспоминать, где на его землях болота имеются. Понятно было, что за бесплатно крепостные будут осушать заболоченные местности до второго пришествия. Пока даже дуб не сгниёт!
   - А на буреломе я припрятал под корнями пять мешочков с ефимками. И разрешил мужикам разбиться на группы по два-три человека. Им и жалованье идёт и приз, в случае удачи, достанется. Условия просты: вырубили буреломное дерево, пень выкорчевали, всё унесли, а яму землёй с соседнего холма засыпали, с бугорком. Мне - новые пашни, им - оплата!
   - Да уж, нехитрая морковка, а ослик за ней тянется, - восхитился Голицын, - небось даже зимой бурелом чистят?
   - Ещё как! Правда один мешочек с двадцатью ефимками уже нашли. Теперь желающих невпроворот стало!
   Такие суммы, для бывших московских безработных, означают новую обстоятельную жизнь, а не прежний беспросвет. Закон жизни прост: у кого-то золото бочками, а кому-то медной копейки не видать. И не потому что нет желания работать, а просто самой работы нет.
   - Что же ты, Михайла Алексеич, крепостных не заставил работать? Всё дешевле обошлось бы, - посоветовал Борис Васильевич.
   - Маловато их было в деревне, всего десять подворий, они бы мне много не наработали, - откорячился Вяземский.
   Действительно маловато, хотя Беспутка явно не выглядела умирающей деревенькой. Да и дешевизна рабского труда относительна: сэкономишь на копейках - потеряшь в рублях, а то и в инвалюте.
   - А если через конюшню мозги вправлять? - полюбопытствовал Нарышкин.
   - Конюшня - дело хорошее, но бессмысленное. Она знаний не прибавляет и умений не даёт, только последнее здоровье отнимает у мужиков, - разглагольствовал спец по конюшням, лично их прошедший, - Люди и есть самая большая ценность, так чего ж я их ломать буду? Лучше профессионалов из них выращу, пусть мне пользы поболе приносят!
   Скрип-скрип-скрип... Перо Иоанна двигалось по бумаге, записывая не только новые слова, но и их значения... Чпык-ляп-хрясь!
   - Погодь, Михайла, я новое возьму.
   Лев Кириллович тоже пристрастился записи делать, но у себя в комнате, после бесед. Мишка делился таким количеством мелких полезных секретов, что глупо было ими не воспользоваться в будущем. Особенно ему нравились подсобные мелкие ремёсла, которые создавались прямо на глазах. Тот же Игнат-краснодеревщик производил маленькие щётки для чистки зубов содой и мелом. Прокалывал мелкие дырочки в тонкой плоской деревяшке, в которые вставлял свиные щетинки и заливал сзади лаком. Даже гости из Европы их купили, оплатив серебром. А другой прибамбас (для почёсывания спины) - деревянную лакированную загогулину с зубцами, научились делать и другие самоделкины. Не всё же баклуши бить и ложки вырезать! Самый главный кирасир всех кирасиров заказал себе комплект из дюжины чесалок и заплатил целых три дублона. Ох и красивы были сии деревяхи - руки сами просились ими вооружиться и спину всласть почесать! Разнообразной всячины в Беспутке и её "отделениях" делалось немало, принося определённый доход умельцам от сохи.
  
   Заветный плуг тоже привезли и Анисим припахал мужиков к их истинному предназначению - поработать испытателями новой техники. Земля, на удивление, хорошо подрезалась, несмотря на холод. Правда в плуг пришлось впрячь семерых лошадей и столько же людей ухватились за ручки по всей ширине. Целую чeть вспахали столь быстро, что даже местным бурёнкам стало понятно - пришёл правоверный коммунизм и принёс завтрашнее изобилие. А Вяземский, убедившись, что после нескольких месяцев разработок, испытаний и изменений получено удобное орудие пахоты, тут же заказал ещё два. Мышецкий, не отставая, тоже проголосовал ефимками за интенсификацию. Нарышкин и Голицын, почесали всласть репы, повозмущались ценами, но решились на отчаянный шаг покупки. Даже, несмотря на жёсткое условие: "Деньги вперёд!" Металл на металлоёмкую конструкцию с неба не упадёт и из ручья не выпрыгнет. Оружейник немного прикинул, крякнул и признался:
   - Больше до весны сделать не смогу. Струмента и людёв не хватает.
   Это означало, что заочный интересант Василий Голицын останется на следующий год без сельхозхайтека, о котором ещё даже не слышал. Хотя и держал ухо востро, но через брата, не желая отвлекаться от своих обязанностей стольника. Сидение за одним столом, положенная позиция "под рукой", исполнение любых царских указюк исполнялось со всем послушанием, но лишь до вечера. А потом, у себя и для себя, Василь Васильич раскрывал записи и мудрил над своим взглядом на разумное хозяйствование. Библиотека Голицына вмещала в себя многие умные книги, начиная с древнегреческих наставлений и древнеримских отчётов Сената. Уж, если римляне ввели законы, регулирующие даже порядок содержания рабов, то следовало брать с них хоть какой-нибудь пример. По отношению к крепостным, хотя бы. Вот только цифры озадачивали! Римский рабовладелец обязан был кормить своё живое имущество слишком изобильно: одна овца на двух рабов в неделю, два хлеба по два фунта весом ежедневно, корзинка овощей и корзинка фруктов ежедневно, кварта лёгкого вина ежедневно, фунт сыра ежедневно...ежедневно...ежедневно... Где же столько еды найти? И как строить римские дороги, коли канавы под них были глубиной четыре фута, кои следовало засыпать слоями песка и камня в двенадцать рядов. Но только на второй год, после того, как её вырыли, а потом ждать ещё год и лишь тогда мостить верх...
  
   Довольные католики, вернувшись после радостной григорианской суматохи, стали заблаговременно готовиться в обратный путь. Схизматики потому и неправильные, что празднуют Рождество за две недели до рождения Христа, да ещё и крестятся наоборот. Поэтому православные их жалели по-своему, раз уж не удалось переучить бедняг. В конце концов, некоторые юродивые тоже говорить толком не умеют, но как-то живут рядом с другими калеками!
   Зато, вместе с пиринейскими сумасбродами, прибыл наконец-то и персидский купец, родом из Порты. Саргис, невысокий, полный, жизнерадостный человек, разглагольствовал на всех языках мира и мог бы, при необходимости, стать толмачом даже на переговорах с инопланетянами. Турецкий армянин, выделявшийся благообразным Трудовым Мозолем (или Пузырём Авторитета), имел родственников повсюду, включая Антарктиду. Одна беда, будучи купцом от бога, он хотел торговать всем, что эксклюзивно и монопольно. И пытался всучить всякую байду иноземного происхождения, надеясь на отсталость русских медведей.
   - Ты мне сказки не рассказывай о земляном масле, - охолонил его Михайла, - сначала изучи крекинг углеводородов, потом приходи, когда керосин получишь.
   Бедолага купец заткнулся, услышав незнакомые, но явно умные слова и притих. В принципе, его интересовали северные крупные соболя и, само собой, супердёготь. В Индии, Персии и Турции тоже урожай с полей вывозят на телегах, а не по воздуху, без трения. Ну, а предложение привозить "жидкую нафту для ламп" повисло в воздухе. Во-первых, поставки персидского эрзац-керосина воняли бы по всей Волге, а потом и по всему Подмосковью, во-вторых, сия полезняка была чересчур дорогой, а в-третьих Вебер уже разработал спиртовую лампу и вовсю боролся с алкогольными сайдэффектами сгорания. Да и конопляное масло пока было доступно и недорого.
   Декабрь, всё-таки, самый торгово-закупочный сезон на Москве и Ларион умудрился приобрести немало бочек масла для светильников. Если бы удалось заказать стеклянные колбы - вообще проблемы с освещением не стало бы. Ну, а в архангельских землях в достатке спермацета и воска для бездымных свечей. Всё равно местные поморы истинную цену им не знают и наверняка согласятся меняться на еду и цельнокованные инструменты для различных работ.
   Это, те же португальцы, вынуждены были закупать свердорогие товары, плывя в Африку в совсем средние века. Ну не повезёшь же всякое фуфло неизвестно куда и неизвестно кому? Рейс не окупится, вместе с рисками штормов и потерей ориентации! Вот и затаривались дорогущими, прекрасно прокованными топорами, которые даже в Европе были чуть ли не на вес золота, а также заказывали безумно ценные венецианские зеркала и просили их разрезать на небольшие куски, чтобы в бурю не побились в трюме. Кроме того, возили стеклянные бусы, цена на которые порой приближалась к цене самоцветов (слишком сложны в изготовлении). А дикари расплачивались мусором из джунглей: мускатными орешками и плодами, перьями из задниц всяких разноцветных птиц. Невелика проблема сбегать в джунгли и понабрать того и другого, можно и под деревьями собирать. В крайнем случае, на мускатное дерево нужно залезть, а птиц посшибать стрелами - там, где они кучкуются. Это в Европах птички, в основном, мелкие и бледные с невыразительным оперением, а в Африках любая птица большая и яркая по своей природе! И кто кого дурил, спрашивается? Тем более, что в Землях Каменных Топоров и Ножей, металлические ништяки сразу переводили владельцев в разряд олигархов. Да за цельнокованный топор можно было выменять у соседей сразу и коз, и девственниц. Главное - тайну торговли с белыми чайниками не выдавать!
   А уж бледнолицые лохи пусть плывут домой и дурят своих собратьев, получая несусветные цены за содержимое африканской помойки. Каждый рад своему промыслу, коли тот приносит прибыль. Ничего личного, всего лишь бизнес!...


  • 0

#23 MARHUZ

MARHUZ

    Писатель

  • Пользователи
  • ФишкаФишкаФишкаФишка
  • 641 сообщений
  • Пол:Мужчина
  • Город:Los Angeles
  • Раса в игре:Люди

Опубликовано 03 Октябрь 2013 - 02:44

   Договоренности с Саргисом включили в себя выдачу ему двух бочек дёгтя, в качестве образцов товаров. Цены загнули неимоверные, соболей наобещали, но на потом. Впрочем и от него требовалось лишь размещение заказов в Индии и Дамаске на различные вооружения, броню и бытовые инструменты. Купец, конечно, удивился, что столь богатые люди хотят какую-то обыденность вместо изысканных товаров или парфюмов. Неправильные покупатели попались, но с суперсмазки уже не слезешь - слишком качественная. Да и поставлять туда-сюда удобно: Москва-Тверь-Волга-Астрахан-Персия и обратно. Заодно подарили двухгаллонный бочонок шампуня, короб мятного мыла и бурдюк "жидкого аспирина" для проведения полевых испытаний в Персии. Испанцо-португальцам прикатили две большие бочки с отваром ивняка, тоже на пробу. Пора уже было выяснить, насколько он хорош - может лишь для русских такое лекарство полезно, а для немцев...
   Получив последние инструкции, душ Сантуш и Абрантуш с обозом и охраной отправились восвояси, так как в такие же "свояси" собрался целый меховой караван. Импортные купцы, не будь дураки, ежегодно везли меха в Европу совместно. Дороги на Руси достаточно длинные, любые вереницы саней вмещаются, а с охраной попроще - никакие тати близко не подойдут. Лучше дождутся тех, кто выгадывает цены до конца зимы, а потом передвигается самолично.
  
   Разогнав излишки иноземцев по направлению заморских сусеков и собрав своих анти-татей в кучу, Вяземский обьявил юлианские празднества открытыми. Царский поезд уехал в Преображенское, где ритуально проводили Рождество, поэтому можно было оттянуться по-свойски, благо герр Вайзер уже завёз всё необходимое пойло. Прикольно, но ему и в голову не приходило, что бренд "Бадвайзер", когда-нибудь станет общемировым и общечеловеческим. Причём за марку будут спорить Чехия и Штаты, напрочь забыв самого изобретателя сорта. Подумаешь, пивовар с Кукуя!
   Мышецкий, привезя с Кузьмой "наследство" одной из крупных Дмитровских ватаг, уехал с пленными в Москву, праздновать вместе с роднёй и вернулся лишь к последней декаде января. Предстояла достаточно сложная охота на Яхроме. Зимние купцы прорывались к Волге и обратно и наиболее неудачливых регулярно грабили. Большие боссы самого Дмитрова закрывали на это глаза, открывая пошире карманы, да и опасаться им было нечего - все потенциальные видоки уничтожались напрочь. Тати не жалели ни возниц, ни баб, ни детей. Возвернувшийся из Преображенского Иоанн, неожиданно упёрся и пожелал принять участие вместе с кремлёвскими стрельцами и стольниками. Никаких доводов он не желал слушать, хотя и пообещал в бой не вступать, а наблюдать издалека. Голицын сразу осознал различие между буколикой и реалиями жизни и, сцепив зубы, занялся экипировкой. Успокаивало лишь то, что отряд возмездия насчитывал сотню уже опытных боевиков. Уезжали налегке, выпустив вперёд Егоркиных "леших" в белых маскхалатах с чёрными разводами.
   Местоположение основной банды было вычислено заранее, но брать её пришлось прямо на купцах. Попытка проявления гуманности и сохранения хоть кого-то из обоза привела к потерям. Даже у Вяземского погибло трое дружинников. Кровавое месиво, пороховая гарь и личное наблюдение того, как вырезают из трупов ценные наконечники, что-то изменили в царевиче. Книжки и моленья сменились осознанием правды боя.
   - Извини, Иоанн Алексеевич, другой войны у меня для тебя нет, - пояснил Михайла, - грязь, прелестнь, дрянь вместо романтики.
   - Ничего, Миша, то мне полезно. Знать не так просто добро себя проявить может, - отозвался притихший отрок.
   Караван увели прямо в Дмитров, где перед воеводой поставили вопрос ребром: или его арестуют, или он сдаст покровителей разбойников. Присутствие реальных людей из Кремля сразу помогло сделать однозначный выбор. Местный стрелецкий сотник, губной дьяк и четыре купца были арестованы, а их добро и крепостные описаны. Вяземский, как всегда, забрал свою долю, отказавшись в этот раз не только от крепостных, но и от денег. Своих было изрядно, а летом ещё приход валюты намечался!
  
   Трактоочистителей встречали всей деревней плюс новыми гостями, среди которых стоял худощавый долговязый восьмилетний мальчишка. Он восторженно смотрел на конных витязей из сказок в чёрной броне, синих плащах и с мечами за спиной. Но ещё больше ему понравились стрельцы с их мушкетами, в красочных кафтанах. Уж очень хотелось самому иметь таких же, чтобы каждый день видеть и слышать, как они залпом стреляют и пахнет пороховым дымом. Ах, если бы ещё у них были пушки! Ну что может быть лучше настоящей войны, когда наши побеждают ненаших и захватывают крепости. Впрочем, лучше сейчас было дождаться, когда освободится старший брат Ваня и снова покажет картинки в своей книге, где плавучие деревянные крепости с парусами гордо плыли по волнам в заморские страны.
   Наталья Кирилловна отправила сына под надзором брата и "дядьки" с охраной в Беспутку, когда расторопная молва об очередной победе вяземцев добралась до Преображенского. Уж очень настойчиво Петруша приставал и просил отпустить к старшему братцу - книгу посмотреть да боевые истории послушать. Хорошо, что обоз двигался медленно и малолетнего царевича успели собрать и приставить достойную охрану.
   Караванище въезжал в деревню два дня, медлительный пешеходный скот просто не успевал за санями с боевыми трофеями. В последние месяцы, часть вольнонаёмных испросила разрешение перевезти в Беспутку семьи из Москвы и весь декабрь этим занималась. Старые дома, давно разобранные, сменились новыми, участки выделенные под дворы и огороды, были разровнены и увеличены, хозяйственные пристройки возведены - где ещё найдёшь такой рай на Земле? Кого попало, лишь бы побольше, не брали - отбор проводился очень серьёзно, чтобы потом выгонять не пришлось нерадивых и неправедных. Анисим даже целую миграционную службу создал, чтобы князя не подвести, за что был не раз премирован.
   Часть ветеранистых дружинников тут же отправились в третий Рим, но не на римские каникулы, а использовать новые технологии поиска мастеров. Алексей, который когда-то в отрочестве был охотником-лучником, взял с собой троих наёмных, покрепче здоровьем. Михайла одобрил его план поиска классных меховиков-кожемяк и даже выдал деньжат на реализацию. Хитрость оказалась разумной: сам дружинник, как знаток мехов и обработанных кож, обходил всех купцов, торгующих соответствующим товаром. Каждый раз, когда мягкая рухлядь была качественно обработана, с торговцем велись разговоры. Но не на морозе, а в ближайшем кабаке, где вольнонаёмные пили по очереди, не забывая подливать купцу. Широкая русская душа очередного торговца не выдерживала потока лести и он хвалился, где взял свой товар.
   - Да знаешь какие у меня мастера! Да лучше их никого на Руси и нет!
   Адреса, явки, пароли - Алёшка записывал всё и ставил пометки о сравнительном качестве. Правда, для затравки, приходилось и товар покупать понемногу. Итогом всей анабасисной эпопеи явились данные о двух семействах из одной деревеньки под Вологдой, изделия которых оказались вне конкуренции. Доложившись, в конце концов, князю - Алексей получил под свою руку отделение дружинников, пару саней с дарами и отправился туда, куда никогда не доскачешь по отзывам классика.
  
   Самый мелкий Романов оказался совсем не ко двору - вечно совал нос, куда ни попадя, тряс Мишку на предмет закупа пушек и "славной стрельбы", приставал со своими идеями.
   - Давай, Михайла, продадим твою добычу и солдат наймём. Тогда кажный день можно будет ими командовать, чтобы стреляли поболе, это ж так занятно, - уговаривал царевич, сверкая глазами, - я матушке скажу и она тебя боярином сделает за это.
   - Спасибо, Пётр Алексеевич, но хочу остаться князем, - отбрыкивался Вяземский, - может другие бояре захотят, стольники твои да ближники, ты их поспрошай, когда в Преображенское вернёшься.
   Хорошо, что Иоанн вступился, обьяснив брату Пете, что тот царевич, а не попрошайка. И коли хочет военных забав - должен сам их организовать.
   - Да мне матушка денег не даст на своё, а у Миши вона сколько добра.
   - Михайла Алексеич хозяин своему добру и сам волен им распоряжаться, по своему разумению, - обьяснил быстроумнеющий Иван, - ежели мы князей да бояр заставим потехами заниматься, тогда кто в казну налоги будет платить? Пусть лучше свои хозяйства поднимают, да с казной делятся.
   Петру такой подход явно не нравился, но старшего брата следовало слушать и повиноваться. Иначе непорядок будет в царской семье! Так что, когда мелкого шебутного царевича увезли, Мальцев вздохнул спокойно. Он прекрасно помнил из истории что Пётр Первый тратил восемьдесят процентов бюджета на войска и войны и совсем не хотел быть ближником такого транжиры. Мудреющий потихоньку, спокойный и рассудительный Иван Алексеевич, был ему ближе по духу и по реализации задумок. Будет крепкое хозяйство - будут деньги на что угодно!
   А счастливый (в итоге) мальчишка, увозил с собой большую красочную книгу, привезённую душ Сантушем из Амстердама. Первую половину её занимали картинки кораблей, включая технические рисунки различных составляющих, а вторая часть состояла из нарисованных солдат и их вооружений. Малец понимал, что книга безумно дорогая и даже привезти такую было сложным делом. Имидж Вяземского моментально взлетел куда-то к полубогам, знающим что именно нужно юному сердцу и душе. Теперь Петя понимал, что именно нашёл старший брат в молодом князе!


  • 0

#24 MARHUZ

MARHUZ

    Писатель

  • Пользователи
  • ФишкаФишкаФишкаФишка
  • 641 сообщений
  • Пол:Мужчина
  • Город:Los Angeles
  • Раса в игре:Люди

Опубликовано 03 Октябрь 2013 - 02:54

   Решающий поход против татей был нацелен на Городище. Там, недалеко от излучины Волги, затаилась в болотно-чащобной глубинке разбойная деревенька одного из побочных ублюдков Грязновых. Зимняя охота на купцов на самой реке велась уже много лет, тем более, что и вывозить награбленное можно по великому торговому русскому тракту класса "из варяг в персы". Да и очень уж хитрым был "покровитель" Грязнов, требовавший от татей оставлять следы, якобы грабежи проводились с северного берега.
   Учитывая горький урок "человечности" в предыдущем бою, Вяземский поставил строгое условие своим: "Никого не жалеть!" Кто захочет спасти свою шкуру - сам сдастся. Гуманизм в пользу других моментально оборачивается антигуманизмом по отношению к своим. Мышецкий согласился с доводами, да и расценивал деревеньку, как разбойное поселение, где все по определению неправы.
   Разгром прошёл, как по нотам - мощная атака изо всех видов дальнобойного оружия сразу вывела из строя большую часть бандитов и потворствующего им населения. За татями, сбежавшими сразу, гоняться не стали, уничтожая тех, кто сдуру вступил в бой. Постоянный тренинг, дисциплина, преимущество в броне и оружии, хладнокровность и наработанное взаимодействие позволили наконец-то обойтись лишь одним погибшим на все три составляющих отряда карателей. В плен удалось взять и самого Грязнова и троих вожаков-"бригадиров". Банда состояла из семи ватаг, действовавших по индивидуальным графикам. Всё-таки организационный уровень бандитизма вырос из-за общероссийского религиозного бардака.
   Добычу грузили на всё, что можно было назвать транспортом, включая пленённых коров. А то что не удалось увезти - сожгли вместе с деревней. Самому Городищу и правильным Грязновым повезло, на них никаких сведений о взаимодействии с татями не нашлось. Зимняя кампания закончилась, ибо следовало готовить поля к весне, да и дел других хватало. Поэтому, вернувшись домой, Михайла отозвал летучий отряд с Волоколамского тракта. Пусть другие бояре резвятся, тем более, что у некоторых это хорошо стало получаться. Специально созданная дружина князя Ромодановского, наводила ужас на многочисленных татей, оседлавших Коломенское направление. Значки с изображением чёрного дракона на золотом фоне стали кошмаром для разбойников. Потомственный Рюрикович не жалел средств на броню и вооружения, переняв и освоив подход Вяземского. Ну, а исконная консервативность, повлияла на создание двух десятков лучников в помощь собственным мушкетёрам. В Беспутке постоянно находились представители Фёдора Юрьевича, чтобы оперативно обмениваться информацией о татях и их покровителях.
  
   В последние дни февраля, в гости к Михайле неожиданно прибыл Василий Голицын, причём с целью лично побеседовать. Даже Иоанна упросили не присутствовать в переговорах. Михаил Вяземский, неожиданно подружившийся с царевичем, мог оказаться полезной картой в раскладывании пасьянсов власти. Слишком молод, чтобы влезть в Большую Игру, к тому же отрезан от рода и, тем не менее, немалый козырь в умелых руках. Всё-таки парень стал авторитетом для юного претендента на грядущее регентство.
   Растущий животик царицы Агафьи, исследованный и бабками-знахарками, и европейскими лекарями указывал на рождение мальчика, а значит и законного наследника. Сам царь был слишком слаб здоровьем и жить ему оставалось не более трёх-четырёх лет, по тайным откровениям лекаря фон Гадена. Так что, всё предвещало столь сладкий плод, как курирование верховной власти совсем малолетнего будущего государя. Да ещё и в течении долгих лет! Ивану Алексеевичу оставалось те же четыре года до совершеннолетия и следовало засунуть его куда подальше и как можно подольше. С учётом того, что сам Михайла собирался переехать на север в ближайшие год-два, нужно было мягко поддержать сию идею. Намекнув, что увезя в дальние дали царевича, он сделает великое благо для Кремля и для Расеи. Значит и пообещать можно, что угодно и даже реализовать обещания. Тем более, что кое-кто из окружения Нарышкиных доносил о том, что и этот клан был бы рад такому исходу. Замухрышистый татарский род, неожиданно оказался слишком близко к трону и составлял конкуренцию, благодаря наличию царевича мужского пола.
   В излишне мутной воде шныряло слишком много карасей и щук! Подсократив их численность - легче планировать и контролировать события.
   - Скажи, княже, чем поспособствовать тебе в архангельских делах и всяких других? - вопрошал Голицын, - и я, и Иван Михайлович можем помочь, коли что потребно.
   - Да ничего особого не нужно, окромя специального единого налога лично для меня. Не хочу зависеть от всяческих изменений и введений новых налогов и пошлин. Да и слишком путанные исчисления трудно без ошибок делать, - грустно делился Вяземский, как будто других забот не было.
   - Я лично обращусь к царю и Милославского попрошу за тебя, не волнуйся, - пообещал Василий Васильевич, - но ежели, что ещё нужно, обязательно обращайся.
   - Эх, Василий Васильич, кабы ты помог отпустить Ивана Алексеевича со мной в Архангельск, - поделился сокровенным Михайла, - ну не лежит у него душа ко двору. Видишь, здесь у меня прячется от суеты, простым хозяйствованием интересуется. Да и не любит его там, честно говоря, никто, кроме государя. Сошлись мы душой - я и сам в Кремль не рвусь, хочу жизнь по-своему прожить, без участия в дворцовых хитростях. Ты уж извини за откровения сии.
   Откровения, однозначно, пришлись Голицыну бальзамом для души. Одно дело, намекать кругалями да экивоками, совсем другое - услышать желаемое. Осталось лишь выяснить, что всё-таки может понадобиться ещё, что бы Вяземский потом не прибегал каждый раз за помощью.
   - Тут важно другое, князь, - продолжил... Игорь Мальцев, - если царевича отпустят со мной, то понадобится ему своя дружина, да поболе, чем три десятка кремлёвских стрельцов. Всё-таки в дальних далях неспокойно бывает. Кабы полк присмотреть и под личную руку царевича передать, то и я могу помочь в подготовке стрельцов и дополнительном вооружении.
   - Пожалуй я подумаю и посоветуюсь, уж очень необычное дело. Всё же полки нужны для войны или наведения порядка на Москве.
   - Сильного готового полка не надо, сойдёт и один из резервных, тот же Четвёртый. Там всего три сотни стрельцов, хотя посад рассчитан на тыщу. А от казны нужно будет лишь то жалованье, что обычно. Опять же оружие можно постепенно менять, я в том помогу Иоанну Алексеевичу.
   Голицын задумался - просьба была слишком необычной, но в дальних странствиях разумной. Царевич мог забрать с собой сотню и покрывать потери за счёт полка, если понадобится. Тогда не нужно задействовать каждый раз кремлёвских стрельцов из Стремянного Полка, одного из лучших и по-современному вооружённых. Ну и смешно опасаться, что если Иоанн решит бороться за престол, то один неполный полк может что-то сделать против двух с половиной десятков московских. А казённое содержание без разницы каким путём пойдёт: через Стрелецкий Приказ или через нового владельца.
   - Кстати, если Иоанну будут отписаны дачи на севере, я помогу их обустроить по-хозяйски и начать производство товаров. Даже поделюсь кое-какими хитростями, да ремёслами. Пусть с португальских купцов прибыток имеет, ему деньги лишними не будут! Только нужно всё расписать, чтобы царевич не переживал, что за чужой счёт живёт, а ощутил себя хозяином.
   Василий на всякий случай делал записи, чтобы потом обдумать и грамотно представить инфу и Милославскому, и самому царю-батюшке.
   - Когда же это понадобится, Михайла Алексеич?
   - Лучше будет, если пораньше, чтобы всё подготовить да наметить заранее. Всё-таки думаю я уже следующим летом податься в северные земли. Хочется укорот иноземным купцам сделать, говорят они Архангельском, как своей вотчиной распоряжаются. А казна из-за этого страдает!
   Ну что же - лишний борец за права казны не помешает. Тем более, уж кто-кто, но Вяземский вообще своих иноземных купцов имеет. И не просто обычных торговцев, а очень даже представителей Португальской и Испанской корон! Глядишь и действительно даст по рукам и зажравшимся сусалам заморским проходимцам. Совсем цены сбили на русские товары, а свои втридирога продают. Дальнейшие беседы с тем же царевичем стали лишь повторением договоренностей с Михайлой, но уже более утвердительным тоном. Василий Васильевич повторил свои обещания помочь Иоанну уехать к Белому морю, договориться о землях и средствах для него и прояснить вопрос с личной гвардией. Борис Голицын только удивлялся, слушая двоюродного брата и не зная, какой путь теперь выбрать самому. То ли оставаться в Москве, то ли рвануть с молодыми за неведомыми приключениями себе на голову. И пониже! Во втором случае следовало и самому приготовиться, как следует.
   Наконец-то переговоры закончились и один из величайших умов России умчался обратно в Кремль.
  
   Думы, даже на обратном пути, одолевали царедворца. Тяга к заветной власти поддерживалась расчётами и правильными действиями. Казалось бы, что за мелочь - красота, данная от природы. Но царевна Софья тянулась к Голицыну и совсем не задумывалась о возможном муже. Возраст у неё, конечно, критический, двадцать три года, однако для семей монархов допустимый. На этом уровне, целью брака являлись земли, положение, деньги, влияние, а не чувства. Вот князь и пользовался случаем, потихоньку перетягивая царскую дочь к себе. Теперь же появлялась возможность, сплавив Ивана, остаться для него благодетелем и, в критическом случае, воспользоваться этим. В конце концов, в случае резкого изменения ситуации, можно было и вернуть царевича: живым, здоровым, благодарным! Главным оставалось не допустить Нарышкиных к трону и сместить акценты с Милославского на себя, несравненного.


  • 0

#25 surali

surali

    Новичок

  • Пользователи
  • ФишкаФишка
  • 57 сообщений
  • Пол:Женщина
  • Город:ижевск
  • Раса в игре:Люди

Опубликовано 03 Октябрь 2013 - 17:48

А дальше   ???


  • 0

#26 MARHUZ

MARHUZ

    Писатель

  • Пользователи
  • ФишкаФишкаФишкаФишка
  • 641 сообщений
  • Пол:Мужчина
  • Город:Los Angeles
  • Раса в игре:Люди

Опубликовано 03 Октябрь 2013 - 19:43

Глава шестая
  
   Приостановив боевые действия, беспуткины занялись полевыми работами. Новые плуги просились в бой, требуя простора для раззудения плеч, поэтому межи тупо распахали. Совхозный подход, где хозяин один, а все остальные - рабочие, восторжествовал. Даже арендаторам-крепостным пришлось пожертвовать индивидуализмом в угоду планового хозяйства. И какие бы рожи они не кривили, но быть проданными за инакомыслие ни разу не хотели. В семнадцатом веке, дураков, идущих за идею в беспросветную кабалу и тяжелейшие условия, маловато наблюдалось. Так что теперь поля превратились из лоскутков в огромадные одеяла.
   Яков Иванович Гонсалвеш, поднаторевший за зиму в русском языке (даже в бранном подварианте), возглавил поднятие земель и доведения их до европейского уровня. Надыбанный в прошлом году болотный ил запахивался в почву, вместе с навозом и костной мукой. Участки выровняли, избавили по возможности от камней и тщательно проборонили. Деревенские бабы готовили огороды, благо были вооружены цельнометаллическими лопатами, тяпками и прочими палками-копалками. В специальной избе выращивалась рассада, а саму избу утеплили по новой методике. У литейщиков Москвы попросту выпросили и выменяли весь шлак и отвезли в Беспутку. Стены спецпомещений разного назначения ставили двухслойными, из досок, а пустоты этим шлаком и засыпали.
   Сам растениевод пробовал все варианты привить на Руси заморскую зелень. Эх, если бы опальный агроном мог и климат утеплить до португальского. К сожалению, рычаг для поворота земной оси в интересах России ещё не выковали!
   Зато, наконец-то, прибыли первые арбалеты с принципиально новым затвором. Все семеро Мишкиных ветеранов, занимавшихся у него ещё год назад на подворье князей Вяземских, уже раскачали силушку по яджуджским методикам и могли рывком взводить тетиву. Сам рычаг, как и у калаша, был справа и возвращался обратно, после того, как тетива фиксировалась. Правда той силушки хватало только на малый натяг, хотя и он обеспечивал мощный выстрел. А с учётом прочного и острого наконечника, болт пробивал дюймовую доску на расстоянии пятидесяти ярдов! Всё-таки, масса болта, помноженная на квадрат скорости, намного превосходила ударную силу мушкетной пули. Даже, делённая пополам! Ну, а семёрка ветеранов, благодаря тренировкам, наблатыкалась делать по 4-5 выстрелов в минуту. Неплохо для времён, когда сам мушкет требовал почти минуту времени на выстрел, а мушкетёр нуждался в сабле или палаше. Так что бронированный арбалетчик, по-любому, имел преимущество над голым любителем пороховых газов. И был бесшумнее, экологически чище и вообще истинно милым добрым человеком с мягкой улыбкой победителя!
   Боевая арифметика простенькая на вид: десять вяземских арбалетчиков эквивалентны сорока мушкетёрам. Только им всё прекрасно видно после каждого выстрела, а огнебойщики моментально теряют цели, да и самих себя, из-за дыма. Курочка преимущество по зёрнышку клюёт, а весь двор в дерьме!
   Одна проблема: каждый "тигрёнок" становится очень дорог командиру, причём в прямом смысле. Арбалеты, как и наконечники, требовали ручной работы и дорого стоили. Да и производил их Андрей Лукич понемногу - толковых оружейных подмастерий не хватало. Михайла предложил оружейнику посетить Тулу - там мастеров, прикованных к месту работы за долги, пруд пруди. Даже предложил бочку серебра на их выкуп. В Москве тоже кабальные "золотые руки" имелись, но в меньшем количестве и по более дорогим ценам. Да и самому Вяземскому требовался полный кузнечно-оружейный набор самоделкиных для домашнего пользования. В помощь и охрану Андрею Лукичу выделили личный взвод Дмитрия, вместе с самим командиром. Тот всё больше хотел курировать производство спецвооружений из дерева и металла и уже набрал достаточно информации о положении текущих дел на Москве с эксклюзивом. И убедился, что внедрение нового сталкивается с разумной косностью. Кому захочется обзаводится дополнительной дорогостоящей производственной линией, когда оптовых закупок от клиентов не дождёшься? Любая индустрия, даже карманная, сильна своим консерватизмом - ну нет идиотов тратиться на освоение нового, когда прекрасно покупается старое!
  
   Иоанн исписал уже более сотни листов, безбожно переводя бумагу, но был счастлив. Хозяйствование оказалось интереснейшим делом, когда на ровном месте возникают постройки, создаются ремёсла, выращиваются специалисты. Ему уже не терпелось самому заняться подобным, но, с другой стороны, хотелось большему научиться. Вопросы зарождались каждый день и тут же вываливались на княжью бестолковку (толковый человек не заводит друга, являющегося ходячим сборищем вопросов).
   - Миша, мне твой совет нужен, пособи.
   - Спрашивай Иван-царевич, серый волк на дежурстве!
   - Хихик! Тут такое дело у моего "дядьки" Игната. Он был в плену на Кавказе когда-то, целых три года маялся. В общем, приглядел он, как там мясо сушат, да просится такое у нас делать. Говорит, что в походах пригодится, потому как его разваривать можно на постое. Как быть с ним, посоветуй, может дело здравое?
   - Очень даже здравое, Иван Алексеич, здравее не бывает. Я тоже о таком мясе слышал, да не знаю, как его готовить. Коли ты начнёшь производство силами Игната - будет хороший товар. По крайней мере, даже я буду закупать на долгое хранение. Главное, научиться делать его, чтобы хороший навар давало, когда варишь. Да и на переходе, всухомятку можно жевать, коли времени на остановку нет.
   В принципе, сушёное мясо делали все народы, кому не лень, но качество получалось разное. Иной раз и ремни вкусней и питательней бывают. Но молодого предпринимателя следовало поддержать морально, чтобы до него дошло - что такое технологический процесс! Мишка насоветовал Иоанну поднанять для Игната каких-нибудь татар или башкир, пусть разрабатывают основу армейского сухпая. А заодно можно было попробовать улучшить и стандартную солонину, пока время на эксперименты есть. Эх, если бы ещё бульонный порошок научиться изготавливать!
   Довольный царевич умчался к Игнату: наставлять и озадачивать, а сам Михайла продолжал мудрить над идеей паровой машины. Но не той сложной и непонятной, а простеньким вариантом. Котёл побольше, на дровах и торфе, трубу по которой пар усвистит, чтобы лопатки турбинки крутить, да вал вращать. Дурное - дело нехитрое, но уж очень хотелось, заодно, эксцентрик применить - единственную механическую фигню, знакомую по прошлой жизни. И надо бы хороший токарный станок заказать, чтобы наладить производство шурупов и винтов с болтами. Козе понятно, что будет дорого, но для себя не жаль тратить время и деньги. Крепёж - уже цивилизация, пусть даже и мелкотравчатая. Но, ни в коем случае не на продажу, а чисто для внутреннего пользования. Свяжешься с поточным массовым производством - погрязнешь в объёмах и складировании с транспортировкой. А если винты не будут получаться из-за возможной неточности совпадения с кустарными гайками, то шурупы по-любому можно освоить. Самонарез - и в Африке самонарез!
  
   Нехватка знаний мучала Михайлу - обидно не иметь возможности внедрить множество полезностей из-за собственной необразованности во многих сферах. Другие, прямо на пеньке, что хочешь создадут! Хоть нержавейку, хоть патроны, а то и пенициллин. Конечно, Вебера и обеих травниц уже озадачили такой глупостью, как ковыряние в плесени. Только результат никак не результировался, потому что непонятно было, что с ней делать: вываривать, высушивать или на хлеб намазывать. Хорошо, что Дарья поддержала князя, рассказав, что в древности плесенью лечили лихорадки и гнойные прыщи. Но как это делалось оставалось непонятным, да и других забот хватало.
   Сам князь был озабочен постройкой каменной церквушки, чтобы людям обеспечить приём духовной пищи по-человечески, а не как обычно. Слава богу, что удалось надыбать целое семейство некоего Вазгена. Он сам и его пятеро взрослых сыновей согласились переехать в Беспутино - уж слишком стимул был хорош. Своя строительная хвирма! А задача плёвая: самим строить и толковых вяземцев обучать. Тем более, скоро уже начнёт действовать кирпичный заводик и, обкладывая внешнюю стену военной базы, можно было освоить новое ремесло. Ларион договорился на Москве с какой-то артелью, подрядившейся молоть и пережигать известняк, а полученный эрзац-цемент поставлять на глухоманные стройки века. Деньги, оказывается, кого хошь настроят на благожелательный лад и уговорят сотрудничать!
   Дьяк от Воскресенска съездил в Москву, где доложился в Патриархии по всем вяземским наблюдениям, порадовав владык размерами помощи, оказываемой церкви. Он же довёл предложение Михайлы на выплату десятины на десять лет вперёд, согласованным платежом, причём в золоте. Выбор прост: или ежегодно разбираться в доходах князя и ждать очередной оплаты, или получить сразу три бочонка с золотыми монетами. Вроде бы по частям могла большая сумма набежать, но на деле не было гарантии, что Вяземскому будет постоянно везти с продажами. А вдруг где-то что-то не так пойдёт. Или сам налогоплательщик в опалу попадёт и всего лишится. В конце концов, где-нибудь в бою погибнет! А три бочки жёлтых кругляшей - это почти сто тысяч ефимков в пересчёте. Чего же бога гневить и в грех стяжательства впадать? Так что "одобрямс" был вынесен и передан по назначению. А для большей надёжности, оплату решили забрать прямо на месте, заодно дополнительно освятив всё, что под руку попадётся. Ничто не обходится так дёшево и не ценится столь дорого...


  • 0

#27 MARHUZ

MARHUZ

    Писатель

  • Пользователи
  • ФишкаФишкаФишкаФишка
  • 641 сообщений
  • Пол:Мужчина
  • Город:Los Angeles
  • Раса в игре:Люди

Опубликовано 03 Октябрь 2013 - 19:52

   Василий Голицын, вернувшись, сразу приступил к обихаживанию лиц влиятельных и весомых. Первой жертвой явился сам Иван Милославский, чтобы на пузатых мелочей не размениваться. План задвигания царевича в дальние дали с предоставлением персонального полка выглядел необычно, но не требовал особых усилий. А так как он явно был на руку даже оппонентам, татарам Нарышкиным, то можно было выгодно побипартизанить по принципу: "Ты - мне, я -тебе". Мол, уступите нам в одном, а мы сплавим "излишка" куда-нибудь в Тьмутаракань и пусть там тараканит от всей души. В конце концов, сиё предложение довели и до государя. Царь Фёдор Алексеевич, конечно, любил младшего брата, но приближение наследника требовало внимания, которое предстояло отнять у Иоанна. Начинающийся атеросклероз мешал глубоко вникать и хотя Фёдор Третий такого термина не знал (как и само слово "термин"), тем не менее от болезней мучался. Да и доверять братцу Ивану своего первенца, в случае собственной смерти, не собирался.
   Так что, все дебаты свелись лишь к размерам выплат на содержание полка, самого царевича и привлечение достойных стольников Его Царскому Высочеству. Четырнадцатилетнего парня тупо скидывали на плечи Вяземского, делая вид оказания суперблагодеяния. Хорошо хоть смертный приговор не прописали, или постриг в монахи, в виде профилактического средства!
   Четвёртый Резервный, вместе со своим посадом, был выделен в качестве личной гвардии, чем создали прецедент, о котором никто пока не задумался. Все были увлечены другой интригой - наследником и сопутствующими ему коловращениями. Голицын отправил курьера на деревню к Мишке, вызывая его и Ивана заняться оформлением бумаг и самим полком.
  
   - Михайла, как же я здесь порядок наведу, да стрельцам жизнь обустрою? - удивился Иоанн, увидев посад, - Тут всё вкривь да вкось, места ровного не сыщещь.
   - Эх, Иван-царевич, в том то и радость созидания заключается. Из хорошего, да добротного сделать получше всегда легко. Но неинтересно! Попробуй такое стращилище превратить в нормальное жилое место и людям новую жизнь дать, - улыбнулся Вяземский, - тогда сам себе горд будешь и уважать себя поболе станешь!
   Действительно, посад выглядел, как назло, грязным и запутанным, по сравнению с Мишкиным посёлком, хотя мало отличался от остальной Москвы. Две кривые улицы пересекались столь же загогулистыми переулками, болотце соседствовало с лужком и каменной пустошью. Четыре зацветших ручья рассекали слободу, впадая в Москва-реку, на которой виднелась полусгнившая деревянная пристань. Скученные дома, лавки, мастерские, склады ни разу не радовали глаз, но, тем не менее, люди как-то жили здесь. Стрельцы резерва, итить-колотить!
   Общее построение сразу выявило гору недостатков, начиная с чистых, но латанных кафтанов и неприглядных сапог и шапок. Воины третьего сорта и обеспечивались третьесортно, а в Приказе и эти крохи разворовывались наполовину. Оружие, как будто специально, было изготовлено при царе Горохе и просилось к боярыне Едрёне на пенсию. Найдись крикун-бунтарь и эти, доведённые до отчаяния бойцы, тут же поддержали бы любой бунт. Хоть за правду, хоть за кривду, хоть за Белый Дом, хоть против него! Единственными местными процветающими заведениями оставались два кабака во владении откупщиков. Всё-таки, до сорока процентов налогов составляли как раз-таки питейные откупы и сиё дело следовало блюсти праведно "дабы убытку казне не было".
   - Ты, Иван Алексеевич, имей в себе народную мудрость: "Глаза боятся - руки делают!", тогда всё получится, - советовал один юнец другому, - Составишь план действий и по нему будешь приводить своё хозяйство в порядок. Главное, не спеши делать всё сразу, а двигайся шаг за шагом. Моя Беспутка тоже была убитой напрочь, но теперь из гадкого утёнка получилось Беспутино, где мы с тобой живём. Поди плохо выглядит?
   - Ох, Мишаня, ты прав. Коли сделаю порядок в малом, тогда и сам научусь управлять и себе помощников подготовлю на будущее.
  
   Громадьё планов по перестройке посада и полка увлекло обоих прогрессоров. Денег из казны, ясен пень, ни на что не хватало, поэтому Вяземский выделил в дар бочонок золота, весом в три тысячи дублонов и добавил двоих, самолично подготовленных, инструкторов. Одного по физподготовке, другого по владению боевым шестом. С чего-то надо же начинать?
   Для изменения рельефа наняли более сотни безработных и перевели в Москву четырёх прорабов, прошедших Беспутинские университеты. На зачистку и выпрямление, хотя бы одного ручья, привлекли вольных, желавших подзаработать и часть жителей посада, не входящих в стрелецкие списки. Другая часть, возглавляемая Ховиком (одним из сыновей Вазгена), начала строительство полноприводной казармы на пустоши. Вроде, обыденное дело, но и камень под ногами в наличии и, со временем, военная база получится. Со стенами, конюшнями, столовыми и прочими стрельбищами.
   Из трёх сотен стрельцов резерва вычленили сотню, которую тут же отправили в лесной лагерь на подготовку и вторичный отбор. Ещё несколько десятков остались для местных тренировок и обучения, ожидая своей очереди пожить в захолустье. Всех остальных вывели из разрядных списков и разделили на две части. Одни, проявившие себя толковыми ремесленниками, купцами и прочими полезняками, остались в посаде. Другим помогли переселиться, а чтобы не гундели - достойно доплатили им за неудобства. Для отбора кандидатов на службу был организован лагерь-времянка, где добровольцы, претендующие на будущие гвардейские льготы, сполна отведывали солдатского "карантина".
   Для пошива новой формы, Иоанн Алексеевич нанял толковых исполнителей, имевших свои поставки материи и других комплектующих. Он выбрал бежевый цвет для парадных кафтанов венгерского кроя и тёмнокоричневую полевую форму со светло-коричневыми разводами камуфляжа. Комплекты летней формы исполнялись по образцам, созданным под руководством Михайлы для "тигрят". Короткополая рубаха из плотной материи, штаны и куртка. Сапоги заказывались сразу со вшитыми в них пластинами и наколенниками. Для тренировок с отягощениями, из Кремля вывезли все устаревшие кольчуги и проржавевшие панцири. А вот порох пришлось заказывать, так как стрелковая подготовка намечалась по полной форме.
  
   Царевич, полностью влившийся всей душой в процесс, обзавёлся личным секретарём-сверстником. Воскресенский дьячок Филя, обладал каллиграфическим почерком, парой переносных чернильниц, набором перьев и необыкновенной жаждой к изучению всего нового. Его рясу слегка укоротили для пущей мобильности и нацепили на рукав повязку с надписью "Писец царевича Иоанна", которой паренёк гордился, а окружающие побаивались. В будущем, если владыки дадут добро, на рукав собирались пришпандорить соответствующий шеврон. Иван выбрал для себя картинку с восходящим солнцем на фоне голубого неба. Добавка "царевич Иоанн" сопровождала должностные шевроны, будучи кратким вариантом от "Его Царское Высочество..." и прочей титулярной шелухи.
   Жители посада, почувствовав, что в их жизни начинаются некие перемены, поочерёдно и группами завалили местного батюшку вопросами, класса "а к добру ли это?". Ответ священника, обрадованного высокопоставленным решением строительства кирпичной церкви, взамен убогого деревянного молельного дома, был однозначен: "Благодать обрящем при жизни нашей!" Правда, обрящивание касалось лишь тех, кто согласился не пить хмельное и в этом целовал распятие. Им оказывалась немедленная помощь продуктами питания, тканями и прочими гривенниками. Ну, а упорствующие в своей страсти к пьянкам, получили заветное право загнивать на корню. Тем более, что оба кабака переехали за пределы посада, а на их место прибыли кабаки татарские, с вкусной едой и кумысом. Русские варианты столовых тоже приветствовались, но крепче пива там ничего не подавали. Кремлёвское лобби, в лице Василия Голицина, утрясло отказ от спиртного персонально для Четвёртого Резервного. Который получил новое название "Полк царевича Иоанна", со сменой знамени и подчинения, будучи выведен из Стрелецкого Приказа.
   Любому правителю удобно, когда появляются подразделения, финансируемые практически за счёт частных лиц. Лишь бы бунты не поднимали, пользуясь слабостью гос.войск. Фёдор Алексеевич, да и все остальные "припадошные", прекрасно умели считать: двадцать пять московских стрелецких полков против одного - абсолютное преимущество. Только полноприводный идиот способен при такой диспропорции на вооружённое восстание. Так что, корми Ванюша, своих игрушечных солдатиков, играйся и плати за удовольствие. Сам! Четыреста ежемесячных ефимков на жалованье и иные расходы казну не разорят, а формальности будут соблюдены.
  
   Лев Нарышкин, воспользовавшись оказией с посещением Москвы, отпросился навестить государыню и племянника. Наталья Кирилловна, довольная что самой вызывать братца не пришлось, сразу поделилась:
   - Тяжёлые времена наступают, Лёва, царь иногда память теряет. Так недолго до того, что он обещания, данные нам, позабудет. А, не дай бог, умрёт - так Милославские совсем власть заберут и на нас ополчатся.
   - Как же быть теперь, что посоветуешь сестра? - растерялся князь.
   - Ох, надо бы тебе где-нибудь переждать далече, да под защитой, - продолжила вдовствующая царица, - сейчас ближнее окружение для Ивана Алексеевича собирают. Думаю тебя в ближники ввести к нему, чтобы опасности стороной обошли. Молод ты ещё, многого не ведаешь, многого не умеешь. А при нём, да ещё в землях архангельских, никто тебя не тронет.
   Особые условия, предоставляемые Иоанну, действительно оберегали людей, официально близких к нему. Так что, отсидеться под крылом царевича вдали от кремлёвских интриг, было весьма разумным решением. Да и сам Лев уже как-то привык к узкому кругу единомышленников в сфере прогрессивного хозяйствования. По крайней мере, с ними нашёлся общий язык - язык новаторства, а не придворной косности и вражды.
   Соответствующий приказ был издан немедля и Лев Кириллович, князь Нарышкин, стал официальным ближником Иоанна Алексеевича Романова. Поэтому его тут же припахали в дела посадские, что впрочем и самому молодому прогрессору явилось на руку. К Мишкиным спецам он моментально прикрепил для обучения своих толковых и грамотных людей...


  • 0

#28 MARHUZ

MARHUZ

    Писатель

  • Пользователи
  • ФишкаФишкаФишкаФишка
  • 641 сообщений
  • Пол:Мужчина
  • Город:Los Angeles
  • Раса в игре:Люди

Опубликовано 03 Октябрь 2013 - 20:00

   В конце марта, Михайлу вызвали в Кремль пред светлы Голицына очи. Светлы очи радостно сверкали, обещая все благости мира.
   - Сделал я, князь, то, что ты просил, - затарахтел гордый Василий Васильевич, - царь-батюшка согласился выдать тебе привилею на единый налог!
   Документ, подтверждающий льготу, был подписан и скреплён печатью. Оказывается сработало: принеси пользу другим за бесплатно - они ответят благодарностью, даже если она ничего им не стоит. В конце концов, он же не откоряку вообще от налогов выпрашивал.
   - Благодарствую за столь нужное разрешение, - ответил довольный юноша, - колись, чем отдариваться придётся?
   Вольный стиль со знакомым, но непонятно к чему упомянутым словом, не смутил опытного царедворца, а даже подзадорил его.
   - Понимашь, какое дело, у нас с крымчаками мир подписан и сейчас Возницыну надобно ещё и с османами согласовать его. Вот дьяк и запросил, для мзды одному важному паше, твоего жидкого и твёрдого мыла. Подсоби, как бы дорого тебе ни стало, а мы уж отблагодарим по-своему.
   - Мир - дело важное, подсоблю обязательно. Найдётся семь бочек шампу и десяток коробов твёрдого, сегодня же отправлю гонца в Беспутино.
   - Тогда скажи, чем ещё тебе помочь, коли от земель и людишек отказываешься? - хитрый Голицын был рад помогать за чужой счёт, пользуясь лишь связями и близостью к сильным мира сего.
   - Хотелось бы получить разрешение на присвоение воинских званий моим дружинникам, они это заслужили своей доблестью в боях с татями. Жалованье сам буду платить, лишь бы не роптал кто из царедворцев.
   Подразделение без званий хуже управляется из-за отсутствия формальной пирамиды власти, да и дополнительные стимулы нужны, когда людей на смерть посылаешь. Если уж в курятнике, каждая курица имеет свой шесток, соответствующий положению в обществе, то что о хомо сапиенсах говорить?
   - Поговорю, Михайла Алексеич, а ты уж поспеши с мылом, пока турки интерес к нему имеют...
  
   До Туретчины действительно докатилась лёгкая волна моды на русские моющие средства. Правда, как всегда, через... в общем "через заднее крыльцо", то бишь сквозь страны Магриба, начиная с мавров. Муслимы - народ гаремный, а чем богаче правоверный, тем больше количество жён и наложниц. Олигархи Мавритании первыми сообразили, что "Фа" это не только пушистые волосы и лёгкий запах свеженарезанных яблок, но и средство поощрения своих женщин. Кто себя хорошо ведёт - моется шампунем! Да и дешевле получается на вес и обьём, чем стимулирование через благовония и драгоценности. Бедолагу Педру-регента завалили просьбами о продаже "хоть немного" по любым ценам. Мольбы приходили на самом высоком уровне, обещая всё, вплоть до спокойной торговли в Средиземном море для португальских купцов-мореманов.
   Общий обьём заказов от всяческих сверхбогатых арабов увеличивал потребность в шампуне в два раза от оговоренного с Вяземским. Педру Второй достаточно быстро осознал выгодность перепродажи моющих средств, обеспечивающую не только дополнительную прибыль, но и различные мелкие уступки в отношениях с Северной Африкой и Османской Империей. Поэтому прибывшего душ Сантуша сразу вызвали во дворец и затребовали расширение годового заказа. Под оплату следующей мыльной партии, даже начали изготовление "мальцев" обоих типов, раз уж такой странный поставщик завёлся в русских лесах. Командира героических мушкетёров повысили в звании, добавив ещё три десятка и, увеличив жалованье, отдали в полное распоряжение купца.
   Абрантуш также удостоился уединенции - уж слишком трепетным оказался дефицит дёгтя. Герцог-бастард испросил специалистов для проведения испытаний новорусской смазки, которую тут же обозвали "срача" (в честь волшебного вечного масла для смазывания, из старинной сказки). На всякий случай, Хуан Рикардо решил обезопаситься и озадачил придворных словесников дополнительными обзывательствами коричневатого месива, чтобы не нарваться на русские разговорные заковыки. К "сраче" сразу добавились "grasa", "untadura", "alquitran" и "betun". Показательные выступления повторили несколько раз, но результат не менялся - Мишкина "унтадура" оставалась в два раза более унтадуристой! Привезённые бочки распределили между личной каретой регента, ближайшей мельницей и флагманом-галеоном, чтобы окончательно убедиться в целесообразности завышенной цены. Хорошо руководить богатейшим государством - можно покупать всё особо ценное, не слишком заморачиваясь с расходами. Да и желание, хоть в чём-то переплюнуть братских испанцев, рвалось наружу!
   Душ Сантуш отвёз испанскую долю вкуснопахнущих средств личной гигиены в Мадрид, забрал положенную сумму золотых и серебряных кругляшей, включая предоплату следующей партии и вернулся в Лиссабон. Оружейник Альвареш старательно клепал мушкеты, пистоли и отливал пули своего калибра для них. Самшитовый подрядчик уже вырезал древки для новой партии пик и мудрил по картинкам над арбалетными ложами. Последняя операция никак не ладилась - размеров и пояснений на рисунках явно не хватало для качественного исполнения. После ряда раздумий решено было отправить в Русию мастера с заготовками и инструментом, чтобы освоить производство на месте. Как Михайла ни старался, но сотрудничество по переписке не всегда получалось...
  
   Зато прекрасно получалась посевная. Счастливые бурёнки махали мордами довольным гнедкам (в сторону пашни), показывая, что зимнее усиленное питание не мираж, а очередное светлое будущее. И озадаченно смотрели на португальского португальца, перепахавшего один лужок и командовавшего деревенскими бабами, чего-то закапывающими в землю.
   - Эта херба зовётся "алфалфа" и вырастает до пояса, а косить её можно даже три раза в год.
   - Ну что ж, Яков Иванович, нехай будет алфалфа, тебе виднее.
   Жертва Святой Инквизиции, благодаря специальности, оказался уважаем пахарями и стал любимцем женского контингента села. Они слушались мудрого "огородника", вечно к нему приставали и даже грамоту изучили вроде лишь, чтобы его советы записывать. Мало того, выделили Гонсалвешу одну вдовушку для обихаживания и плотских утех. Впрочем кобелём он оказался классным и счастливая вдова им постоянно хвалилась. У колодца, во время беспутинских политинформаций, именуемых местными христьянами, по-московски - курантами! Крепостные люди Мышецкого, Нарышкина, Иоанна, обоих Голицыных и неожиданно примкнувшего Ромодановского старательно перенимали опыт и делали... записи. Михайла принимал только грамотных, да чтобы запас бумаги и чернильницы были при себе.
   - А какой смысл запоминать, всё равно половину забудут и начнут переспрашивать, - обьяснял он князьям.
   К строгости и упёртости Вяземского, по отдельным нюансам, уже привыкли, списывали на тяжёлое детство княжича-сиротинушки и просто исполняли, не споря. Знатоки по новым культурам на дорогах не валялись и приходилось ими обзаводиться, чтобы обеспечить своё голодающее население "вторым хлебом" и "скотской отрадой". Подозрительно огромная кукуруза дала столько силоса, что никакое сено рядом не стояло! Да и группа воскресенцев усердно благословила пашни, воззвав к богу о щедром урожае и правильной погоде. К кому, как не к заблаговременному плательщику десятины, должна была ниспослаться божья милость? Искренняя вера ещё никому не мешала в работе.
   Ледоход на Весновке, вернул к жизни лесопилку и обеспечил водой кирпичный завод, а освобождение болота из ледового плена позволило продолжить дренажные работы. Мужики-ирригаторы, отъевшиеся за зиму на лесной базе, окрепшие, благодаря усиленному регулярному качу, и дополнительно подзаработавшие на этом - рвались к стахановскому труду и прогрессивной оплате. Даже пасечники, получившие ульи, уже переселяли своих подопечных из колод. Агропромышленный комплекс "Беспутино" выходил из зимней спячки!
  
   Абель Монтойя, капитан королевских кирасир, собирал вместе со своим полуэскадроном заслуженную славу за Северный Поход. Носатые усачи с обветренными лицами, гордо взирали на изнеженных придворных и сладострастно поглядывали на красоток, постоянно вьющихся возле "покорителей медвежьей страны". Испанский король лично распорядился усилить "мыльный эскорт", увеличив до эскадрона, а сам капитан взялся за усиленные тренировки бренных тел своих подчинённых. Вся-таки система Вяземского давала результат, от которого грешно было отказываться. Даже военный министр согласился с доводами об усилении и перевооружении и выделил средства на самшитовые пики и двуствольные пистоли на всю сотню. Королевскому оружейнику поручили разработать аркебузу ближнего боя, которую можно заряжать крупным дробом. Честь Мадридского Двора следовало поддерживать, невзирая на расходы!
   Монтойя, неожиданно для себя, узнал, что его набор лакированных зубных щёток вызывает зависть, а расписные чесалки для спины - вожделение обладать такими же русскими сувенирами. Любые подобия, которые начали делать местные столяры, уступали и по качеству изгиба и зубцов и по внешнему виду. Всё-таки Игнат применял технологии, применяемые при изготовлении высококачественных луков, да и рецептура краски и лака выверялась веками. Пришлось капитану наобещать с три короба "поставок от Игнасио" и отправить письмо-заказ медвежьему краснодеревщику. Правда цены для мадридцев он загнул неимоверные, но мода требовала и завистники-заказчики соглашались, не торгуясь.
   Русское мыло, почему-то становилось культовым атрибутом высокопоставленных богатых семейств. То ли зависть, то ли действительно потребность, но короля умоляли выделить хотя бы толику пенообразующих средств и заказать побольше (вместе с таблетками от жадности). Получалось, что если завтра в моду войдут кизяки, то ценнейшими окажутся "произведения исскуств" из каких-нибудь киргиз-кайсацких земель! Фактический правитель Испании, герцог Мединасели, отправил Педру Второму письмо с просьбой удвоить поставки, дабы удовлетворить просьбы грандов и иных влиятельных лиц. Великая Хунта, прижавшая в этот период Инквизицию, трясла перед носом последней буллой Папы Римского "О чистоте духовной и телесной", чтобы препон к изрядному мытью не возникало. Козе-понятное дело, что на простолюдинов и даже на средний класс, мода не распространялась. Да и дорого было пользование московитским мылом, проще всё щёлоком отхреначивать.
   В самой Португалии, мода на Русию и её товары, также обуяла породистые семейства. Когда колониальных богатств завались - возникает проблема их траты. Чем необычнее покупки - тем понтярнее! Восклицание: "А что ещё с капустой делать, когда её навалом!" выдумали не люди в клубных пиджаках и золотых цепях. Они лишь последовали историческому опыту нуворишей всех стран и эпох. Не потратишь сегодня - отберут завтра! Или наследники прогуляют. Так что душ Сантуша нацелили на тройное повышение заказа, требуя обещать Вяземскому всё, что он затребует. Естественно, в разумных пределах, даже не задумываясь, что мечта о богатстве на Руси может быть раз в десять ниже прожиточного минимума обыденного среднебогатого португальца. Практичный купец не стал делиться своими знаниями, а просто прикинул количество дополнительных монеток в личный кошель...


  • 0

#29 MARHUZ

MARHUZ

    Писатель

  • Пользователи
  • ФишкаФишкаФишкаФишка
  • 641 сообщений
  • Пол:Мужчина
  • Город:Los Angeles
  • Раса в игре:Люди

Опубликовано 03 Октябрь 2013 - 20:07

   Кремль всё больше напоминал всё тот же Мадридский Двор - царедворцы создавали партии по интересам, не забывая подстраховываться дополнительными договоренностями с третьими сторонами. Престарелого деда, Петра Семёновича, обихаживали все кому не лень, в надежде через него подманить "отрезанного" внука. Обещаний всем желающим раздавалось столько, что их исполнение потребовало бы ещё парочку Россий. Дополнительным пиаром шли доклады о достижениях на благо престола, народа и государства. Войну с лесной братией вели почти на всех направлениях. Волоколамский тракт оставили Мышецкому и Вяземскому, Коломенский застолбил Фёдор Юрьевич, а на Смоленский вышли дружины Хованского и Милославских. Пользуясь моментом, они выбили и финансирование, и вооружение, и боеприпасы для своих дружинников за счёт казны. Доклады о победах приходили в Думу каждые два-три дня - поди проверь их истинность!
   А вот на южном фронте ситуация дошла до казусов. Несколько князей и бояр послали в леса не самых нужных холопов, вооружая порой совсем замшелых крепостных. Тати сами устраивали на карателей засады и постепенно довооружались, благодаря высокородным болванам. Хотя на словах всё выглядело пристойно и годилось для реляций. "Героические битвы", "несмотря на потери", "живота не пожалеем за ради..." сводились к одному - "денег дай!" В качестве пленных уже доставляли крестьян из различных, упрятанных в лесах, деревенек. Книжник-подвижник Лихачёв такоже не остался в стороне от движения и усиленно дул в царские уши, призывая дать возможность татям покаяться и простить их за ради бога. Гуманность за чужой счёт - немалый аргумент в собственном обожествлении, но Алексея Тимофеевича не понял даже патриарх Иоаким. Как можно прощать убивцев, за какие такие заслуги? Это гораздо позже, через три века, убийц станут считать нормальными человеками и содержать в особых условиях, обеспечивая трёхразовое питание, крышу над головой и персональную охрану, защищающую от возмущённых родственников жертв. Да ещё и оплачивать весь этот сервис из кармана добропорядочного населения!
   Вернувшийся из Холмогор, князь Владимир Дмитриевич Долгоруков, тоже вписался в придворные козни, желая пристроить получше троих сыновей. Любые варианты - лишь бы при ком-то важном или родовитом, так как кремлёвские должности им ещё не полагались по молодости. Идею подал Мышецкий, ставший удачливым выездным карателем, наилучшим в Разбойном Приказе и получивший прямой доступ к первому руководителю.
   - Владимир Дмитриевич, - обратился он к новому главе Приказа, - не обессудь, но дам тебе добрый совет. Нонече собирают ближников для царевича Иоанна, чтобы молодые были, да знатные. Если хочешь, я поспособствую и лично поговорю с Иваном Алексеичем за любого из твоих сыновей.
   - Благодарствую, Николай Степанович, знаю, что близок ты с царевичем, - растерялся Долгоруков, - но вроде собирается Иоанн Алексеевич в земли северные переезжать. Как бы не потерять сына из виду на долгое время?
   - За то не переживай! Коли будет твой отпрыск верой и правдой служить, то отпишут ему бумаги рекомендательные, когда в Москву решит вернуться. Опять же опыту наберётся самостоятельного, глядишь и готовым придворным вернётся. Сам понимаешь, времена сейчас изменчивы на Москве, всякое происходит. Сам я тоже хочу с Вяземским уехать, переждать непогоды дворцовые, коли возникнут.
   Долгоруков поблагодарил подчинённого - стоило хорошенько обдумать предложение, тем более тот же Василий Голицын уже предлагал место ближника для одного из сыновей. Да и государыня намекала, что не против, ежели рядом с её сыном будет кто из молодых Долгоруковых. А то ветвь древнего рода, которая просто Долгорукая, всяко Милославским в рот смотрит. Так что пристроить сыновей по разным царевичам виделось разумным действом, чтобы выгадать при любом раскладе. Переговорив с сыновьями, новый глава Разбойного приказа отправился к Голицыну, его пятнадцатилетний сын Юрий захотел перейти к Иоанну. Воинская косточка внутри затрепетала - хотелось поучаствовать в созидании полка нового типа, буквально с нуля. А дальше, глядишь и звание получить!
   Кремль утвердил очередного ближника, а царевич с удовольствием определил Юрия Владимировича в полк на тренировки и соучастие в формировании. Естественно, что после целования распятия и клятвы на Евангелии. Люди семнадцатого века ещё были отсталы и недалёкого ума, не понимая что присягать можно по многу раз и разным интересам. Гибкость ума отсутствовала, также, как и извивы совести и расчётливость чести!
  
   Андрей Лукич вернулся из Тулы в апреле, обвешанный долгами и работниками.
   - Ох, княже, что там деется! - с восхищением начал оправдываться оружейник, - Мастер на мастере сидит и мастером погоняет! Умелых спицилистов хоть пруд пруди, хотя многие в кабале беспросветной. На мучной болтушке живут, некоторые цепами прикованы, а честь мастеровую блюдут!
   - Много ли откупил, дружище? На мою долю хватило?
   - Ты не серчай, Михайла Алексеич, все деньги потратил и ещё обещался прислать. Почти три десятка привёз, хошь всех забирай, только лучше бы они у меня были. А я расплачусь со временем, поверь.
   - Ты мне двоих-троих выдели, да чтобы с семьями. Мне для ремонта, да для оборудования люди нужны, чтобы к тебе по мелочам не бегать. Лучше скажи, нашёл ли полный набор мастеровых, чтобы на рудник посадить и выпуск железа наладить? Таких, что сами смогут хозяйничать, без моего самоличного присмотру.
   - Есть такие, в кабале сидят не по глупости, а потому что их обманом завлекли. Присмотрел я и рудознатца, и тех, кто из руды железо варит, и тех, кто в чугуне да стали разбирается. И ещё одного, необычного, но ты таких любишь, как я думаю.
   Действительно, нашёлся в Туле оружейник, попавший в большие долги из-за своей... мечты. Некий Архип, сызмальства, интересовался нарезным оружием, а когда в возраст вошёл, то занялся инновациями. Доэкспериментировался до того, что залез в долги по самое "немогу"! Изготовил, в конце концов, две дальнобойные бронзовые пушки, которые обошлись ему по две сотни ефимков каждая и ещё полдюжины мушкетов. За триста монет! И это только расходы, без учёта своей прибыли. В основном, потратился на специальные сплавы, совсем уж необычные и дорогущие инструменты, и оплату субподрядных филигранных работ. Да и гранаты для пушек вышли дорого, так как взрывались при ударе о землю, как у одного хранцузского инженера. Ну а то, что стволы пушек можно ручкой накручивать, чтобы они вверх-вниз двигались...
   В общем, не то что казна, но даже частные лица покупать такое дорогое оружие не захотели. Кому нужны пушки и мушкеты задорого, когда можно купить оное гораздо дешевле. Да и вычурность наведения тех же пушек никому не нужна - баловство вместо проку!
   Вяземский успокоил оружейника, переживавшего по поводу огромной растраты, поручил Лариону выделить серебро на покрытие его долгов и отправил Лукича обустраивать своих новых работников. После чего расспросил Дмитрия об Архипе, условиях выкупа, как его самого с семьёй, так и инструментов и даже оружия. Кузнец, забравший рационализатора в кабалу, обрадовался возможности избавиться от "чемодана без ручки", при условии полного покрытия расходов и пени класса "за моральный ущерб". Мишку особо не беспокоила стоимость огнебоев, а больше интересовали характеристики. Узнав, что пушки стреляют навесиком за полверсты, а мушкеты вообще на семьсот ярдов - тут же приказал собираться в обратный путь и спешно выкупать умельца со всем добром. В конце концов, столь классные стрелялки можно было заказывать поштучно, постепенно собирая коллекцию для элитного подразделения.
   А к концу апреля вернулся и Алексей, разжившийся семейством меховиков-кожемяк мирового уровня. Русская земля всегда имеет таланты, но никак их толком не использует, дозволяя продавать своё исскуство за полденьги и подыхать с голоду. Так что, грешно было не воспользоваться готовыми кадрами, перекупив их у того, кто цены своим людям не знает! Поселенцев поместили в две новые избы, завалили скотом, продуктами, тканями, выделили бесплатных денег и ознакомили с наказами. Анисим расспросил вологодцев о дополнительных потребностях, чем окончательно запугал новичков. Да, где это видано, чтобы бояре по-людски относились к простолюдинам? Так что, процесс "выдавливания по капле", ещё только начинался.
   Лариону же предстояло окончательно доработать план освоения курско-вяземских владений, дождаться тульских чугундуров, обменять бочонок золота на серебро и отбыть в долгосрочную командировку. Четвёртый взвод "тигрят" переходил в полное его распоряжение, как и обоз с иноземными семенами и цельнометаллическим инструментарием. Даже клетки приготовили для двух влюблённых парочек индейских фазанов, а то небось, на месте, таких курлыкающих чудо-юдов и не найдёшь?
 


  • 0

#30 surali

surali

    Новичок

  • Пользователи
  • ФишкаФишка
  • 57 сообщений
  • Пол:Женщина
  • Город:ижевск
  • Раса в игре:Люди

Опубликовано 03 Октябрь 2013 - 21:27

Легко читается


  • 0

#31 MARHUZ

MARHUZ

    Писатель

  • Пользователи
  • ФишкаФишкаФишкаФишка
  • 641 сообщений
  • Пол:Мужчина
  • Город:Los Angeles
  • Раса в игре:Люди

Опубликовано 04 Октябрь 2013 - 23:50

   Глава седьмая
   
     Мастерская ткача Фомы разрослась до фабрики, раздуваясь на заказах владельцев дружин. Причём обслуживались только "свои"! Особой статьёй шли шевроны, очень уж изящное дело, требующее мастерства. Вышивка на коже - слишком тонкая работа, чтобы делать её как попало. Да и клиенты платили изрядно, настаивая на использовании золотых и серебряных нитей для шевронов командного состава. Тот же Мышецкий, решил не распыляться, оставив от герба лишь вооружённого архангела в доспехах. Правда друзья-товарищи тут же назвали его дружинников "боевыми ангелами", понизив изображение в ранге. Действительно, ангелы - всего лишь "солдаты" Войска Божьего, в то время, как архангелы уже "сержанты", а серафимы и херувимы - "офицерский состав". Про верхнюю часть пирамиды вообще знают лишь по названиям, видимо напрямую с людьми они не общались шесть тысяч лет назад.
     Опоздавшему Долгорукову, имевшему похожий герб, пришлось довольствоваться орлом, а поскромничавший Борис Голицын обошёлся лишь крестом. Лёва Нарышкин, не задумываясь, выдрал из герба одного из львов, заполучив прекрасную ассоциацию своему имени. Покрой и стиль обмундирования был универсальным, варьировались лишь цвет и размеры. Поэтому и фабрика работала без сбоев, тем более, что в совладение вошли сами заказчики.
     Самой тяжёлой позицией оставались мелкочешуйчатые динамические панцири. То, что предлагалось некоторыми оружейниками, постоянно отвергалось Вяземским. Московиты стремились удешевить продукцию и теряли качество, надеясь поразить клиента минимизацией расходов. Большинство вообще не бралось за такую работу, предпочитая изготавливать более ходовой товар на который был массовый спрос. На разработку скоростных повозок, способных перевозить по полторы тысячи фунтов, Михайла выделил две тысячи дублонов. Помощники обегали всех московских каретников, тележников и прочих созидателей транспорта, но ничего не добились. Хотя Андрей Лукич уже наладил производство простейших рессор и масляных демпферов для амортизации. В конце концов, рассвирепевший Мальцев распорядился готовить оси из найденного в болоте морёного дуба, раз судьба по-хорошему не понимает. Тем, у кого отбиты мозги, можно всё - как бы глупо это не выглядело!
   
     Посадские "иоанниты", они же "солнышки", наслаждались переменами - любые телодвижения в землеустройстве, избушкостроении и тяжестеподнимании неизбежно комментировались. Причём, с широкими улыбками на довольных лицах. Народ тянется даже к видимости работы, а при появлении результатов с радостью ими пользуется. Правда, не всегда благодарит! Да и как им было не реагировать, если даже кривой вонючий ручей очищался, выравнивался, укреплялся где надо. Тем более, что рядом с ним уже благоустраивалась площадка под пилораму и прибывали детали водяного колеса. Даже сгнившую пристань разбирали, чтобы чем-нибудь заменить - пусть даже бессмысленным, но, по крайней мере, новым. Так что наблюдающим старикам и болтливым кумушкам было обеспечено раздолье для наблюдения и последующего языкочесания.
     Царевич приезжал раз в месяц, понаблюдать и внести коррективы. Нарышкин, полностью погрузившийся в организаторское упоение, переехал из родового особняка в одну из изб, где и принимал Иоанна. Впрочем, оба привыкли в Беспутино к простым условиям и не обращали внимания на несоответствие места проживания их статусу.
     В принципе, уже всю "группу Вяземского" считали отмороженными и махнули на них рукой. Всё равно уедут к белым медведям, так чего обращать внимание на недотыкомоков? Москва жила более утончёнными новостями, такими как запрет на вход в Кремль в боярских шубах и ферязях. Да и бритьё бород смущало ортодоксов, как бы не издали указы об обязательном "онемечивании". Те же московские стрельцы потихоньку косились на новые полки иноземного строя, опасаясь повышения задолженности от казны и урезания льгот. Ну, а сплетни об излишней дружественности царевны Софьи и красавца Голицына не разносили только глухонемые и безногие. К безногим, за слухами, народ сам ходил, попутно с посещением церкви. Там же, многие выспрашивали о здоровье отлучённого патриарха Никона. Церковный деятель, вернувший старые греческие обряды и толкования, просто развалил народ на неравные части. Как положено, во благо верующих! А сейчас отсчитывал свои последние дни перед тем, чтобы отчитаться за содеянное там, где спрос будет полным.
   
     Письма из-за морей принесли радостные вести - новый дёготь и жаропонижающий, болеутоляющий отвар оказались нужными и ценными товарами. Цену на "срачу-интандуру" португальцы утвердили, а по целебной жидкости предложено было согласовать её во время летнего визита. Так что Михайла распорядился подготовить торговый запас обоих хайтеков, а заодно подбить баланс по финансам. Раскидывать денюжки навскидку становилось сложно - слишком много хозяйственных ответвлений появилось за год. Всё, что можно, Вяземский спихивал на субподрядчиков и смежников, не пытаясь даже подгрести под себя вспомогательные производства. Всё равно "манагеров" не хватало, вместе с менеджерами и толковыми супервайзерами. Зато воскресенцам подкинули идею создания "управительской школы", раз уж возникла такая потребность. Игумен затею одобрил, а братия поддержала (веселее монастырствовать станет). Осталось получить добро от церковных и мирских "владык", чем настоятель занялся лично.
     Части крепостных Михайла дал вольные за доблестный труд, включая старосту Анисима и "шишков" с вяземского подворья, последовавших за ним. Де-факто они уже давно не рабствовали, однако формальность де-юре была необходима. И, как пример оставшимся в крепости, и как жест доброй воли. Верноподданные чуть не плакали от счастья (многие всё-таки плакали), становясь ещё более лояльными. Да и какой смысл уходить, воспользовавшись оказией, от достойных заработков и соучастий в ремёслах? Тем более, уже каждый третий чего-то организовал или лично производил для схизматиков. В маленьком Беспутино наступил век кооперации и компанейства!
     Кузьма на этот раз получил два полных взвода дружинников и отделение "егорок", которых он должен был проверить на пути в Смоленск и обратно. Также его озадачили четырьмя новыми повозками, заполнеными по самое не могу, чтобы проверить их ходовые качества. Никто даже не задумался, что с ними делать, если все они развалятся по дороге. Ларион, дождавшийся мастеров, выкупленных в Туле, забрал ещё два младших взвода, часть обученных строителей и колхозников и выехал в дальние дали. То бишь, в Курские земли для освоения Красного болота и окружающих владений Вяземского.
     - Не бойся, дружище, всё у тебя получится, - напутствовал его князь, - а если даже не получится, не переживай. Вернёшься обратно и когда-нибудь повторим попытку.
     - Из себя вылезу, княже, но задание исполню!
     - Не нужно геройствовать - подвигами сыт не будешь. Важно, чтобы всё складывалось по-вяземски, шаг за шагом, без напряжения. Иначе смысла нет. Главное, рудокопам обустрой нормальную жизнь с посменной работой, как мы договаривались. Мне нужны трудовые ветераны-умельцы, а не голодающие кандальники. Пусть лучше железо слишком дорогим станет, чем людей гнобить. Всё равно расходы отобьём на мыле да отварах, за счёт схизматиков.
     - Всё сделаю, Михайла Алексеич, как ты в бумагах расписал, так оно и по-людски будет, и по-христьянски, - согласился "министратор от бога".
     В принципе, экспедиция сводилась к организации Курского филиала по добыче руды и изготовлению железных слитков для поставки Андрею Лукичу и другим подшефным умельцам. Вместе с вяземцами отправилась и группа "солнышек", организованная Иоанном. Всё-таки царевич внял доводам и получил от государя курскую дачу по соседству с Михайловой. Понятно, что со своими холмами, болотами, буреломами и прочими прелестями жизни. Борис Голицын добавил свои три копейки, состоящие из рудознатца и парочки тульских металлургов, а Нарышкин обошёлся лишь одним наблюдателем. Правда, все, по чесноку, обеспечили охрану за свой счёт, выделив по отделению оружных. Татары, да и поляки, изредка шельмовали в тех краях, пользуясь удалённостью Москвы. Юра Долгоруков ещё не въехал в тему и пока лишь приглядывался. Его военная жилка довлела над остальными, хотя даже он понимал, что полная калита по-любому лучше пустой, но гордой.
   
     Время от времени, Мальцев задумывался над тем в "какую историю" он попал. В голове с детства сидели школьно-книжные знания об убитой напрочь Московии, отсталой и нищей, убогой по самое "не могу". И лишь Пётр Великий преодолел косность, развил индустрии, победил всех врагов и удивил мир. Однако, вокруг всё было несколько иным: никто на улицах не разговаривал с применением "голанского развитого", пироги с зайчатиной за полденьги оказались простыми пирожками от которых зайчатиной не особо пахло, царь Фёдор (о котором Игорь никогда не слышал) был достаточно просвещённым государем и сам продвигал "петровские" реформы. Кроме того, создав и подкармливая пару десятков осведомителей, простолюдинов и купцов, Вяземский открывал "регулярные Америки" буквально на ровном месте. Оказалось, что никакого героического полководца-короля Карла Двенадцатого и в помине нет, а Швецией рулит Карл Одиннадцатый. В Польше королькует поляк (по крайней мере по фамилии Собецкий), а не саксонский курфюрст. Даже турков почему-то называли османами на бытовом уровне.
     Самым откровенным откровением этого мира являлась микро-Курляндия, имевшая флот не уступавший... французскому! Мало того, эта наглая пародия на страну, имела целых два морских порта, высокоразвитую экономику, типа японской (используя привозное сырьё для производства товаров высокого класса) и, мать-перемать, колонии в Африке и Вест-Индии. То-то, латыши двадцать первого века, гундят о своей исторической высокоразвитости! Ну не было таких фиглей ни у Толстого, ни в "России молодой"... Или было, но за кадром?
     Так что, особо не заморачиваясь, Михайла написал кое-какие письма с предложениями Герцогу Курляндскому и делегировал Дмитрия с эскортом. Парадную форму с золотым шитьём аккуратно упаковали, дары погрузили в простую повозку, а самого Дмитрия прикрепили к Кузьме. Для безопасности, а то за ради расфуфыренной одёжи могли и голову открутить на нынешних дорогах. Летнее командование дружиной в уничтожении волоколамских татей поручили Алексею, как командарму номер три. Мышецкий уже привык к тому, что планы и разработки штаба Вяземского прекрасно реализуются, независимо от того, кто во главе отряда. Сам он потихоньку отделялся от Разбойного Приказа, сохранив лишь связи, но используя своих дружинников. Владимира Дмитриевича Долгорукова это вполне устраивало, так как не нужно было выделять стрельцов, тратить деньги и обмундирование. "Частники-бомбилы" получили разрешение на полную официальную экспроприацию добра уничтоженных и арестованных. Саму льготу пробили Хованский с Милославским, мотивировав высокими расходами на проведение боевых операций.
     Царь-государь лишь радовался инициативе своих титулованных подданных и с удовольствием обсуждал проект, поданый Василием Голицыным (с Мишкиной подачи), о создании первого православного ордена, имени Юрия Боголюбского. Сей исторический князь создал специальную дружину и гонял татей везде, даже в сортирах. И на Руси, и на Кавказе и в Византии! Медальонов предполагалось ровно дюжина, с предоставлением специальных привелей их обладателям. Всё-таки членство в Ордене было не только пожизненным , но и передаваемым по наследству. Родовая почётная обязанность, как-никак! А для поощрения малых героев и проявивших себя воинов, задуманы были малые знаки отличия, одноразовые. Дьяки, приставленные к делу, уже потирали руки, предвкушая потоки мзды со стороны всяческих левых кандидатов. Кто же бесплатно раздаёт льготы кому ни попадя? На лидеров татеборства, понятное дело, никакие чиновники пасть не разевали - это вам не демократия и поголовное равенство. Иначе без пасти можно остаться! Никакой Ромодановский не станет собирать доказательства коррупции и выглядеть идиотом из-за выкрутасов ловких адвокатов - сотрёт в порошок и мздоимцев, и ловчил-юристов.


  • 0

#32 MARHUZ

MARHUZ

    Писатель

  • Пользователи
  • ФишкаФишкаФишкаФишка
  • 641 сообщений
  • Пол:Мужчина
  • Город:Los Angeles
  • Раса в игре:Люди

Опубликовано 04 Октябрь 2013 - 23:57

     В начале июня неожиданно умер Пётр Семёнович, князь Вяземский. Ещё позавчера неугомонный старикашка шлындал повсюду, раздавая указюки, вчера слёг и чего-то шептал, а сегодня ушёл к предкам. Ушёл достойно, так же как и жил, никого не мучая, не капризничая и не вымаливая сочувствия. Свидетель трёх разных царствий умер красиво, как положено!
     Гонца прислал Афанасий, так как троюродные братья не посчитали нужным известить Михайлу. Они были бы счастливы, чтобы "отрезанный ломоть" вообще ничего не узнал и не притащился делить наследство. Но Мишка оперативно отреагировал и разрушил некоторые мечты сродственничков. Во-первых, попрощаться с дедом-оппонентом, а во-вторых...
     - Афанасий, переезжай ко мне, твой опыт и знания с умениями очень нужны, - уговаривал парень, - а то добротных помощников не сыщешь. И выращивать их подолгу приходится.
     - Ну не знаю, Михайла Ляксеич, - вяло отнекивался Афоня, - оно, конечно, и Андрей, и Фёдор меня отваживают, за казну боятся.
     - То деньги не твои, а Вяземских, пусть сами делят или пользуют по своему разумению. Лучше мои деньги считай, да записи веди!
     - А вдруг потратют неразумно, без хозяйского пригляда?
     Опальный дьяк, которого два десятка лет назад выгнали из приказа Большой Казны за мелкие хищения, был принят Петром Семёновичом. Князь дал ему ещё один шанс и Афанасий реализовал возможность, верой и правдой отплатив за доверие.
     - Афанасий, пойми, коли братья готовы гулеванить - ты их не остановишь. Ибо ты дьяк, а не князь. И к добрым советам прислушиваются лишь те, кому они нужны, а не все подряд.
     Всё правильно и ничего нового дьяк не услышал, прекрасно понимая своё нынешнее место. Следовало идти к Михайле, чтобы быть при деле, а не на задворках. Одно смущало - уж слишком богатым стал вчерашний княжич-баламут, как бы завистники его со свету не сжили. Хотя, будучи при царевиче нужным человеком, юный Вяземский достаточно защищён. Да и слава о нём, как о яром татеборце, а значит защитнике народа, разнеслась повсюду. Уважение у простых московитов трудно поиметь за абы как, только делами оно зарабатывается. Даже среди стрельцов Мишка был на хорошем счету, а те - народ своеобразный, лишь своих почитают и ценят.
     Переехав в Беспутино, Афоня с головой окунулся в хозяйственный водоворот, подмечая и записывая всё, чтобы считал нужным. Опытный финансист желал доподлинно знать откуда берутся эти самые финансы и на что тратятся. От нецелевого использования самшита и морёного дуба у него мозги изворачивались на все бекрени, а одаривание крепостных тканями - вызывало колики душевных фибр. Или фибров? Стена лесной крепости, возведённая из соседских брёвен и отделываемая кирпичом, довела бедолагу до невроза.
     - Что же ты делаешь, княже, почто столь безрассудно поступаешь, - вопрошал экономный бухгалтер, - так никаких деньжищ не хватит!
     - Не переживай, Афоня, скоро ещё денег привезут. И немало! - отшучивался Мишка, кайфуя от ошизения нового управленца, - На этой стене, мои строители учатся с кирпичом работать, да цемент использовать. Уразумей, чудо, на обучение никаких денег не жалко, всё впрок пойдёт.
     Тяжело свыкаться с новым мышлением, но и спорить трудно. Это Андрюха Вяземский, возглавив ветвь рода, вдруг стал скуп и обездолил даже родного брата Федьку. А Михайла жил по принципу: "Нужно зарабатывать больше, а не экономить чаще!" и, как ни странно, но система работала, поддерживая саму себя. Часть бывших работяг уже перестроились в ремесленники и намыливались вырасти до мастеровых. Московский офис по отбору трудовых ресурсов осаждали все кому не лень. Правда, ученики с "солнышком" на рукаве, исправно давали самым неугомонным и наглым по шайбе, но желание обездоленной части московитов подзаработать не унималось. Одна лишь история с буреломом, где мешочки с ефимками валяются под ногами, уже превратилась в легенду. Тем более, что даже Ромодановский с Голицынами использовали такой приём в землеустройстве своих владений. Кто откажется от лишних десятин пахотных земель, на которые не распространяются гос.уложения? Великие князья выдавали своим соратникам пашни, обмерянные и исчисленные, а коли те, своим трудом добавляли новое, избавляясь от "бэдлендов" - никто не вправе был облагать дополнительные угодья. Хоть в три этажа поля и луга оборудуй - твоя земля, тебе и радеть о ней!...
   
     ..."Тигрята" въезжали в Митаву со всей предусмотренной помпой: без лишнего выпендрёжа, но гордо и улыбчиво. Подумаешь, столица Курляндии-Семигаллии, видали мы и не такое! Расположившись в одном из самых фешенебельных хотелей, парни спокойно восприняли цены, уплатив за неделю вперёд. Дмитрий послал адьютанта, чтобы согласовать передачу писем секретарю герцога Якоба фон Кеттлера и выяснить кому передать дары. Непредвиденный визит был внесён в расписание и три дня пришлось подождать, что прекрасно вписывалось в указюки из Беспут-центра.
     Парни разбрелись по дорогим солидным лавкам и магазинчикам, нанимали местных для экскурсий, посещали лишь дорогие трактиры. В общем, тратили деньги не скупясь, но и не транжиря, покупая лишь изысканные, оригинальные вещи. Курьерская униформа (вообще-то парадная военная) вызывала зависть у местных, а золотое шитьё на плащах притягивало взгляды и шаловливые ручонки. По рукам и тыквам надавали сразу и жёстко, сдав нескольких уличных братков городской страже и показав свои боевые умения. Первый же вызов на дуэль, кончился для одного из бретёров плачевно, хотя он и был знаменит своим фехтовальным искусством. Дмитрий, сразу же разрубил своим мечом соперника на две части, наискосок, отведя первый же выпад своей супер-перчаткой. Свидетели и секунданты возмутились столь варварским поединком, закончившимся на первых секундах, но условия были соблюдены. Всё-таки согласования шли почти час и условия ставились просто: или "по-русски", или никак. Больше желающих доказать вяземцам своё превосходство не нашлось, а уважение к приезжим почему-то выросло.
     Герцог, который не хотел даже малюсеньких проблем с Московией, обвинил своего располовиненного подданного в нарушении указа о запрете на дуэли и провоцировании иноземных гостей. По большому счёту, он был даже рад столь жестокому результату - одно дело погибнуть в поединке гордо и умереть от колотой раны в постели. Совсем другое - стать набором кусков тела, да ещё на глазах у знакомых. Позорная смерть надолго запоминается и отбивает желание повторить сей "подвиг"!
     Вручение даров и писем прошло прямо в замке, при участии не только гос.секретаря, но и личного помощника герцога. А потом Дмитрия пригласили в кабинет, где любопытный, деловитый, умелый фон Кеттлер лично расспрашивал курьера на нормальном русском языке, пусть даже с немецким акцентом. Конечно, сын оружейника уже изучил разговорный аглицкий и гишпанский, но головные боли снял сверхобразованный Якоб. Здоровье самого богатого и успешного герцога Европы, расшатанное четырьмя десятками лет активного администрирования, не позволяло ему тратить время на излишние церемонии. Якоб фон Кеттлер прекрасно понимал, что жизнь заканчивается и стремился лишь к тому, чтобы набить кубышки поплотнее. На наследнике Фридрихе природа явно отдохнула, созидая деятельных гениев правления, и герцог не раскатывал губу в отношении сына. В принципе, кудесник супервайзинга добился невероятного, превратив типичную небогатую прибалтийскую провинцию в одну из передовых стран мира. Лишь одна мечта осталась нереализованной - так и не довелось отправить экспедицию для исследования Терра Инкогнита. Древние свитки, купленные давным-давно у арабов, описывали прекрасные земли, имеющие золотые прииски, но дефицит воды в летний период. Никто не соглашался на авантюру, живя более приземлёнными мечтами.
     Дмитрия попросили задержаться ещё на пару дней, на случай, если у герцога возникнут вопросы после прочтения писем или будет желание передать Вяземскому что-нибудь оперативно. Так что два дня дружинники потратили, закупая великолепные курляндские книги и даже карты различных мест мира. Последняя встреча заняла лишь полчаса, молодому учеб-лейтенанту вручили письмо "первой реакции", пообещав более подробные ответы отослать со временем. В повозку загрузили ответные дары и образцы курляндских товаров, после чего всю делегацию послали обратно. Самым вежливым тоном!...


  • 0

#33 MARHUZ

MARHUZ

    Писатель

  • Пользователи
  • ФишкаФишкаФишкаФишка
  • 641 сообщений
  • Пол:Мужчина
  • Город:Los Angeles
  • Раса в игре:Люди

Опубликовано 05 Октябрь 2013 - 00:08

    ...Португальская торгово-посылочная делегация наткнулась на "хованцев" под Можайском. Борцы с лесной братвой сначала решили нажиться, ограбив головку обоза, но дружно прекратили беспредел, увидев, как из-за лесного поворота выезжают основные силы. Полсотни конных мушкетёров, эскадрон кирасир, несколько десятков вяземцев и повозки, повозки, повозки... Инцидент закончился не начавшись, но осадок остался. Борьба с разбойниками не везде шла с соблюдением правил, о чём Кузьма сразу доложил Михайле, когда караван прибыл к месту назначения. Не хватало ещё, чтобы "доблестные защитнички", разогнав татей, переключились на мирных купцов. Вяземский намотал инфу на ус (который ещё не рос) и придержал до нужного момента. Кремлёвские мажоры нуждались в любом компромате на конкурентов, хотя сейчас, за месяц до родов, попритихли как мыши, боясь нарушить зыбкое равновесие. Всем всё было ясно и понятно: родится наследник и царь сразу определится с опекунами, чтобы соломки подстелить на случай своей скоропостижной кончины. Престолонаследие - слишком серьёзный фактор в православной стране...
     Долгожданные братья по коммерции понавезли горы нужнятины и интереснятины, заодно с мастером арбалетных лож и его запасами самшита. Никто уже не вздрагивал, услышав о применении ценнейшего материала в качестве бытовой древесины. Если уж телеги начали мастрячить, используя морёный дуб, то следовало ожидать использование амброзии для смазки колёс, а нектара под медовуху. Местные сплетники развлекались, выдумывая всё новые и новые "отбитости в применении", не забывая крутить хороводы вокруг "понаехали тут!" Предки Кулибина и Черепановых даже рядки организовали, выставив там всё, что понапридумывали за последние месяцы. А уж испанский бытовой вдруг стал вторым государственным в подмосковном селе! Гонсалвешу пришлось открыть курсы при школе - для добровольцев изучения иноземной мовы. Простолюдины настолько окоммуниздились, что платили ему за обучение. Ни фига себе - немытая Россия! Многие мелкотравчатые боярские дети да дворяне могли позавидовать уровню жизни беспуткиных.
   
     Мирное разграбление обоза началось с конфуза - Абель Монтойя попросил не трогать три повозки. Там, оказывается, испанцы складировали тёплую одежду, ожидая что русское лето ненамного теплей русской зимы. Ну, а что тут такого? Легенды о Крайнем Севере, находящемся на востоке, никто пока не отменил, а владение личными запасами - завсегда лучше суматошного закупа на Смоленском тракте. Готовь сани летом, мать-перемать! Нормальная запуганная ворона всегда на воду дует (согласно народной мудрости и наблюдениям орнитологов).
     Зато всё остальное пришлось ко двору и, в первую очередь, долгожданные толедские чешуйчатые панцири. Двадцать пробных "пластинчуг" были проверены на прочность и явили чудо инженерной мысли. Образец, в который обули свежий труп свиньи, выдержал даже мушкетные выстрелы с пятнадцати шагов. Конечно, нет в мире абсолютного совершенства: пара пластинок погнулась и оцарапалась, да свинюке ребро сломали. Зато новенькие арбалеты системы "Лукич-Вязьма" пробивали заморскую броню даже с сорока ярдов, как и луки Игната. Выстрел из пищали-дробовика лишь покорёжил броненовинку, хотя и сломал врытый в землю кол, на который была насажена мишень. По итогам, решено было признать ничью в матче "атака-защита". Наблюдавшие за испытаниями иноземцы, усиленно чесали репы, не догоняя как можно теперь воевать с "руси", коли у них есть высококлассное и то, и другое? Хорошо, что между Пиренеями и Московией разлеглась вся Европа в качестве географического буфера. Вот только цена доспеха смущала всех присутствующих - пятьсот дублонов за три комплекта!
     Хайтек типа "толедские клинки с португальским усилением" тоже порадовал и балансом, и прочностью, и остротой лезвий. Хотя оплата кусалась - по двадцать дублонов за клинок со стальными ножнами и перевязью. Афоня только кряхтел, пытаясь записывать цены - перо отказывалось елозить по бумаге и увековечивать несусветную цифирь. На один дублон можно было прожить в Москве, имея сытную жрачку и мягкую спячку и не работая, цельный год.
     - Помилуй, княже, за ради памяти Петра Семёновича, - умолял дьяк, - да на такие деньги я тебе иноземный полк найму! Али городок какой прикупишь и станешь володеть.
     - Свои дружинники, Афанасий, получше будут, чем наёмники. Главное, вооружить их и обезопасить.
     - Ну не за такие же деньжищи! - взвыл счетовод.
     - Успокойся, друже, глянь сколько золота привезли из-за моря! - успокоил преданного эконома и бережлива довольный Михайла.
     Драгметалла было явно поболе, чем в царской казне, цены кусались в обе торгующие стороны. Да ещё и с остервенением! Тридцать тысяч новёхоньких жёлтеньких "мальцев" дружно лежали в бочонках и подмигивали: "Гуляй, рванина, пока не отобрали!" Добросердечный Педру Второй решил оплатить товар сразу за год вперёд, чтобы зимой не гонять золотой повозочный флот к чёрту на кулички. Теперь, в качестве ответного жеста, нужно было передать сто пятьдесят бочек шампуня и столько же изготовить к январю. Исходя из общих возможностей фабрики моющих средств, получалось, что самому Вяземскому оставалась лишь сотня бочек на год. Жира на Руси производилось вдосталь, но львиная доля его тут же потреблялась на хозяйственные и иные нужды, включая ням-ням потребности. Та же ситуация, что и с соломой - вроде повсюду валяется и даже крыши ей покрывают, но стоит лишь наладить промышленное производство бумаги и сразу придёт трындец. Её придётся закупать в других странах, потому что урожайность культур со стеблем, на самой Руси, не ахти какая из-за холодного климата.
     Белое море, с его многотонными китами, однозначно взывало к Мишке: "Приди и возьми меня, прааативный мальчишка!"
   
     Две сотни мушкетов и столько же пистолей Альвареша поделили с Иоанном поровну, а полсотни модельных пик остались "тигрятам". Всё остальное добро заныкивалось по складам, кубышкам и заначкам, лишь саженцы отдали Гонсалвешу. Неутомимый черешневед уже разбил сад под свои выкрутасы, а женский "эскадрон смерти" готов был порвать любого, кто обделит кумира и полубога. Их отличал блеск в глазах, тот самый, который выделяет дачниц и собачниц, и пугает сильнее, чем вражеский ствол и трясущийся палец на спусковом крючке. Часть из них, как бы невзначай, вооружилась граблями и тяпками, а другие очумелые ручки бодренько уносили горшки с саженцами и микро-деревья, завёрнутые во влажные тряпки. Огородницы боготворили своего "батюшку Якова" за то изобилие, зеленеющее, коричневеющее, краснеющее, желтеющее и фиолетивеющее на их личных задворках. Даже домашние скотинки выделяли кудесника из толпы двуногих, особенно за ту "траву по пояс", недавно скошенную с заветного лужка. Тем более, что она снова росла из тех же самых корней, а её семена были высажены на большом лугу (уж слишком много их созрело).
     Серебрянные "мальцы" поставили Михайлу перед проблемой - следовало согласовать их пользование с Большой Казной, чтобы не нарушить указюк по поводу инвалюты. Да и часть налога следовало бы выплатить заблаговременно, до сентября, чтобы не накапливать долг до последней минуты. Тем более, гораздо безопаснее хранить бумаги об уплате, чем эквивалентное количество колобашек, привлекающих взор различных хитрованов. Афанасий, не видевший такого монетарного изобилия, даже в бытность государственным финансистом - присел в сторонке, пытаясь вставить отвисшую челюсть на место. Отдышаться после стресса тоже имело смысл - кто же знал, что иноземцы гребут бабло лопатами, пока не изобретён экскаватор! Все понятия об Истинном Богатстве моментально улетучились и не хотели прилетучиваться обратно, в мозгах началось затишье перед бурей.
     Дары от различных повелителей распределили согласно приоритетам: в одну кучу всё, что предназначено для царя-батюшки - хоть от португальцев, хоть от испанцев, хоть от курляндцев. Ну, а для Вяземского - лишь то, что осталось. Прекрасный  ювелирный гарнитур индийской работы времён первых Великих Моголов, галантный Якоб фон Кеттлер передал для дамы сердца "его сиятельства коназя Микаэля Вяземски". Мишка, увидев такую красоту, тут же обрядил свою ненаглядную Глафирью на глазах у всех. Счастливая девушка, попыталась сопротивляться, отнекиваясь:
     - Ну что ты, Михайла, это же для королев.
     - Помолчи, лапка, и не мешай. Ты и есть самая королевская королевна!
     Ну и как с таким кавалером поспоришь, коли он наряжает свою любимую от чистого сердца? Счастливая Глашка даже покраснела от удовольствия, а Лукерья с Дарьей легонько утёрли слезинку-другую. Все понимали, что этой паре не суждено быть вместе, но надеялись что их связь продлится подольше. Даже Глаша осознавала будущую разлуку и хотела лишь выдать "своё сокровище" поудачнее, чтобы было чем гордиться. Один лишь Вяземский не озвучивал матримониальных планов - хватало других забот, а жениться он не спешил.


  • 0

#34 MARHUZ

MARHUZ

    Писатель

  • Пользователи
  • ФишкаФишкаФишкаФишка
  • 641 сообщений
  • Пол:Мужчина
  • Город:Los Angeles
  • Раса в игре:Люди

Опубликовано 05 Октябрь 2013 - 00:18

     Торжественную "поляну" накрыли прямо на главной площади. В прошлом году, в центре деревни был выкопан небольшой котлованчик глубиной в четыре фута и площадью, соответствующей русскому размаху. Следовало отработать технологию строительства "римских дорог" в условиях Руси, а заодно обзавестись достойным местом для гульбищ и парадов. Яма простояла всю зиму и весну и лишь в начале мая, когда земля вдосталь поиграла, её засыпали слоями песка и щебня, руководствуясь древнеримскими инструкциями. Теперь, для удобства, "площадь" была покрыта тёсом, так как финальное мощение камнем полагалось осуществить лишь на следующий год. Чтобы выявить все потенциальные ямы и провалы и произвести положенную отсыпку-присыпку.
     Традиционный встречальный пир горой, изобильный и неумолимый, порадовал даже скупого Афоню, начавшего личную перестройку и ускорение. Столы заставили и едой, и напитками, и всяческой посудой глиняной и серебряной и даже цветами. Мишка самодовольно поглядывал по сторонам, сознавая, что хозяин он и вправду рачительный и состоятельный. Вот только что-то на столе зацепило и последние минуты свербило в мозгу. Что-то знакомое! Пришлось заново, уже внимательно, оглядывать убранство и блюда, чтобы избавиться от наваждения.
     Мама дорогая, среди астр затесался цветок жёлтого цвета, более крупный, чем другие цветы. Но и более мелкий, чем должен быть. Подсолнух, епическая сила! Самый настоящий, несозревший и миниатюрный, как будто его специально таким вырастили.
     - Яков Иванович, а чего он такой маленький, не вырос что ли? - Михайла подошёл к кувшину и вытащил цветок, чтобы потрясти им перед носом оторопевшего Гонсалвеша.
     - Михайла Алексеич, они все такие, чтобы красиво было, - начал оправдываться растениевод-исследователь, - бывают и крупные хелиантусы, но они некрасиво смотрятся, да и в кувшин не поместятся.
     - Так давай их на полях и огородах выращивать, а не в цветниках.
     Португалец даже ошалел от такого "бродяжьего" применения - делать клумбы, измеряемые в десятинах, не имело смысла и казалось нелепым ни разу. Остальные едоки тоже притихли, не подозревая о том, что становятся свидетелями промышленно-масляной революции.
     - Обязательно закажи семена больших подсолнухов, чтобы к зиме привезли, - разгорелся Вяземский, - а следующей весной засеем целое поле. Пойми, не для красоты такое сделаем, а дождёмся, когда они созреют и будем масло давить из семечек.
     - Так те же твёрдые сверху.
     - Ничего, сядем дружно и обшелушим. Зато ядрышки нам растительное масло дадут, гораздо лучше конопляного и льняного. А тот жмых, который останется после этого, пойдёт скотине на корм.
     Инноваторский перерыв на этом закончился и гости вернулись к своей болтовне и обжираловке. Рабочий вопрос возник лишь раз, да и то на тему заморского названия дёгтя. Интадура по имени "Срача" вызвала явное оживление среди русскоязычных, но всех угомонил Афанасий.
     - Коли за срачу платют золотом, то какой бы дурой она ни была, следует смириться. Иначе сами в дурнях окажемся!
   
     На следующий день отправили в Москву подарки и гонцов. Следовало срочно вызвать Андрея Лукича с подмастерьями и заняться арбалетными ложами. Вяземский лично возглавил обоз, чтобы внести часть налогов и утрясти дела в приказе Большой Казны. Всё-таки две бочки дублонов и две бочки золотых "мальцев" требовали к себе уважения и ответственного обращения. В пересчёте на серебро они "весили" порядка ста тысяч ефимков (или 1/12 годового прихода в карман царю). К нему присоединился и Борис Голицын, решив помочь в разрешении щекотливых ситуаций.
     Василий Васильевич тоже подключился к сдаче золота в закрома родины, подняв на уши дьяков и подьячих казённой избы. Нешуточный преждевременный платёж контролировался всеми заинтересованными сторонами, поэтому рядовые казнокрады даже близко не подходили. На дыбу могли отправить всего лишь за неосторожный взгляд в корыстном направлении! Государь ныне остро нуждался в деньгах в преддверии празднеств по случаю приближающегося рождения наследника. Так что Мишкин взнос оказался в нужном месте и в нужное время.
     - Ох и вовремя же ты поспел, Михайла Алексеич, в самый раз! - радовался Иван Милославский, - Вот не зря я за тебя приговаривал, когда разные привелеи обсуждали. Право давать звания своим дружинникам ты честно заслужил, а теперь и в заглавные орденцы примем тебя.
     Решение по созданию Ордена было принято, а сам Милославский первым получил заветный медальон. Чего же теперь не подсобить зело полезному молодцу за государев счёт, авось зачтётся когда-нибудь? Церемонию провели на следующий день, чтобы не отвлекать двор от более важных дел. Петя Романов во все глаза смотрел, как государь самолично одевал на шею высокого ладного витязя, золотую перевязь с медальоном, отделанным самоцветными каменьями. Голубые и алые ленты, как у схизматиков, не использовали, посчитав их дешёвкой. Золотая витая гранённая цепь, изготовленная лучшим мастером, выглядела гораздо напыщенней. Ещё один представитель Романовых-Нарышкиных наблюдал издалека, чтобы не привлечь, невзначай, чьё-нибудь внимание. Восьмилетняя Наташка Алексеевна восхищалась бравым, крепким татеборцем, не подавая виду, хотя и затаив дыхание...
    
     Осиротевшие крайнезападноевропейцы дождались своего делового партнёра, чтобы согласовать два вопроса. Абрантуш готов был зимой забрать пару тысяч бочек интадуры и даже привезти деньги за неё. А душ Сантуш сплоховал - Михайла не согласился продавать болеутоляющий отвар задёшево. Да и больших поставок не гарантировал.
     - Друг Карлуш, сей отвар потому хорош, что изготавливается из очень редких трав, - вдумчиво врал он, - не более ста баррелей в год и не дешевле десяти мальцев за галлон. Может быть, в будущем, если найду побольше сырья, смогу снизить немного цену.
     - Побойся бога, Ваше Сиятельство, да этого не хватит даже двору. А Педру Второй готов покупать на весь свой флот, уж очень хорошо твой "потио" уменьшает жар. И боль быстро утоляет, лучше чем лекарские микстуры.
     - Вот именно! Я вообще торгую этим отваром пинтами, а не бочками. Его не пьют, как вино, кубками, достаточно одной унции на один приём.
     Португальцы, конечно, обурели, используя жидкий аспирин слоновьими дозами, несмотря на все рекомендации. Человеческую натуру тяжело изменить - иной пациент, чтобы не тянуть с излечением, заглатывает целую упаковку таблеток, чтобы побыстрее было. А не растягивает удовольствие на неделю по одной пилюле три раза в день. Раньше сядешь - раньше выйдешь! Естественно, если костлявая к себе не утащит. В общем, переговоры кончились ничем и португальцу предстояло обьяснить позицию "руси непонимаси" своему владыке. Причём важно было выяснить заодно и в Мадриде, а вдруг испанцам такие цены окажутся по карману?
     Поторговавшись пару дней, купец отбыл в Воскресенский монастырь за антицинготниками и прочими прочестями, кои под руку попадутся. Ну, а вояки, как всегда, устроили дружеские побоища со стрельбой и тотализатором. Беднягу Монтойю сбросили с фехтовального пьедестала сразу несколько вяземцев - их скорость передвижений и реакция уже дали результаты. Капитан просто не успевал ни отбивать, ни наносить удары. Конечно, нормальный испанец сразу же вызвал бы всех на дуэль, обидевшись по самое "немогу", но опытный боец лишь попросил поделиться секретами. Иноземцы, которые впервые попали в Московию, сверяли слухи о русских воинах с реалиями. Реалии, как ни странно, победили! Особенным чудом являлись детки, шпрехавшие по-испански лучше взрослых. Правда фразы иногда были загадочны, типа: "Динеро барма?" Такие языковые изыски сбивали с толку даже родителей отпрысков-полиглотов.
     Местные безделушки, игрушки, побрякушки раскупались не только на сувениры, но и на перепродажу. Всё, что сельчане приготовили с зимы, ушло влёт, несмотря на цены. Как и простенькие меха, типа беличьих. Это в Москве они стоят недорого, а в Мадриде и Лиссабоне цена на какую-нибудь куницу соответствует дальности доставки.
   
     Прибывший оружейник сразу нашёл общий язык с "человеком Альвареша" - инженер инженера всегда поймёт, даже в каменном веке. Прочная, твёрдая древесина хотя и тяжело поддавалась обработке, но зато хорошо "держала удар", не раскалываясь при перезаряде и после выстрелов. Игнат, увлечённый заморскими породами, осаждал Абрантуша. Ему нужен был амарант, имеющий крепкую, но гибкую фактуру для экспериментальных луков. Правда, по словам Гонсалвеша, требовались ветви или молодые побеги, а не брёвна. Откоряки класса: "Где я тебе их возьму?" не принимались во внимание. Герцог-бастард имел и корабли, и факторию где-то на Амазонке, а значит являлся владельцем таинственных, припрятанных чудо-деревьев.
     Архипа и его "дальнобойки" никому не показывали, поселив подальше от Беспутино. Там же заканчивали полигон и стрельбище, чтобы скрытно проводить испытания, обстреливая соседский бурелом. Московский городской гуляка, боярский сын Глотов, дал добро на пользование своей чащобой, так как владения забросил, даже не удосужившись ими поинтересоваться. Молодость и деревня несовместимы при наличии денег, а Михайла исправно снабжал молодого прожигателя жизни. К июлю готовили порох, пули и заказали гранаты французского типа у того тульского умельца, который снабдил ими бывшего кабальника. Под проживание всего Архипкиного семейства построили небольшой хутор, а для мастеровых потуг - мастерскую с кузней. Даже троих помощников подготовили из своих, проверенных работников. Дороговизна нового оружия отпугивала сама собой, но секреты полагалось держать в секретном секрете, чтобы не нарушать традицию.
     Душ Сантуш привёл из монастыря целый обоз воскресенского товара и, в начале июля, после добротной отвальной двинулся в обратный путь. Караван, в который добавились повозки с вяземскими срачами, антиболячами и прочими беспутячами, гордо растянулся по всему Тверскому тракту. На всякий случай, Дмитрия отправили с полусотней "тигрят" до самой Риги, наказав заодно доставить письма в Митаву. Семнадцатый век, без телефонов и интернета, прекрасно обходился эпистолярным жанром. Деловая переписка сводилась к тому, что стороны вели заочные переговоры параллельно: пока один пишет и отсылает наболевшее, другой, одновременно, гундит о том, что готов поведать. Разумная экономия времени и пространства! Михайла страстно желал получить совладение колонией на Тобаго, даже не будучи готовым её посетить. Уж слишком удачно расположен остров - вся Южная Америка под боком. Кроме того, хотелось ещё использовать географическое положение самой Курляндии и замутить, подключив короля Карла Одиннадцатого, организацию железнорудного предприятия недалеко от Лулео. А добавив ещё и совладение или аренду Хельсингфорса - можно было гордо ткнуться мордой в миску с квашенной капустой, наивно посчитав, что "жизнь удалась!"
     Лёгкие деньги начали процесс застения глаз!!!


  • 0

#35 MARHUZ

MARHUZ

    Писатель

  • Пользователи
  • ФишкаФишкаФишкаФишка
  • 641 сообщений
  • Пол:Мужчина
  • Город:Los Angeles
  • Раса в игре:Люди

Опубликовано 06 Октябрь 2013 - 00:11

    Глава восьмая
   
     Испытания дальнобойного оружия прошли более, чем удачно. Тщательность изготовления пушек и мушкетов поразила всех, попутно оправдав высокие цены на изделия. А весь инструментарий, обеспечивший высочайшее качество работы, решено было продублировать для Андрея Лукича и персональной подшефной мастерской Дмитрия. Для литья новых пушек и изготовления мушкетных нарезных стволов, временно предполагалось использовать новый участок в Москве, выкупленный Лукичом у соседей. Но всю остальную обработку и доводку оружия, конечно же, придётся проводить в глухомани. Михайла не спешил с крупным заказом и не устраивал гонку вооружений - лучше меньше, да лучше, пусть и дороже!
     Мастеру, столь неожиданно получившему заказ на гранаты, взрывающиеся при ударе о землю, предложили переехать в Подмосковье и заняться их изготовлением, как минимум в течении года. Тем более, уже на месте имело смысл попробовать их переделать в шрапнельный тип, да и попытаться разработать на их принципе ручные бомбы.
     Всё это множество задумок и хотелок неожиданно прервалось гонцом от Василия Голицына.
     - Радуйтесь люди, у государя наследник родился! Ильёй назвали!
     Обсудив сию новость, решено было, что на празднества поедет лишь Иоанн, а Вяземский и Борис Голицын воздержатся, чтобы не оказаться посередь кремлёвских интриг в самый их разгар. Врагов нажить легко, лучше уж пересидеть первое время, пусть даже и оставшись не у дел. В принципе, члены "группы Вяземского" уже понимали, что проще созидать своё, чем гоняться за чужим, хотя и бесплатным.
     Прибыв в Кремль, Иоанн Алексеевич узнал, что царица Агафья умерла и даже новорожденный слаб здоровьем. Радость за брата сменилась тревогой, а через неделю наследник последовал за матерью. Царь Фёдор был в отчаянии и никого не желал видеть, кроме брата.
     - Иван, горько мне от несправедливости такой. Бог, конечно, ведает, что творит, но почему со мной? - делился государь, - Почто в то время, когда я здоровьем слаб и в любой момент могу преставиться, он лишил меня сына?
     Царевич, при всём желании, не мог его утешить обычными речами о том, что всё сладится и будет в порядке. А других, мудрых слов никак не находил, поэтому лишь приобнял худосочного Фёдора, который совсем сдал.
     - Федя, попробуй сделать, как обычно Миша Вяземский советует нам, - решился высказать мысль Иоанн, - ежели повторить попытку, то может и получится желаемое. А предаваться горю долго нельзя - последние силы и веру в себя потеряешь.
     Царь, хоть и был старше брата на пять лет, но почувствовал себя младшим. Наверно ему именно сейчас нужен был совет очень близкого человека, за неимением отца и матери. Все другие несли утешения ради получения корысти и лишь Иван ничего не желал. Это чувствовалось каким-то подспудным чутьём.
     - Ваня, я бы тебе трон передал, но боюсь, что сьедят тебя живьём и Милославские, и Нарышкины. Спасибо тебе за слова разумные, давай я тебе тоже совет дам. Коли я умру без наследника - тотчас уезжай подале с тем же Вяземским. А когда вырастешь и возмужаешь, тогда и вернёшься и престол возьмёшь обратно. Чтобы всё сладилось, я перед смертью обьявлю Софью регентом, тогда никто тебе помешать не сможет: ни Пётр, ни сама Софья, потому как она баба и наследовать права не имеет. Только ты никому не говори о моём решении, пусть думают иное, чтобы тебя не трогали.
     Время, проведённое вместе, сблизило обоих, но договоренности разлучили их. Нельзя было дать понять другим, что принято альтернативное решение на случай повторения трагедии или кончины Фёдора. Поэтому и кремлёвские интриганы занялись новой круговертью и хитросплетениями. Грушецкие и их ближники моментально были отстранены от трона, как неисполнившие задачу. Весь двор начал подыскивать невесту царю и предлагать свои варианты, чтобы приблизить к престолу новых нахлебников. Временные союзы распались и начались закулисные переговоры по созданию новых комплотов и их подобий. Естественно, что Иоанна, который снова стал кандидатом номер один, стали расспрашивать о планах. Царевич успокоил разволновавшихся претендентов на возможное регенство тем, что планы у него прежние и на следующий год он уедет с Вяземским к Белому морю. Придворные, поняв, что юнец так и не поумнел - успокоились и занялись другими вариантами приложения сил. Ну как можно верить в умственное здоровье царевича, который от трона отказывается? Да не бывает таких чудес на свете! Все должны жить и думать лишь, как мы - хитрые, изворотливые, хваткие.
     По крайней мере, наивный Иоанн надеялся, что именно такое мнение сложилось и со спокойной душой занимался посадскими делами. А царедворцы уже пытались найти потайной смысл в словах царевича. Иван Милославский понимал, что за братом царя действует какая-то фигура, но никак не мог её вычислить. Пятнадцатилетний Вяземский никак не подходил на роль закулисного интригана. Пока был жив дед Пётр Семёнович, всё было предельно ясно, но после его смерти возникла непонятка. Теперь предстояло выбрать одно из двух: или прикормить наследника, или приложить максимум усилий в выдвижении карманной невесты.
     Вася Голицын вместе с Софьей тоже нарезали круги мышления, причём о том же самом. Но у них имелся дополнительный вариант-мечта - поставить царевну регентом и, выбрав момент, попробовать помазать её на царствие. Поэтому, сладкая парочка занялась приваживанием патриарха Иоакима. Василий Васильевич разработал для Софки целую пиар-компанию, эдакий идейный базис, чтобы перетянуть церковь на свою сторону. Сестра государя начала дудеть в дуду на тему возврата к славному патриархальному прошлому, отринув иноземцев и иноземные заимствования. Мол, русскому народу живётся хорошо самому по себе, а все беды и смуты приходят из-за морей.
     Сам государь, сказавшись больным, отсиживался в своих покоях, передоверив управление страной царице Наталье Кирилловне и боярской думе. Думцам такое оказалось всладость, да и государыня-матушка пользовалась моментом, возвращая Нарышкиных на малую кремлёвскую родину. Ивана Кирилловича вызвали из Рязани, а Кирилл Полуэктович был пару раз замечен в Кремле. Патриарх тоже помогал руководить, причём с Натальей Кирилловной ему удалось найти общий язык. Милославские, неожиданно для себя, поняли, что возможен ещё один вариант регентства - вдовствующая царица при совсем больном царе (по типу Педру Второго при его болезном брате) или, в случае государевой смерти, при царевичах. В общем, всё смешалось в доме Обл...,блин, Романовых!
   
     Посадские работы выглядели со стороны полнейшим сумбуром, превратив микрорайон в какой-то человечий муравейник. Стройматериалы привозились, растаскивались, использовались и мигрировали вместе с лопатами, тачками и работниками. Один ручей наконец-то превратили в благообразный канал и смонтировали на нём колесо. Своя пилорама намного удешевляла стоимость тёса и транспортных услуг по его доставке. Старую пристань развалили и вовсю вбивали сваи для новой, попутно укрепляя берега реки. В будущем, мечталось вообще о каменной набережной, а пока можно было перебиться и естественным берегом. Казарма и новая церковь уже обзавелись фундаментом, осталось лишь начать, да кончить!
     В лесной лагерь отправили очередную сотню стрельцов для вторичного отбора и переподготовки. Один взвод из первой сотни оставили для продолжения тренировок и практических занятий в лесах, ещё один взвод вернулся в посад, остальных разделили: кого на работы, а кого и на увольнение. Долгоруков не только руководил, но и сам принимал участие в тренинге, пользуясь моментом. Лев Нарышкин обзавёлся штатом помощников, так как разорваться не мог при всём желании. Впрочем, своя команда подготовленных и прошедших практику спецов-администраторов, никогда не помешает.
     Иоанн, в итоге, вернулся в Беспутино, решив что Москвы ему чрезмерно и надо бы чуток развеяться.
   
     Для массового изготовления интадуры пришлось вырубить площадку в лесу под складирование, туда же перенесли производство. Слишком ответственный товар, чтобы тесниться на прежнем месте. Купцам, прослышавшим о чудо-дёгте, исправно отказывали в продажах, но всё время подъезжали новые и новые. Они почему-то искренне считали, что достаточно потрясти мешочком с серебром и производитель сразу же согласится со столь веским доводом. А так как торговля дёгтем на Руси - явление общенациональное, то Михайла распорядился поставить пост на съезде с тракта. Умники всех сортов полностью задолбали своей крестьянской простотой и городской непосредственностью! Почему каждый норовит обьегорить или, в крайнем случае, поучить жизни, попутно высказав своё "фе"? А если в ответ втюхают в лоб, причём без обоснований и обьяснений?
     Наконец-то отмокли и обсохли меха, обработанные вологодцами. Эффект потряс всех - мягкие, пушистые, гладкие изнутри, осталось лишь тёмным шёлком обшить. Хвосты седых чёрных лис и соболей вообще представляли произведение искусств. Случайно забредшая пара купцов из Порты долго и упорно упрашивала продать их, обещая за ценой не постоять. Правда, они почему-то надеялись платить серебром и понемногу за каждый шедевр. Пришлось обьяснить недотыкомокам, что коллекционные модельные товары, дешевле трёх фунтов золота стоить не могут. Бедолаги-османы неодумевали, каким образом задняя часть старого, поседевшего от такой жизни, соболя, может стоить намного дороже полной шкуры соболя молодого. Торговля кончилась чисто "вяземским, отмороженным" жестом - он запихал десяток хвостов в мешок, повелел выдать два барреля "аспирина", короб спинных чесалок, зубных щёток и прочих полезных штуковин и отправил обоих купцов к Фене Едреневне.
     Единичные, классные товары, вызывают зависть соседей, а то и более высокопоставленных персон. Поэтому, даже козам ясно, что турки вернутся зимой за большим количеством русских ништяков, да ещё и луков привезут, вместе с деньгами. Так как, за луки Вяземский был готов платить цены турецкие, немерянные. Блистательная Порта всё больше разрасталась, перенасыщаясь деньгами, рвалась покорить Австрию, сбросив, мирным договором, с хвоста Московию и нуждалась в особых, уникальных товарах. Обыденные мерсы уже не устраивали беков и пашей - им подавай "Бентли" ручной сборки! А так как купцы и промышленники Европы тоже хотели османский порядок в управлении - то и участь Европы была почти предрешена. Патриотизм западных простяков, торгашей и ремесленников базируется на нормальной, спокойной жизни, а не на лозунгах. Если завоеватели не трогают религию и уклад - им идут навстречу. Так что османы этом пользовались, не вмешиваясь в жизнь простого народа, попутно карая казнокрадов и взяточников: и чужих, и своих. Любой монарх, устраивавший обдираловку верноподданых, мог лишиться страны и полюдья.


  • 0

#36 MARHUZ

MARHUZ

    Писатель

  • Пользователи
  • ФишкаФишкаФишкаФишка
  • 641 сообщений
  • Пол:Мужчина
  • Город:Los Angeles
  • Раса в игре:Люди

Опубликовано 06 Октябрь 2013 - 00:20

     Внешняя стена лесной крепости потихоньку окирпичивалась - Вазген и Ко обучили достаточно работников и их трудовой порыв сдерживал лишь постоянный дефицит кирпича и пережжёного известняка. Три этажа оборонительного сооружения выглядели грозно, даже в деревянном варианте, хотя и непонятны были причины столь высоких расходов. От кого защищаться, если кроме татей и врагов-то нет никаких. Поэтому и Кремль не предьявлял претензий - в конце концов, лишняя крепость под Москвой не помешает на будущее, а сегодняшней угрозы не несёт. Внутренние строения полностью обеспечивали нужды не менее тысячи бойцов, а склады постепенно заполнялись боеприпасами.
     - Эх, кабы на тракте её построили, можно от Твери защищаться, - ёрничали все, кому не лень.
     - Или саму Тверь от крымчаков прикрыть, - вторили им те, кому лень.
     - А может князь хочет царю крепость продать, по-готовому? - догадывались самые разумные, - Али подарить?
     Тайна оставалась девственной и озадачивала многих, кому делать нечего. Поди разберись, какие резоны в отбитой голове бродят неприкаянно?
     Вебер полностью зарылся в своих склянках, помогая и травницам, и Пахому, и дегтярям, заодно выслушивая Мишкины лекции о природе вещей, устройстве мира и не забывая своих исследований. Философский камень и единое лекарство от всех болезней он больше не искал, предпочитая более прикладные методы обеспечения своего будущего. Зато поиски нужной плесени неожиданно дали результат. Десяток нарезанных на куски кукурузных стеблей, забытых алхимиком в погребе, покрылись какой-то дрянью. Август, не задумываясь, соскрёб её и сделал несколько тинктур разной концентрации, на воде и на спирту. Потом выловил селянина с гнойником, вскрыл чирей и занялся испытаниями. Вопли самого простяка заглохли при виде пары талеров. Через три дня даже опухоль спала - о чём последовал немедленный доклад лично князю. Мозговой центр в составе Вебера, Дарьи и Лукерьи был немедленно отстранён от других дел, а Анисим послан в Москву на отлов гниющих и лихорадочных единиц. Для них разбили возле тракта три шатра, чтобы заразу не занести в совхоз, а сами лекари обязались работать в тряпках, закрывших рот и нос.
     Батюшка Пафнутий, довольный строительством новой церкви, выпросил ещё и деньги на организацию библиотеки. Денег дали, охраной и повозкой снабдили, а право самому искать свитки и книжки с картинками, он и так имел.
   
     В начале августа начались испытания дальнобойных крепостных пищалей. Здоровенные, в длину, бандуры крепились в турели, позволяющие наводить ружья вверх-вниз. А сами турели сидели на подставках, обеспечивая разворот из стороны в сторону. Гладкоствольные красавицы заряжались с казны, а пыжовались спереди, так что стрелку требовался второй номер. Боковые рычаги клинили затвор и друг друга. Общий заряд жребия состоял из двенадцати свинцовых пуль. В принципе, Андрей Лукич их уже пристрелял, но следовало убедиться в качестве и удобстве. Полигонные стрельбы подтвердили, что дальность вполне приемлемая - свиные туши рвало даже на шестьсот-семьсот шагов, причём по три-четыре зараз, коли они рядом. Так что, оружие против пушкарей и ротозеев-командиров поступило на вооружение. Правда, требующее три минуты на перезаряд и достаточно свободного места вокруг.
     Дмитрий, вернувшийся из загранкомандировки, докладывал с превеликим удовольствием. Герцог разрешил разместить заказ на четыре сотни курляндских мушкетов по десять дублонов за три штуки и двести пистолей по дублону за каждый. В других странах возникали сложности с экспортом оружия, плюс австрийский император сгребал всё, что находилось в свободной продаже. Потери среди экипажей кораблей морских держав также требовали не только людских ресурсов, но и вооружения для матросов. Да и постоянный дефицит железа вставлял свои три копейки в колёса и Якоб фон Кеттлер согласился на соучастие в "лапландской авантюре". Он даже возжелал провести самоличные переговоры с Карлом Одиннадцатым. Единственное, что попросил столь практичный монарх - это побыстрее прислать пятьдесят тысяч талеров в качестве оплаты десятилетней аренды Тобаго с возможностью пролонгации договора по тем же ценам. Зачем вносить пай в шведский проект из своего кармана, когда можно продать права на неиспользуемую колонию и на эти деньги обеспечить свою долю нужнейшего металла? По большому счёту, Вяземский и сам бы так поступил.
     Из Кремля сообщили, что Фёдор Алексеевич возвернулся к царствованию, отпустив Наталью Кирилловну отдохнуть от трудов тяжких. Некоторые беспутинские отвары вернули ему активность, хотя и не могли излечить. Началась длинная череда заблаговременных обсуждений потенциальной невесты и следовало успеть закончить работу над проектом, отменяющим местничество. Оттого, что пращуры когда-то проявили себя с лучшей стороны, их потомки не становились умнее или талантливей. Наоборот, прежние заслуги рода позволяли бестолковым и нерадивым занимать ответственные должности. Вот только под их рукой ныне находилось неимоверно больше людей, важных ремёсел и иных структур. Систему следовало время от времени менять - даже в семнадцатом веке такое понимали! Нельзя бесконечно использовать одну и ту же арбу, как бы мила и привычна она ни была.
     Наконец-то приехал снарядопроизводитель со своими мастерами. Он, конечно, возрадовался предложенной цене и согласился на подряд в тысячу гранат. Открывать секрет той фигни, которая внутри поджигала порох, спец отказался, хотя никто другой не стремился делать у него заказы. Гранаты требовали нежного обращения и аккуратности при транспортировке. Обсуждения по изготовлению ручной разновидности выявили проблему - размер получался немаленьким, так что проще было бы разработать бомбы с фитилём. Михайла выделил место возле дороги к тракту под мастерскую и склад, выдал в качестве аванса бочонок с серебром. Пусть лучше туляк сам закупает нужный порох и химикалии для своих поджигалок-громыхалок и не дёргается по поводу секретности. Единственным согласованным нововведением, которым заинтересовался бомбодел, стала разработка металлической переносной мины со специальным фитилём.
     Афанасий сел за расчёт годового баланса, чтобы подготовить цифирь оплаты остатка налога. Финансовый год заканчивался и следовало отчитаться полностью в первый раз, чтобы потом на слово верили. Казна дала добро на использование мальцев в первозданном виде, без надпечатки. Курице, несущей золотые яйца, лучше предоставить несущественные привелеи, чем мешать ей спокойно нестись. Думцы, любящие хапать из казны официальным путём, являлись самым мощным лобби в Кремле. Никто не хотел, чтобы Вяземский переехал в какую-нибудь Курляндию или Португалию. Проще сделать поблажки здесь, чем остаться без налогов от достойного производителя! Да и какая разница каким золотом и серебром будет платить Михайла на Руси, если деньги пойдут на пользу внутренней экономики? Пусть лучше субподрядчики отдают монеты на перечеканку.
     Отдельным взором Мишка приглядывал за свеклой: белой и красной. Весь урожай должен был пойти на воспроизводство, за исключением того, что будет использовано для выдавливания сладкой жижи. Уж очень хотелось сахарный сахар создать и, наконец-то, нормально чай пить. Хугу Гонсалвеш тоже бдил в этом направлении - если князь прав и удастся делать сахар из свеклы, это будет новый путь для прохладных стран. И вообще, интересно же из "нифига" делать новые "фига"!
   
     Именины Иоанна, по протоколу, полагалось справить в Кремле в окружении родственников и почётных гостей, а вот пятнадцатилетие отмечали в селе. Оглашенные скоморохи, напичканные иноземными музыкальными инструментами, включая рукерс-клавесин, гнали с перерывами джаз-бэнд, состоящий из Мишкиных песенок и парафразов народных причиталок. Они устроились на пл.им.Анисима посередь села, а всем остальным приходилось терпеть вокально-инструментальный беспредел. На сабантуй "понаехали тут" только близкие, состоящие из Мышецких, Долгоруковых, Нарышкиных и даже, здоров живёшь, Ромодановского! Консервативный пень уже проникся духом перестройки и нового мышления, примкнув к молодой самостоятельной поросли. Герр Вайзер на этот раз доставил пиво совсем бесплатно и в солидном обьёме. Мода на его напиток богов уже разползлась по Москве и он обустроил десяток точек в разных районах. Совладельцами стали несколько "тигрят", пожелавших запустить в дело свои денежно-жировые отложения. Ну, а в случае успешного итога переговоров в Швеции, в городке Лулео предполагалось открыть и пивной филиал, и Пахомовский ликёро-наливочный.
     Царевич, заваленный искренними дарами выше крыши, лишь краснел от смущения и улыбался от счастья. Наконец-то начали сбываться обещания Михайлы на тему: "Будет день - будет пища!" Прошло меньше года, а жизнь круто перевернулась вверх дном. Появились друзья, проекты, заботы - всё то, о чём даже не мечталось раньше. Теперь имело смысл жить во всю ивановскую, наслаждаясь каждым прожитым днём. Эх, если бы ещё и всей Расее такую же благодать обеспечить! Впрочем, вредоносный Вяземский советовал не пытаться обьять необьятное, которое, почему-то, никаким аршином не обмеришь...


  • 0

#37 MARHUZ

MARHUZ

    Писатель

  • Пользователи
  • ФишкаФишкаФишкаФишка
  • 641 сообщений
  • Пол:Мужчина
  • Город:Los Angeles
  • Раса в игре:Люди

Опубликовано 06 Октябрь 2013 - 00:38

    Переговоры двух деятельных мужей Европы, Якоба фон Кеттлера и Карла Одиннадцатого, проходили в полном взаимопонимании. Престарелый герцог Курляндский понимал, что "лапландский проект" видимо последнее достойное деяние в его жизни и вложил все силы в реализацию договора. Карл, король Швеции, наконец-то освободившийся от засилья собственного парламента, был открыт к любым акциям, которые помогут реформе шведской экономики. Дурацкая война с Данией, хотя и победная, выявила потребность в коренном изменении шведской деловой консервативности. Микроскопический бюджет в миллион далеров в год вынуждал искать инвесторов, так что идея Вяземского прекрасно укладывалась в пожелания обоих монархов.
     Конечно, необычное соглашение могло вызвать сложности, но шведский король решил лично курировать предприятие, чтобы обеспечить необходимый имидж деловой надёжности. В конце концов, главным было начать, а дальше всё пойдёт по накатанной колее. Даже поставка продуктов питания португальцами, за счёт русской стороны, предусматривалась, так как шведская Лапландия вообще-то полуголодный край. Ещё одним странным условием Вяземского являлось то, что на одном из рудников будут работать только московиты. И не кандальники, а вольные рудокопы! Свои бараки, своя столовая, свой режим работы в шахте (три смены по пять часов в день) и даже свой инструментарий.
     По договору, руда добытая русскими, перерабатывалась шведскими литейщиками в слитки железа и отправлялись Вяземскому. Остальное железо, делилось между Курляндией и Швецией, а руда для него добывалась шведами по их канонам. Стартовый капитал составил гигантскую сумму в сто пятьдесят тысяч далеров или эквиваленте. Порт Лулео был передан под нужды создаваемой компании. Забавно, но никто из компаньонов, включая московита, не предполагал, что лапландское железо имеет ценнейшую составляющую в виде никеля!
     Попутно, герцог Якоб передал пожелание Михайлы о возможности аренды Хельсингфорса и окружающих земель в радиусе пятидесяти вёрст сроком на двадцать лет. В полное и безоговорочное управление, без всяких шведов! С правом заселения своими работниками и строительства порта своими силами. За эту сделку Вяземский готов был выплатить двадцать тысяч серебряных мальцев авансом и сто тысяч в рассрочку в течении всего срока. Король пообещал обдумать предложение и лично ответить князю-делавару. Пришли времена, когда финансы и бизнес стали важнее этикета и протокольности отношений. Мудрые монархи уже понимали, что мир изменился и даже Людовик Четырнадцатый лично состоял в четырёх десятках компаний, невзирая на свой титул! Чего же было чиниться королю Швеции, когда нужно строить принципиально новую военную машину, флот, экономику? Старый тип хозяйствования мог лишь оставить страну далеко позади других, а значит ослабить в войнах будущего. Да и толку с этого Хельсингфорса? Болота, да чащобы с буреломами, много ли от него толку?
    
     Сам Михайла раскатал мечтальную губу аж за горизонт! Ну ладно, Тобаго - тот же Абрантуш с кентами-купцами будет платить золотом за право пользования укреплённой базой для удобства торговли. А Хельсингфорс куда транзитит? Из Ревеля в Выборг? Или обратно? Да там, по прямой, куда угодно можно доплыть без сопливых посредников. Пляжный курорт тоже не построишь - ни пляжей, ни климата, ни кока-колы! Так что, ближники так и не поняли Мишкиных устремлений к глобализации, а сам он не спешил поделиться планами. Тем более, имел деньги на свои капризы. Приближённые гадалкины уже сообразили, что чухонский закидон - всего лишь средство подразнить Афанасия, вечно бухтящего на тему "денег вам некуда девать, ироды".
     "Ироды" ржали, но упорно выдумывали новые средства для их зарабатывания. Последним писком будущей визиготской моды стали "бобрики" - меховые шарики с плетёной верёвочкой, чтобы на запястье одевать. Ежели кому нечем руки занять в беседе, али просто так - бобрики обеспечивали попутное развлечение. Их можно было мякать безумно долго, а также поглаживать и пушистить. Первыми мехо-мякальными наркоманами стали деревенские кумушки на своих посиделках-говорильнях. Эффект колоссальный - оторваться невозможно. А чем придворные матроны отличаются от беспутниц? Те же руки, ноги, грудь и длинный язык! И та же страсть ко всему мягкому и пушистому.
     Заглавный ирод "изобрёл" совсем умственную игру - эдакую плоскую коробочку, а в ней плашки с номерами от одного до пятнадцати. В самой коробушке имелось лишь одно свободное место, чтобы передвигая лакированые квадратики, менять их местами до посинения. Или пока рядки от единички к пятнадцати не выстроятся по порядку, даже если вначале всё было разложено как попало. Для усугубления заманухи Вяземский обьявил приз в тысячу серебряных мальцев тому, кто первый добьётся успеха в хитрой конфигурации и покажет самолично, как это сделал. Всё гениальное просто: в планшетке выставлялись ряды "по порядку", но плашки с номерами "14" и "15" меняли местами. Всех вяземцев предупредили, что голову оторвут тому, кто будет дуру гонять в рабочее время!
     На тракте, рядом с постом, раскинули шатёр и установили прилавок для проезжающих. Торговля сопровождалась специальными пояснялками, для чего отрядили самого умелого говоруна. Цена была простой, но вдумчивой - один ефимок за комплект головоломки. Заодно, предупреждали о призовой игре, чтобы сбыт увеличить. Кстати, приз можно было получить лишь имея беспутинский набор с бренд-клеймом. Конкурентов-изготовителей, небось, повылазит, как грибов после дождичка в четверг. Купцы и их люди охали, крякали, требовали снизить цену за безделушку, но всё равно покупали на гостинцы. А дальше всё развивалось проще: головоломка увлекала и подсаживала не хуже онлайн-игр. Ну, а помечтать о призовой тысяче никому не возбранялось! Простота, конечно, хуже воровства, но гениальна по определению - за увлекательный досуг следует платить и деньгами, и вывернутыми мозгами.
    
     Афанасий, сдавший остаток налога, получил положенную долю похлопываний по плечу, лестных слов и пожеланий приезжать почаще. А потом, в кабинете у Васи Голицына, выслушал лекцию о том, что дружба с людьми весомыми может вернуть опальному дьяку расположение. Главное, исправно сообщать князю о том, что творится в Беспутино и в казне Вяземского. Благодарный Афоня откланялся от всей души и пообещал раз в два-три месяца навещать вельможу. Тем более, что Михайла давно предупредил своих ближников о таких предложениях. Лучше на них соглашаться и сливать разумную полуправду, а в пиковый момент и дезу, чем наживать неприятности в позиции "раком, против ветра". Дьяк всё больше убеждался, что бродяжич гораздо умнее, чем выглядит и знает о жизни куда больше, чем положено в его возрасте. Такие мысли пугали и радовали одновременно - всё-таки была какая-то тайна в Мишке. Нужная, полезная и могучая тайна! И гораздо интереснее помереть рядом с такой мистерией, чем жить вдали в целости, спокойствии, но скучно.
     Придворные затейники уже перебрали всех невест, но никак не могли сойтись на одной. Сам государь всё больше приглядывался к красивой, богобоязненной старообрядке Марфе, дочери бывшего стольника Матвея Апраксина. Забугорным кандидаткам он более не доверял, надеясь отныне лишь на своих. Видя такое дело, самые гибкие интриганы начали плести "апраксинские кружева", желая оказаться в нужный момент поближе к возможным фаворитам. Хотя, "переблизить" тех же Нарышкиных, никому не удалось - единство по татарской крови имеет преимущество в среде урусов. Сколько бы ни говорили о полной ассимиляции и обрусевших инородцах, но всегда может наступить момент класса "поскреби русского и татарин вылезет".
    
     Дегтярные изыскания не прекращались, так как Вебер, общаясь с братьями-дёгтегонами, пришёл к выводу о необходимости делать смазку более густой. Конечно, для валов, вращающихся с большой скоростью, нужна жидкость, но на кой чёрт это тележной оси? Под загустители использовали всё, включая нафту и смолу, однако успешным научным тыком, странным образом, оказался смолотый в пыль известняк. Уж как он там переваривался в единую смесь - известно лишь самим разработчикам, но новый вариант дал в результате эффект "сам-три". Воистину, заставь энтузиастов богу молиться и они в своём рвении Землю перевернут, лишь бы поближе к объекту вожделения оказаться.
     Новая срача совсем расстроила прибывшего Саргиса, который даже денег привёз на старую. Ну куда же это годится, когда МНТК "Глухомань" выдаёт инновации быстрее, чем приличный купец сплавает туда-сюда по рекам, да морям? Да ещё на обратном пути захватит представителя Хабиров, изготовителей луков и арбалетов.
     - Никуда такая торговля не годится, Михайла-паша, - расстроился торговец, - я тебе бочки с золотыми динарами везу, жизнью рискую, а ты мне неправильную срачу подсовываешь!
     Саргис, сразу оценивший новое название и хорошо знающий русский, воспользовался семантическим моментом. Для улучшения торговли, естественно!
     - Да наварю я тебе оговоренной срачи, не беспокойся, уважаемый. Предупреждать надо, что много хочешь купить. У меня производство не резиновое.
     Щелчок в голове турецкого перса-армянина предупредил о возможном новом "резиновом" товаре, невзирая на пояснение о том, что просто бродяжье бессмысленное выражение выскочило. Следовало запомнить и у кого-нибудь спросить что к чему. А пока, обе договаривающиеся стороны обсудили куплю-продажу дёгтя-2. Уж очень он пришёлся по душе в Персии и Сирии. Изобилие ткацких мануфактур и скрипящего транспорта, особенно в уборочную страду, требовало смазки экономичной в пользовании. Да и собственные купеческие интересы превалировали, когда для перевозки уймы бочек требуется в два раза меньше фрахта, не говоря уж об экономии в транспортировке срачи-3.
     Привезённое золото пересчитали в мальцы, чтобы не путаться в мини-динариках, слишком мелкоскопичных для серьёзной торговли. Сто двадцать тысяч монет приравняли к пяти тысячам бочек "двоечки" и трём тысячам бочек "троечки". Заказ было обещано исполнить до весны 1682 года, но купец оставил своего представителя, чтобы отправлять обозы по мере изготовления. На цену "жидкого аспирина" Саргис персонально обиделся, зато скупил зачем-то гору чесалок, бобриков и "пятнашек". Поди разберись с актуальностью экспортных товаров и их приоритетами?
     Член семейства Хабиров, Абдулла Хаким, привёз образцы и согласился остаться, чтобы определиться с модификациями для новых заказов. Сбыт традиционного семейного оружия падал из-за пороховых видов и имело смысл ухватиться за нового заказчика. Приблудный татарчонок, прозванный Максимкой, с радостью вступил в должность толмача, чтобы хоть чем-то отблагодарить князя, приютившего пацанёнка на селе.
     К сожалению, из Индии пока не было новостей, кроме образцов индийской хлопковой ткани и самого хлопка. Вата нужна была для лекарской службы и алхимику для экспериментов по пропитке. Да и собственным деревенским тёткам она совсем не помешала бы для их ежемесячных потребностей. А чего не проявить заботу о ближнем, когда все, кому не лень, бабло везут со всего мира? Не с собой же в курган тащить?
     Панцири и сельхозинструменты из усиленной дамасской стали вполне устроили Вяземского, так что часть динарного месива пришлось вернуть, чтобы заказать необходимое. Торговец немедленно отдал колобашки обратно, дозаказав ещё две тысячи бочек интадуры-3. Чувствовалось, что вскоре оба-двое вообще перейдут на клиринговые операции. Впрочем это изымало из группы рисков перевоз самих денег, что порадовало купца.


  • 0

#38 MARHUZ

MARHUZ

    Писатель

  • Пользователи
  • ФишкаФишкаФишкаФишка
  • 641 сообщений
  • Пол:Мужчина
  • Город:Los Angeles
  • Раса в игре:Люди

Опубликовано 06 Октябрь 2013 - 00:46

         Ударное производство новых дёгтей пришлось Мишке по душе. Если поднять цены на закуп обычного - моментально отреагирует рынок. Внутренним потребителям, в большинстве, такое не страшно - почти все производили смазку для самих себя. А вот по иноземным купцам спекуляция ударит, придётся дороже платить, чтобы исполнить свои договоры с европейскими потребителями. А сидеть и ждать, пока цены спадут, никакой "заморский челнок" не будет, конкуренты могут покупателей перехватить. Иоанн сразу ухватил идею:
     - Зимой и на меха можно цены поднять, - предложил царевич, - тогда многие иноземцы вынуждены будут брать, чтобы к "меховому каравану" успеть.
     Борис Голицын только репу чесал от изумления, восхищаясь возможными прибылями. Мечтать ни разу не вредно, особо когда никто не запрещает попробовать. А ежели, заблаговременно, подкупить мехов и дёгтя, пока цены старые - то потом и перепродать излишки не грех. Мышецкий с Ромодановским и Львом Нарышкиным тоже решились поучаствовать в афере небольшими суммами на две-три тысячи ефимков. Сумбурный план, невероятный на первый взгляд, основывался лишь на ментальности русских торговцев. Надежда удачно продать и природная упёртость вполне могли сработать - ажиотаж всегда начинается с малого слуха.
     Для закупа тысяч бочек дёгтя выехала целая делегация под руководством Афони. Шуму на Москве (через прикормленных крикунов и шептунов) понаделали великого, оплачивая каждую четырёхсотфунтовую бочку аж целым талером, ефимком, а то и золотым динаром. Европейские купцы завыли от горя, видя что инициатива соблазнила всех тех, кто владел смазочным товаром. Дьяк тщательно и медленно вёл дела, а один из братьев Дегтярёвых (такое имя само прилипло почему-то) проверял содержимое каждой бочки. Мечта получить ефимок заместо копеек удерживала производителей от сбыта на стороне, что и требовалось организовать. Финансовый год кончился, налоги уплачены, так чего же не придержать товар малёхо? Чай, бочки есть-пить не просят?
    
     Михайла дёргался и нервничал из-за дурацкой ситуации: кубышка была переполнена и в то же время денег хватало лишь на оплату заказов и жалованья, не более. Двадцать четыре тысячи динаров сразу отправили в казну, чтобы, не дай бог, не проколоться потом. Заботы одолели вконец, их количество уже превышало число исполнителей. Хорошо хоть диковинный и обильный урожай удалось собрать и заныкать по амбарам, да погребам. Белосвекольная жижа, под личным контролем алхимика и Лукерьи, дала наконец-то сахар: липкий, сладкий, желтоватый, но мало. Хотя кто его знает, может это и нормально, когда из пуда свеклы получается три фунта леденцов, размером с казан. Местным отрокам раздали ступки и поручили толочь куски в песок, так они, заразы, ещё и подъедали понемногу!
     Чуток успокоили долгожданные письма от Лариона. Обоз добрался до Курска без проблем, несколько боёв с татями не в счёт, побили всех апологетов лихой жизни. Заодно, след оставили в виде колов с нанизанными разбойниками. В самом Курске приезжих встретили нормально, а ознакомившись с письмами и бумагами на владение, предоставили полный карт-бланш. А куда воеводе деться от двух подвод с дарами царского уровня? Ларион, проведя пару дней в особняке Вяземских, настучал по тыкве управляющему, совсем заворовавшемуся и загнобившему подотчётную деревеньку. А добравшись до Красного болота началось финальное обустройство, ибо от деревни осталось лишь четыре еле тёпающие семейства. Новички сразу занялись реорганизацией, попутно одарив местных скотом, припасами и инструментом. Даже немножко денюжек раздали, чтобы приободрить несчастных и прикормить. В такой глуши никуда без проводников не доберёшься - комары забодают, да леший с водяным устроят вырванные годы.
     Туляки-литейщики бродили по болотным островкам и всласть нахваливали глинистую жижу. Такой железистой грязи они ещё не встречали.
     - Ох и богатое болото у Михайлы Алексеича, цельный завод можно поставить, да железо славное вываривать!
     - Да уж, таких болот под Тулой не найдёшь.
     Рудознатцы чихать хотели на почти собратьев, а урыли в близлежащие холмы, раскопки устраивать. И чего их устраивать, коли Курская Магнитная Аномалия сама вылезает во многих местах Курской области: и на севере, и на юге? Так что, ближайшие холмы сразу проголосовали рудой, в первые же недели. Хорошо искать там, где знаешь заранее, ещё из двадцать первого века. Тем более, что все признаки наружу выглядывали, да никто их видеть не хотел. Поди узнай, что полтора десятка вёрст буреломов, болот и чащоб к югу от Сейма, вдруг обернутся заныканным богатством? А жители деревни никогда даже толкового кузнеца не имели - их когда-то привезли и поселили, чтобы глухомань, выданную царём, обозначить. Так что ограничились охотой, грибами-ягодами и прочими дарами природы. Подмастерье, которого обязали кузнечить, только крицу из жижи болотной выжигал, чтобы под рукой железо имелось.
     Для того, чтобы привести в божеский вид местную речку, наняли мужиков в Курске, благо там своих безработных имелось. Кстати, за речкой начинались дачные земли Иоанна Алексеевича. С такими же холмами, болотами и лесом. И, как оказалось, со своим рудником!
    
     Царевич, обрадовавшись, тут же умчался на посад, чтобы организовать свой караван с переселенцами из уволенных стрельцов и московских безработных. Комплект выкупленных туляков у него уже имелся, осталось главу делегации найти. Переговоры с бывшим "дядькой" Прозоровским прошли успешно - Пётр Иванович согласился посвятить год своей жизни потенциальному наследнику престола и организовать поселение, рудник и завод. Тем более, что Иоанн Алексеевич посулил ему десятую часть добываемого железа за радение и старание. Хошь торгуй им, хошь себе пользуй, пока живёшь, но без права наследования доли, конечно. Условие необычное, но очень даже приятное по тем временам.
     Посадские работы тоже продвигались к светлому будущему. Бригада ручейников, наблатыкавшись как следует и простимулированная методом оплаты по результату, явно успевала закончить благоустройство второго ручья до холодов.
     - Эдак вы мне Венецию здесь построите, - подшучивал довольный Иоанн, - впору лодки ихние заказывать, да по каналам кататься.
     Работяги дружно подхихикивали, не особо задумываясь, кто такая Венеция и сколько в ней ручьёв. Деньги платят, едой кормят, струмент выдают, пить запрещают - что ещё нужно рукастым мужикам? Каждое воскресенье, как белые люди, с семьёй церковь посещают и благоверным деньги приносят. Поди, такая жизнь лучше прежней, когда стоять возле базара приходилось с другими бездельниками, выжидая любой работы, лишь бы наняли.
     Очередная сотня, по слякоти и грязи, ушла в лесной лагерь, сдав дежурство вернувшимся с учебно-тренировочных сборов . В лесу остался лишь очередной взвод, в то время, как первый заканчивал "полевые учения". Уже пятеро "солнышек" изучали военное дело в отряде "егорок", являясь зародышем будущей разведки Иоанна Алексеевича. Москва тоже не сразу строилась, а ведь вон какая большая выросла и всех под себя подмяла. Хотя и была когда-то никому ненужной черниговской деревушкой.
    
     В Беспутино пришла долгожданная радость - разрешили кушать картошку и кукурузу (помидоры - только со своих огородов). Гонсалвеш давно уже предупредил, что перед сбором урожая следует выкопать одну картофелину и сковырнуть коричневую кожуру. Если под ней будет зелёная кожица - ждать, пока не дозреет, иначе придётся буртовать "второй хлеб". Нечего травиться из-за спешки! Михайла тоже слегка отдышался, всё-таки расходы на продукты питания сжирали часть бюджета, а открытие второго фронта облегчило финансовый баланс. Правда, рожь и пшеницу по-прежнему импортировали, но муку уже мололи на своей мельнице, поставленной на Малютке. Саму Малютку почти освободили из плена, решив остатнюю часть осыпи прокопать следующим летом, когда вода сядет. Болото подсократилось за счёт дренажных канав и поделилось очередным илом и торфом. Соседи, на пару десятков вёрст вокруг, везли в совхоз "Заветы Вязьмича" свой торф и прочее дерьмо, вперемешку с рыбьими (дефицит) и скотьими костями. Бригада удобрителей, вооружённая мельницей, прессом и другими орудиями труда, производила всяческий компост и даже фосфорные удобрения (дефицит). А заодно и народное московитское торфяное топливо, раз каменного угля бог не дал!
     Агропром Вяземского стал ударником "предпетровской пятилетки"!


  • 0

#39 MARHUZ

MARHUZ

    Писатель

  • Пользователи
  • ФишкаФишкаФишкаФишка
  • 641 сообщений
  • Пол:Мужчина
  • Город:Los Angeles
  • Раса в игре:Люди

Опубликовано 06 Октябрь 2013 - 00:55

    Глава девятая
    
    
     Делегацию в Курляндию и Швецию собрали солидную, поручив лидерство Дмитрию. Правой рукой стал безусловный Афанасий, а для понтов Михайла уговорил Бориса Голицына создать имидж. Тот и сам несказанно обрадовался возможности поучаствовать в забугорных деловых переговорах, тем паче, что приглашение пришло лично от Карла Одиннадцатого. Нью-повозки, успешно прошедшие испытания и степенно размножающиеся в количестве, загрузили всевозможными прибамбасами самого высококачественного пошиба. Первая рота "тигров", эффектная и грозная, отправилась эскортировать обоз, включивший в себя бочонки с золотом. Серебро лучше использовать на месте, чем таскать к чёрту на кулички. Кузьма, как всегда, должен был остаться в Смоленске с двумя взводами, на случай, если душ Сантуш и "душ Андреич" разминутся по времени. Торговля и бизнес - не политика и ни у какого ОВИРА не нужно спрашивать разрешение на встречи с высокотитулованными особами. Чай, не Англия с её дурацкими ограничениями на выезд за рубеж.
     Глашка, помахав платочком отъезжантам, вернулась к Мишке, чтобы продолжить издевательства. В последнее время, она нещадно трясла ненаглядного, убеждая жениться пока не поздно.
     - Вон сколько княжон на выданье, одна другой краше и родовитей, - настаивала полюбовница, - да за тебя кто хошь дочку отдаст и приданое отвалит немеряное.
     - Отстань, шалопутное создание, нафига мне жена, - отбивался поселковый "царь и бог", - хватит одной пилы-красавицы!
     - Я не пила, но не уймусь пока ты не согласишься. Али тебе иноземную принцессу нужно? - наконец-то дошло до Глафирьи, - Ох и дура я, что сразу такое не удумала. Може у герцога Кеттлера внучка есть?
     Обсуждение велось втихаря, без свидетелей, в спаленке, поэтому Михайла прервал свою любимую тарахтелку-советчицу каскадом поцелуев.
     - Ну, Миша, ну я же серьёзно, пора тебе наследников заводить, пока молодой. А я с детками нянькаться буду, дворовой тёткой им стану.
     - А по ласковой заднице не хочешь получить, счастье ты моё чугундуристое?
     Дурковать любили оба, но Глашка всё-таки не унималась.
     - Ну хоть сам скажи на кого глаз положил, не верю, что ты о семье не думаешь. Жаль, царевен ноне нет для тебя, Софья Алексеевна - стара, а Наташка... - неожиданно заткнулась ходячая неугомошка.
     Действительно, Наталье Алексеевне Романовой было лишь восемь лет, но ради такого союза можно и подождать несколько лет. Тем более, что это время Вяземский провёл бы со своей боевой подругой.
    
     Самого Михайлу давили финансовые вопросы. Цены за ивняковый отвар были чересчур завышены, а как съехать пониже после задекларированных понтов, он пока не знал. Со всеми видами дёгтя получалось гораздо проще, поэтому затарка шла полным ходом. Теперь следовало определиться с технологией изготовления сахара из свекловицы. В основном, как выяснялось, сахар делали всё-таки тростниковый, тем более в колониях получали по два-три, а то и четыре урожая в год. Зато белый сахар гораздо слаще! Эх, втюхать бы рецепт каким-нибудь французам, да подороже. Раз имеются свои монопольные товары, то нечего подгребать всё, что мимо пробегает.
     Списки потенциальных инноваций бессмысленно ждали своего часа - знаний не хватало, а порой и не было совсем. Дурацкий примитивный паровик никак не хотел работать толком и требовал постоянного контроля. Конечно, использование принципа эксцентрика, позволило создать вертикальную распиловку, переводя круговое движение в прямолинейное, через шатуны. Но всё требовало точности и балансировки, а спецов не хватало. Хоть колледжи открывай, где ни попадя!
     Учебный гарнизон крепости тратил средства всеми доступными методами, более тысячи курсантов разного уровня дружно хотели жрать. Да ещё и каждый день по три раза! Порох и свинец для учебных стрельб закупался обозами, пока, слава богу, находились продавцы. Сапоги снашивались быстрее, чем приобретались. Вот и приходилось тратиться на высококачественное обмундирование и обувь, чтобы надолго хватало. Через первичный отбор прошли более трёх тысяч кандидатов и хотя многие отсеивались после первой же недели, но они тоже выходили в копеечку. И без дружинников нельзя - сегодня не подготовишь, завтра будешь локти кусать. Хотя жаловаться глупо, так как средний "тигрёнок" уже превосходил раза в три любого другого солдата, даже янычар. И по бронированию, и по вооружению, и по боевой и силовой подготовке, и по умениям и, даже, ментально. А постоянные рейды и бои с татями, оказались великолепной полевой подготовкой и закреплением навыков.
    
     В начале ноября, в гости заглянул Василий Голицын. Вроде бы ненароком, но с некоторыми претензиями.
     - Ты, Михайла Алексеич, вздул цены на дёготь так, что иноземные купцы жалуются, - завёл он стандартную пластинку, - не могут оне покупать его по старым ценам, никто не хочет продавать.
     - Василь Васильич, ко мне какие претензии? Я же просто покупаю по своим ценам, разве это запрещено на Руси?
     - Нет, можешь хоть золотом платить, но продацы дёгтя задёшево больше не хотят торговать. Говорят, мол, дождёмся Вяземского и ему отдадим выгодно. Но ты же не весь дёготь скупишь?
     Голицын, в принципе, хотел лишь выяснить, когда Мишка закончит бум с ценами. Хотя и сам имел интерес к новым расценкам, так как его хозяйства тоже дёгтем торговали с иноземцами. Дурацкая ситуация, когда непонятно чего ожидать и где соломки подстелить. Брательник Борис уже изрядно наварился на своевременных перепродажах, так как вовремя затарился дешёвой смазкой. Часть заморских купцов начала закуп, смирившись с потерями части прибыли, но сообразив, что ещё хуже потерять время на оборот деньги-товар-деньги. Всё-таки Московия обеспечивала более четверти европейской потребности в дёгте, а может и поболе. Швеция и Польша, вместе взятые, столько не выставляли на общий рынок. Когда-то, Иван Грозный решил перекрыть Дегтярную Трубу, а потом приоткрыть по новым ценам. Его до сих пор весь мир помнит, как "кровавого и жестокого тирана"! Тем более, что он такой фортель выкинул с пушниной, оставив "немцев-торговцев" без огромнейших прибылей. И за что Европа будет любить сего монарха? Фантики и похвалы дают лишь тем, кто послушно продаёт всё по дешёвке Старшему Брату. Тогда и жвачками могут поделиться и даже джинсы завезти из Турции!
    
     Абель Монтойя вовсю усиливал свою сотню за счёт военного ведомства. Он заказывал "вяземское" бронирование, пики, двуствольные пистоли, проводил ежедневные тренировки со своими бойцами, даже организовал строительство спорткомлекса. Попутно завёл магазин, где торговали русскими сувенирами. Последней каплей оказалось внимание придворных дам. Более родовитые хлыщи накатали на него ряд жалоб и военный министр посоветовал капитану выйти в почётную, хотя и несправедливую отставку. Пенсион назначили солидный, но порекомендовали убраться из Мадрида, желательно на несколько лет. Великолепно подготовленную сотню передали сыну одного из грандов, который нагнал из неё два десятка слишком преданных Монтойе кирасир. Оружие и обмундирование оставили уволенным, чтобы не злить родственников гвардейцев, но видеть больше не желали. И куда бывшим воякам деваться?
     Обсудив создавшуюся ситуацию, элитники не удумали ничего лучшего, как пойти наёмничать, так как другого делать всё равно не умели, а идти на пенсию было рано. Подальше от Испании - поближе к кухне! А где самая лучшая кухня, да ещё и зимой?
     Душ Сантуш, развезя моющие средства по потребителям, заодно перетёр насчёт отвара. Астрономические цены на "аспиринку" - радости у потенциальных покупателей не вызвали. Конечно, по несколько баррелей заказали оба двора, но лишь для сугубо внутренних, экстренных нужд. Педру Второй сказал, что дороже двух мальцев за галлон действительно целительной жидкости, он покупать не будет и это его последнее слово. Всё-таки, титулованные обладатели подагры нуждались в точечном обезболивании, как и прекрасные, фигуристые обладательницы регулярных мигреней. Сотня баррелей, то бишь четыре тысячи галлонов в год, могли обеспечить полностью все потребности двора и многочисленной родни.
     Испанцы, точно так же отреагировали, видимо золото в закромах стало уменьшаться. Французы пока вообще не интересовались товарами из Московии, кроме пушнины и "срачи". Интадура их заинтриговала, так как постоянные войны требовали не только экспедиционных корпусов, но и сопутствующих обозов. Транспортировка смазки выгрызала часть бюджета любой кампании, причём ежедневно, как и еда. И если солдат можно иногда оставить без обеда, то оси долго скрипеть не будут. Сгорят от обиды за некорректное отношение! Цены французов не пугали - Людовик Четырнадцатый, будучи нищим во времена Мазарини, имел хорошую память. Поэтому, войдя в силу и дорвавшись до власти, поставил своему Кольберу задачу класса "ни дня без накоплений". Он оставался неумолим и ныне, даже сам не зная сколько деньжищ заныкано по разным кубышкам. Высвечивался лишь размер ежегодного бюджета, а всё остальное оставалось за кадром. Да и бюджет явно выпукливался, затмевая собой суммарную казну Польши, Швеции, Московии и ещё целого набора стран. Выражение "миллион луидоров" не вызывало королевского трепета или почтения - так себе, обиходный слэнг.
     Даже Хуан Рикардо, дружище Абрантуш, был растерян... от милостей Педру Второго. Регент, на последней аудиенции, обласкал бедолагу бастарда Авейру так, что не оставил тому выхода. Просьба, кратная тройному требованию, заключалась в следующем. Независимо от того, будет Мигель Вяземски поставлять русское "чёрное золото" или нет, Ивану Рикардовичу следовало обеспечить поступление десяти тысяч бочек в год. Хоть просто дёгтя, хоть интадуры, хоть легендарной срачи! За это, Педру Второй, возвёл португальское имение Абрантуша в статус виконтства. Хотя оно состояло лишь из деревушки и замка на берегу малюсенькой бухточки под Сетубалом. Мало того, он разрешил обустроить целое будущее капитанство в Бразилии, начиная от небольшого форта семейства Авейру, расположенного в пятидесяти милях к западу от форта Сан-Жосе на Риу-Негру. Места отдалённые, глухие и необжитые, но потенциально богатые лесом и неизведанностями. Дальше, по Амазонке, бродили лишь иезуиты со своей миссией дружбы и заплывали различные авантюристы в поисках халявы.
     Регент настолько расщедрился неосвоенными глухоманями, что разрешил своему эмиссару наобещать Вяземскому с три короба. То есть, дать возможность поставить независимый форт на месте впадения Риу-Пурус в саму матушку-Амазонку и даже пользоваться этим Пурусом всласть и надолго. Конечно, каждый хитрец готов поделиться тем, на что не хватает ни людей, ни денег, ни времени. Он бы ещё Антарктиду предложил, вместе со всеми пингвинами в придачу! Хотя, жаловаться грешно, такое добродушие позволяет, по крайней мере, беспрепятственно шлындать мимо освоенных территорий и никто дурного слова не скажет. Да и опасно это! Цивилизованный народ ведь ещё не знает, что медведь - птица резкая: сначала голову оторвёт и лишь потом задумывается над вопросом "а зачем?"
     Хорошо, что Рикардыч, по молодости, не осознал до конца всех сложностей бытия и решился на шаг, обозванный родственниками "отчаянным". Эмиграция в Московию на несколько лет без права оставить Родину несмазанной вдосталь! Хотя, кто не рискует - всю жизнь будет придворным планктоном.


  • 0

#40 MARHUZ

MARHUZ

    Писатель

  • Пользователи
  • ФишкаФишкаФишкаФишка
  • 641 сообщений
  • Пол:Мужчина
  • Город:Los Angeles
  • Раса в игре:Люди

Опубликовано 06 Октябрь 2013 - 01:03

         Переговоры Дмитрия, одного из первых кавалеров "медали татеборца" (дающей право на статус "витязя ордена Юрия Боголюбского") с Якобом фон Кеттлером свелись к оплате аренды Тобаго. На большее, герцог Курляндии уже не тянул, старость сделала своё дело. Договор с королём Швеции, Андреич отправился подписывать вместе с Фридрихом Казимиром фон Кеттлером. Понятно, что наследник больше любопытствовал весёлым времяпровождением, доверив серьёзные дела секретарю. Впрочем, Карл Одиннадцатый был даже рад такому: "Дайте денег, а я сам всё наворочу!" Сын оружейника отнёсся к поручению более серьёзно, хотя бы в благодарность судьбе, вознёсшей его столь высоко. Все детали русского соучастия в "лапландском проекте" согласовывались по мельчайшим деталям, чтобы потом ни у кого претензий не возникало. Как говорится: "Справедливость - всего лишь доскональное исполнение договоренностей!"
     Король даже задумался о том, чтобы переманить к себе деятельного и вразумительного юношу, но не захотел портить отношений с инвестором. Лучше уж выждать время (для большего апломба) и втулить московитам болотный Хельсингфорс. Оперативный капитал, в данный момент, важнее транзитной бухты!
     В любом случае, Дмитрий опоздал в Смоленск, но сделал важное дело. Забрав изготовленные мушкеты и пистоли, а так же прикупив всяких полезных мелочей - он отправился восвояси.
    
     Как ни старались пиренейцы подсократить размеры караванов - ничего не помогало. Бог схизматиков, каждый раз увеличивал общий карго, заодно добавляя и сопровождение. Так что, дружинники Хованского и Милославского, действующие уже под Вязьмой, даже подьезжать не стали. Разве что попросили продать чуток заморских вяленых фруктов ради пробы. Флаги Португалии, Испании, ведомые "тигриным" баннером, вполне защищали длиннющий обоз.
     Беспутинцы заблаговременно знали о приезде, так как молва, имеющая волновую природу, опережала материальные ценности. Кирасиры и мушкетёры, словно завсегдатаи, разъезжались по избам, так как в гостиничный комплекс теперь явно не вмещались. Вяземский лично принял душ Сантуша и Абрантуша, как драгоценные подарки. Всё-таки оружие, сладости и вкусности, а особенно бочки с заветными кругляшами грели душу даже зимой. Спекуляция дёгтем наконец-то была оплачена - его запасли столько, что обеспечили и Саргиса, и португезов и всё равно осталось немало. Да и шампуня с мылом вдосталь наварили, чтобы годовой заказ закрыть и на полгода вперёд поставки осуществить.
     На сниженные цены по отвару Михайла согласился, изобразив уступку в благодарность за весть о правах на колонизацию, где-то на заднем дворе далёкой Бразилии.
     - Благодарю, ваше сиятельство, думал совсем торговать не доведётся, - разоткровенничался купец, - я летом оплату привезу обязательно.
     - Привези, конечно, уважаемый Карлуш, а мы к тому времени ещё наварим.
     Вяземский вздохнул с облегчением, договор по "аспирину" давал небольшой финансовый резерв для его бесконечных трат. Попутно, в течение недели, согласовали дополнительные поставки по смазке, введя три разных наименования, чтобы различать качество. Дёготь, интадура, срача! Переезд в Архангельск был запланирован на лето или зиму следующего года, а торговля, соответственно, переносилась на южное побережье. Белого моря! Всё-таки морские перевозки в сотню раз дешевле гужевых, что устраивало португальцев и ничем не мешало русским.
     Теперь следовало уточнить детали ещё одной операции. Дело в том, что в колониях можно обменивать монеты на золото по коэффициенту 1:2, а торговать развлекательными сувенирами вообще втридорого. Развлечений-то особых нет на краю цивилизации!
     - А как же пираты, Михайла Алексеич, - запереживал Абрантуш, - как только они узнают о монетах, сразу начнут нападать, а у меня лишь четыре корабля.
     - Если укрепим Тобаго, то можно будет отправлять корабль в колонии вместе с королевским "золотым флотом". А обратно возвращаться с ними же. Неужели Педру Второй откажет в такой малости?
     Действительно, о Тобаго как-то не подумалось. Хотя и укреплять базовый порт придётся всерьёз, иначе любители колобашек быстренько доберутся до сладкого. Впрочем, до таких операций ещё многое предстояло сделать и в первую очередь убедиться, что возможностей ограбить больше, чем шансов защитить. Иначе, все умники уже занимались бы такими простыми операциями. Мишкины хотелки, время от времени, отличались от Мишкиных и немишкиных зналок и умелок. Ах, как хочется, чтобы все задумки легко реализовывались! Одна мелочь - миллионы зарабатываются тяжким трудом, навроде заката Солнца вручную. И, порой, лучше их отложить на потом, чтобы не въехать в косяк сейчас. Да и торговлю сувенирами и играми проще вести через третьих лиц, пусть даже с недостачей в прибылях. Пока!
    
     Католическое Рождество, как уже повелось, схизматки встречали у испанского посла, после чего душ Сантуш с охраной и бочкотарой отправился в обратный путь. В Беспутине остался Монтойя со своими гвардейцами и Абрантуш, тоже с нечужими, включая помощников и доверенных людей. Капитан в отставке, создав сводный отряд из своих и португальских бойцов, подключился к операциям против татей. Мастер от Альвареша, получивший запас самшитовых заготовок, продолжил изготовление арбалетных лож. Хуан Рикардо и Вяземский засели за разработку плана освоения морей и океанов. Чего же королевским милостям зазря пропадать, коли можно ими воспользоваться. Да ещё и в свой карман!
     Оба "покорителя" прекрасно понимали, что четыре торговых корабля много не наторгуют сами по себе. Чего уж говорить об освоении бразильянской целины и амазонской тайги? Зато, если их вооружить получше, да сделать матросами "тигрят"...
     - Дальнобойные пушки мы изготовим, дон Абрантуш, - обнадёжил Дмитрий, - только время на это уйдёт. Зато и дальность в два раза больше, чем то, что есть у других.
     Компаньона уже ознакомили с новыми нарезными пушками и различными гранатами к ним. Жаль, что такое оружие требовало качественного металла и тщательной обработки изделий.
     - А вот коммандос придётся готовить на море, - добавил Вяземский, - всё что нужно для боёв на земле они уже изучили.
     В принципе, предварительный план включал в себя простую схему действий. Как только Ларион начнёт поставлять железо, сначала в Москву, потом в Архангельск, можно создать оружейное производство на четыре линии. Две займутся изготовлением нарезных дальнобоек и гладкоствольных картечниц. Попутно, ещё две линии будут производить антипушкарские пищали и нарезные мушкеты. Технологии, слава богу, уже отладили и требовалось лишь время. Да и поставки металла из-под Курска намного облегчали гонку вооружений. Своё - не чужое, покупное и, порой, дефицитное. Оснастить каждый корабль десятком чудо-пушек и можно ходить по морям гораздо спокойнее. Мишка и ракеты бы применил, но не имел никакого понятия в этой сфере, а "на пальцах или коленках" только ботаники такие проекты воплощают.
     Кроме того, имело смысл организовать верфь в своей китобойной бухте.
     - Твой батюшка Алексей бывал там и сказывал, что четыре стапеля на берегу можно поставить, - поделился Афанасий.
     Мастеров обязался подыскать, уговорить и привезти на Север, личный помощник Абрантуша. За большие деньги, что хошь можно сделать. Свой лес находился не так далеко, возле охотничьей деревни Вяземского. А чтобы проще было с транспортировкой - решили купить сразу табун у башкир, благо они серебро любят, как все нормальные люди.
     Подготовка морской пехоты решили начать в Белом море, чтобы бойцы вообще к морю привыкали. Ну и, заодно, Михайла поделился планом создать факторию у северных самоедов и использовать специально заказанный в Португалии корабль для этого. Осталось лишь дожить до светлого будущего!
    
     Мальцев не посвящал никого в своё прошлое, хотя и дёргался по поводу стрелецкого бунта 1682 года. Он понимал, что вызвал определённые изменения в расстановке сил и непонятно стало, чем бунт закончится. Даже удрать досрочно не получится, при нынешнем раскладе Иоанн останется в его отсутствие без царского титула, а оставить царевича здесь одного, слишком опасно. Кроме того, смущало то, что государыня-матушка Наталья Кирилловна и патриарх Иоаким всё более находили общий язык. Силовая пара Хованский-Милославский, сблизившаяся благодаря войне с татями, тоже не очень радовала. Было так в истории или нет, Вяземский не знал, поэтому решил пройти кризисный момент до конца, плечом к плечу с потенциальным Иваном Пятым. В конце концов, можно попробовать отсидеться в лесной крепости, в надежде что бунт быстро закончится. Эх, угораздило же попасть так не вовремя! Нет, чтобы какой-нибудь вселенский разум (или кто там ещё?), отправил бы его лет на пять пораньше. Или подальше?
     Мама дорогая!...


  • 0




1 пользователей читают эту тему

0 пользователей, 1 гостей, 0 невидимых